Рассветы новой Земли. Синхронизация. Книга 1 - Инна Ласточка (Ness Quik)

Преподаватель по танцам — та самая Маргарита Лабуле, которая выдавала ещё пустые таблички назначений, и которую не далее чем вчера Нина видела на вечере в «Ренессансе» — заканчивала раздавать конверты, она с удовольствием отвечала каждой своей подопечной на вопросы и увлечённо делилась соображениями о конкурсе. Маргарита, будучи ещё студенткой школы Искусств, начала встречаться с Ричардом (только ленивый теперь не знал об этом), о ней ходили всякие слухи, говорили даже, будто она с Нейтаном из-за Чехова, якобы тайный роман со знаменитым лётчиком дело давно решённое, и что между друзьями даже состоялся спор и драка из-за любви. Нина почувствовала раздражение и закрыла глаза, но это лишь усилило эффект и принесло новую порцию вчерашних воспоминаний. Нет, она не просто так не любила Чехова, ей претило любое упоминание о нём из уст местных барышень, потому что из-за него, а теперь и рядом с ним, она чувствовала себя… собой. Приёмная мать Эмилия с незапамятных времён негативно отзывалась об Антоне, в средней школе строго следила, чтобы Нина ни в коем случае не оказалась на одном мероприятии с ним, а позже, когда Чехов отправился на свою первую миссию, предпочитала избегать его упоминания, даже если появлялась такая необходимость. Но вот он исчез с их радаров, работал, делал успехи, и только одно не оставляло Леоновенс равнодушной — слёзы её подруг, сотни разбитых девичьих сердец, сотни сломанных жизней. Всё это усиливало негатив по отношению к Антону, несмотря на необъяснимое желание его оправдать, и теперь, зная о своём назначении на «Пегас», Нина разрывалась между тягой к заманчивым миссиям прекрасного корабля и неприязнью к его владельцу. Она настолько погрузилась в собственные мысли, что не заметила, как оказалась наедине с Маргаритой.

— Нина, остался только твой конверт, — вежливо сказала Маргарита, хотя Нина знала, что за её вежливостью скрывается многим больше, чем можно было бы услышать.

— А можно не брать?

— Нет. Не трать время ни моё, ни своё.

Нина нехотя поднялась на ноги, взяла двумя пальцами приглашение и потянула на себя, но не тут-то было, Маргарита не собиралась отдавать его, она только пристально смотрела на неё и молчала.

— В чём дело? Я как-то не так выгляжу?

— Просто подумала, чего же он в тебе нашёл?

— Кто? — Нина растерялась. «О ком речь?»

— Ричард, конечно.

— Ри-чард? — шокировано уточнила Нина, и только после поняла, в чём тут дело. Поняла и разозлилась. — Ах, Ричард! — вспышка гнева чуть было не заставила её ударить Маргариту, но она лишь дёрнула конверт на себя и убрала в сумку. Руки тряслись.

— Осторожнее... Не буду напоминать о своих связях, но сделаешь хоть шаг в сторону Ричарда, и я найду на тебя управу.

— Да, сдался мне ваш Ричард! — не выдержала Нина. — Он меня не интересует, — ей пришлось повысить голос, чтобы Маргарита не перебила её. — Не знаю, с чего вы взяли, что ваш Ричард что-то во мне нашёл. То, что я разговаривала с ним несколько секунд на вчерашнем вечере, ничего вообще не значит. К тому же, если вас это успокоит, приказом от завтрашнего дня я назначена вторым пилотом на «Пегас», мне нет смысла цепляться за мужчин. Я разведчик, — она гордо вскинула голову.

— Ты? — не поверила Маргарита, — На «Пегас»? Не смеши… Твоё назначение должно было быть красным.

— Верить мне или нет, ваше дело. Защитить себя — моё! — Нина выдохнула и успокоилась. — Вам нет нужды беспокоится обо мне, мадам Лабуле. Займитесь своими делами, — она победно улыбнулась побелевшей и взбешённой Маргарите и поспешно покинула аудиторию.

Нина, ещё с утра получив нагоняй от Эмилии за танец с Чеховым, окончательно вышла из себя после разговора с Маргаритой. Она снова прогуляла историю и ушла с головой в электронную библиотеку, закрывшись в своей комнате, когда же ей, наконец, пришла идея взглянуть на часы, стрелки показывали полночь. Нина потёрла глаза, отложила планшет и развалилась в кресле… переодеваться не хотелось, вставать тоже, даже желание выпить воды не было настолько сильным, чтобы побороть усталость. Она расслабилась, глаза слипались, лампа тускло подмигивала с потолка, где-то в соседней комнате суетились родители…

…маленькая девочка лет пяти сорвалась с места и побежала… рыжие локоны подпрыгивали при каждом движении, она держала в руках сухой мятый цветок… её влекла распахнутая дверь затемнённой комнаты, в которой виднелся чей-то силуэт… силуэт мальчика… Девочка верила, она знала, что этот мальчик ждёт её, что он непременно заберёт её с собой, но на пути возникала чья-то высокая фигура, худая женская рука хватала девочку за плечо… и цветок вылетал из маленьких ладошек… И едва сухой стебелёк растения касался пола, бутон вспыхивал, словно зарево, раскрывался огненными лепестками в воздухе… Мальчик из тёмной комнаты выходил на свет, но из-за вспышек и искр разглядеть его не удавалось… он просил, он шёл к ним, но женщина продолжала держать девочку и оставалась непреклонна… Девочка плакала, хотела вырваться, и не могла…

— Пожалуйста, не разлучайте нас, она единственный близкий человек, пожалуйста… — умолял мальчик, только девочку уводили всё равно, она слышала его крик, слышала и ничего не могла сделать, — Вы не можете… пожалуйста, Нина!.. Запомни меня, я всегда буду с тобой, Нина, ты слышишь? Нина!

…Нина вырвалась из полудрёмы и обнаружила, что плачет. Щёки намокли от слёз. Этого мальчика она видела не впервые и, однажды спросив о нём приёмных родителей, получила категорический ответ: «Это всего лишь сон. Братьев у тебя нет», — но не поверила. Он снился слишком часто, иногда являлся в воспоминания о родителях, или ей так казалось, потому что Нина сама хотела этого, в любом случае ответа она не знала, а спросить у кого-то незнакомого или обратиться в архив не хватало сил и смелости. Только сегодня совсем не мальчик заставил её волноваться, а цветок. Если вся эта сцена ещё как-то походила на правду, то засушенного растения не было и быть не могло в её руках ни при каких обстоятельствах. Остатки флоры и фауны, случайно или намеренно попавшие на борт «Авроры» в момент катастрофы, содержались в строго закрытых лабораториях, к ним допускались только учёные соответствующей квалификации, а они в свою очередь не имели законного права выносить что-либо за пределы обозначенных территорий.

— Нина, ты в порядке? — Эмилия в ночной рубашке и халате тихо приоткрыла дверь. — Ты кричала.

— Я?.. Наверное, заснула, просто готовилась