Ассенизатор - Александр Евгеньевич Сухов

его дальнейшей судьбе. Если магический потенциал испытуемого не дотягивает до нужной планки, его отпускают, мол, ты нам не интересен. А вот сильных одаренных увозят в княжий город Байгай для обучения в тамошней высшей школе магии. По завершении трехлетнего курса обучения, юных магов распределяют в зависимости от полученной ими специализации. Куда именно, информации в голове Митяя я не обнаружил, но мне и без подсказок понятно, не пряники медовые лопать за государственный счет. Впрочем, что касается изборских магов, я бы не сказал, что они ежедневно и еженощно пашут в поте лица. Впрочем, вполне возможно я ошибаюсь ибо, опять-таки опираюсь на информацию, полученную от реципиента. А насчет широты и глубины Митькиных знаний о мире можно только материться. Вообще-то в стенах приюта парня научили читать, писать и более или менее грамотно объясняться. При этом тот оказался отъявленным лентяем и, как говорится, к наукам глух. Стенать не стану, может быть оно к лучшему, что Кравцов оригинальный не страдал стремлением к знаниям, да и наличием достаточно сильной воли также не мог похвастаться. А все пробелы в его образовании я непременно наверстаю, мне не привыкать учиться.

Прокравшись тенями к защитному куполу, я осмотрелся. Вроде бы, никого. Рванул к мерцающей пелене, спасающей граждан города от визитов непрошенных и крайне опасных обитателей пустоши. На самом деле, монстры вовсе не являются легитимными представителями животного царства Земли. Они появляются из, межпространственных проколов их еще называют здесь разломами. Что это такое, я так и не понял, по причине, упомянутого мной сумбура в башке реципиента. Однако, как человек начитанный, могу предположить, что вся эта хтонь, наподобие заваленного мной крокодила-медведя-ежа приходят в эту реальность из других миров безграничной Мультивселенной. Что их толкает покинуть родной мир и отправиться на подвиги в иную реальность, у меня опять-таки одни лишь предположения, коих преогромное количество.

При пересечении воздвигнутой магами защитной границы талисман на моей шее привычно нагрелся. Такие штуки выдаются всякому гражданину Изборска, чтобы те имели возможность в любое время и в любом месте покинуть город. Отнять артефакт легко, особенно если навалиться кучей-могучей, вот только чужак им воспользоваться не сможет. Вот только в том случае или если гражданин его лишится по какой-либо причине, защита его не пропустит ни туда, ни обратно. Так что, придется ему тащиться на КПП и объясняться с городской стражей, чтобы те выдали новый идентификатор.

На мой инженерный взгляд задумка отличная. Вместо того, чтобы огораживать территорию высокими стенами и глубокими рвами, заменить силовой защитой все эти громоздкие допотопные архаизмы. Оно и зверь не проскочит, и чужак залетный не минует официальный пункт пропуска.

До интересующего меня места всего-то около километра или десять минут ходьбы неспешным шагом. Бегать по темени, дураков нет, в неверном свете «волчьего солнышка» можно запросто угодить ногой в нору суслика или наткнуться брюхом на сухой куст. Однако, как говорится, человек предполагает, а Господь располагает. Отбежав метров десять от мерцающей пелены защитного купола, я заметил подозрительное шевеление шагах в ста пятидесяти. Присмотрелся, заметил группу из трех человек. Судя по привязанной к длинной палке туше, охотники, возвращающиеся из удачного похода по пустоши. И эти бравые ребята, прям, как назло, топали в моем направлении.

Чтобы не быть замеченным, мне пришлось падать на брюхо и по пыльной жесткой, как свиная щетина траве осторожно отползать в сторонку. Ползу и не могу нарадоваться возможностям молодого тела. Еще пару дней назад я и помыслить не мог, что будто ящерица буду ползти ночью по странному месту, именуемому пустоши. Юркнул за раскидистый куст, затаился.

Спустя минут пять мимо меня протопали обремененные тяжелой ношей (судя по громкому кряхтению и негромким матюгам) удачливые добытчики. Вскоре они скрылись за искрящейся пеленой защитного купола.

Я встал, отряхнулся от пыли и прислушался к царящим вокруг звукам. Треск цикад, едва уловимый ухом писк летучих мышей, шуршание крыльев ночных птиц, охотящихся на летающих насекомых и мелких степных грызунов. Вроде бы, вполне безопасно. Надеюсь, что гильдейские охотники после нашего с Боровом знакомства с грозной тварью предприняли меры по обеспечению безопасного передвижения граждан вблизи Изборска. Как поведал бригадир, успевший еще до визита в кабак, посетить городскую управу, кипишь там поднялся знатный. На бледных начальников гильдий охотников и магов было жалко смотреть. Ну как же, прощелкали клювами огромного зверя, чем создали опасность для здоровья и жизни мирных граждан.

— Мне же, — не без гордости выдал Отрепьев, — сам Егор Спиридонович руку пожал, дескать, молодчина, Иван Спиридонович. Так держать! Ну и помощник мой Митрий без внимания высокого начальства не остался. Сказал, мол, передай парню, благодарность от лица главы городской администрации. Понял, Митька⁈ Гордись!

Оно, конечно, будь на моем месте Дмитрий Кравцов, он-то уж точно возгордился. А по мне, так еще из прошлой трудовой практики, лишняя копеечка в мой карман, лучше любой словесной «чешуи» и грамот, коими щедро одаривало начальство отличившихся на трудовом фронте работников, лишь с единственной целью — не платить им в полном объеме честно заработанных денег. Плавали — знаем.

Ладно, тушу представитель гильдии охотников у нас принял. Теперь ждем поступления честно заработанных бабок. У меня на кармане полторы сотни золотых рублей, к ним будет еще кругленькая сумма. Получается, по местным меркам я вполне богатый буранино. А что за богатей, без собственного угла. И не просто угла, а дома с приусадебным участком не менее двадцати соток.

За застольными разговорами с коллегами я попытался узнать насчет цен на дома с землей в городе Изборске. Как выяснилось, подобное счастье мне обойдется, минимум в сотню золотых. И это не в самом престижном районе. А вот если я пожелаю заиметь недвижимость в центральной части города, да с персональным защитным куполом, тогда разговор особый. В этом плане парни, с которыми я обсуждал волнующую меня тему, разошлись во мнениях. Один утверждал, что покупка обойдется «тыщь в сто», другой настаивал аж на цельном «мильёне». Их спор едва не перерос в драку. Ситуацию спасло, как я уже отмечал, появление в «Медведе» деревянных.

Ну вот, наконец-то я на месте. Вонь от содержимого кишечника монстра, оставленного раздельщиками туши за ненадобностью, стояла несусветная, словами не передать. Впрочем, в лунном свете можно рассмотреть каких-то мелких тварей, копошащихся в экскрементах зверя. Вскоре всё здесь утилизируют, изрядно удобрив почву.

Хорошо, что долго торчать в этом месте мне не нужно. Подбежал к приметному кусту, откинул камень, нащупал пальцами «жемчужину», сунул в заранее приготовленный матерчатый мешочек, наполненный