Не мой выбор. Плен твоих глаз - Ника Летта

Сет нахмурился. Красивее от этого он не стал. Хотя, будем честны, “красота” сейчас волновала меня примерно как курс валют у утопающего.

— Я правильно разобрал запах? Теперь вы злитесь.

Он сжал руки в кулаки.

— Это из-за того, что я оторвал вас от дома?

Как же мне хотелось высказать ему всё. Что я думаю. Что желаю. Куда ему идти. И что именно делать по пути.

Но я сцепила зубы. Пусть лучше думает, что я злюсь из-за дома. Это, по крайней мере, безопаснее, чем признаться, что мысленно уже выбираю, чем буду вскрывать ему грудную клетку.

— Оторвали от дома? — переспросила я. — И где мы сейчас находимся?

— На космическом судне.

Он сказал это так спокойно, будто сообщил номер палаты. Я вздрогнула. И всё.

Наверное, где-то в подкорке я уже предполагала нечто подобное. Белая камера, странный коридор, отсутствие окон, существо, которое задаёт медицинские вопросы с вежливостью регистратора.

Психушка была бы проще. Космическое судно — оригинальнее.

— Понятно, — сказала я.

Сет внимательно смотрел на меня. Видимо, ждал истерики. Зря. Истерика у меня уже была. Две. Возможно, три.

Сейчас у нас шёл режим энергосбережения.

— У меня не было другого выхода, — произнёс он с уверенностью человека, который давно сам себе всё объяснил и остался доволен. — Я не мог оставить бесчувственную самочку посреди леса на съедение дикому зверью.

Я молча посмотрела на него. Дикому зверью. В наших редких посадках, которые и лесом-то назвать можно только из большой жалости.

У нас там самый страшный зверь — клещ и пенсионер с пакетом грибов. И вот тут моя психика не выдержала. Я начала смеяться.

Сначала тихо. Потом громче. Потом почти до слёз. Смешно было не от его неосведомлённости. И не от “дикого зверья”. Смешно было от абсурда.

Я неизвестно где. На космическом судне. Меня похитил нелюдь, которого я ненавижу всем существом. И сделал он это, по его словам, из-за гипертрофированного чувства ответственности.

Чтобы меня, видите ли, не съели звери. Более идиотской ситуации придумать было невозможно.

— Простите, — прохихикала я, утирая слёзы. — Просто… дикое зверьё… в наших посадках…

Смех вдруг сломался на полуслове. И перешёл в рыдания. Настоящие. Громкие. Горькие. Сет, кажется, наконец дождался той реакции, которую ожидал с самого начала. Он сделал движение рукой. Я даже не успела отшатнуться. Шприц словно возник у него из воздуха. Укол пришёлся в основание шеи.

— Ах ты… — успела прошептать я.

Тело быстро налилось тяжестью. Сильной. Неестественной. Мягкой и беспощадной. Мир поплыл. Белые стены смазались. Злость на секунду вспыхнула ярче, но тут же начала тонуть в сонной пустоте.

Последняя мысль была вялая, но всё ещё моя: “Вот же гад… подготовился”. А потом меня снова забрала темнота.

Глава 7. Мышь-приживалка и сиреневые тефтели

Пробуждение было… Хотела бы сказать: на удивление радостным. Или: я проснулась с тяжестью глубоко в душе. Или ещё как там обычно в книгах пишут, когда хотят приукрасить действительность?

Но я ни разу не поэт и не автор какого-то шедевра. Так что буду честной: проснулась я паршиво. Сознание будто продиралось сквозь вязкий туман. Я лениво повернула голову вправо. И увидела его.

Сет сидел на полу, прислонившись спиной к стене. Длинные ноги вытянул перед собой так, что ступни почти упирались в мой лежак. Судя по тому, как он встрепенулся и настороженно уставился на меня, моего пробуждения он ждал давно.

Чудесно. Просыпаешься после непонятной инъекции, а напротив тебя — красногривый нелюдь, который смотрит так, будто ты не женщина, а сложная лабораторная работа с непредсказуемым результатом.

Честно? Хотелось отвернуться к стене, свернуться калачиком и продолжить погружаться в меланхолию, жалость к себе и прочие эмоциональные болота.

Но депрессия — прерогатива богатых и обеспеченных людей. Я такой роскоши позволить себе не могла. Если судить по поступившей информации, этот… этот… да ну его… сам ещё не знал, что со мной делать. А значит, пока у меня был шанс думать быстрее него.

И желательно без истерического “хи-хи”. Потому что если я снова начну смеяться, он опять усыпит меня своей чудо-инъекцией, а это в мои планы никак не входило.

Я медленно села, придерживая на себе белоснежное нечто, которым меня укутали.

— И что дальше?

Слова прозвучали хрипло, но достаточно твёрдо. Сет напрягс, не сильно и почти незаметно, но я уловила.

Он явно был готов в любой момент снова прибегнуть к своему любимому методу решения эмоциональных проблем: шприц в шею — и все счастливы. Кроме меня, естественно. По его непонимающему взгляду я поняла: вопрос надо уточнять.

— Что вы решили в отношении меня и моей судьбы?

Сет моргнул.

— Я над этим ещё не думал.

Вот тут мои пальцы сами сжались в кулаки под белым покрывалом. Хорошо, что их не было видно. Прекрасно. Меня похитили, утащили на космическое судно, задали вопрос про овуляцию, усыпили, а теперь выясняется, что плана у похитителя нет. То ли я слишком умная. То ли он недалёкий.

В любом случае у него должно быть начальство. Кто-то же управляет этим кораблём, крейсером или чем там ещё межзвёздного масштаба мы бороздим просторы чужого космоса. Идею, что он сам может быть большим начальником, я отмела почти сразу. Люди, облечённые властью, обычно слишком заняты. У них нет времени сидеть у ног невольной пленницы и ждать, когда она очнётся.

Хотя… Я на секунду посмотрела на него сверху вниз почти с жалостью. Может, он и правда местный австралопитек. Нестандартный образец, который случайно научился бороздить космос, но так и не освоил базовый курс “не похищай женщин без плана”.

Ага, конечно. Австралопитек, который посещает другие галактики, пока мы даже собственный спутник толком не освоили. Не надо обманывать саму себя, Машенька. Актёр из него, может, и аховый, но дураком он от этого не становится. Нужно быть настороже. Я всё ещё не забыла, что мне надо найти его слабое место.

— Вам уже лучше? — спросил Сет.

Вот что на это ответить? “Нет, спасибо, похищение, смерть подруги и космическая камера пока не оказали оздоровительного эффекта”?

Я промолчала. Создавалось странное впечатление, будто я долгожданный гость, случайно захворавший в дороге, а он ретивый хозяин, взволнованный ухудшением моего самочувствия.

Что за игру он вёл? Очень хотелось поверить в сказку для взрослых девочек. Принять кучу роялей, что вот-вот посыплются мне на голову, улыбнуться на двести двадцать вольт и зажить долго и счастливо, надеясь на хэппи-энд.

Мешала сущая мелочь, я видела его морду, и