Фантастика 2026-106 - Игорь Евгеньевич Кулаков

Полежит в больнице, глядишь в голове у нее, что-то на место и встанет. Поймет, что не стоит кончать с собой из-за всякого рода подонков, жизнь слишком дорогая штука, чтобы вот так не за что, ни про что лишаться ее да и еще по своей собственной воле.

— Я тоже на это надеюсь, — ответила мне Алена,- надо будет навестить и родителей Наташки и ее саму в больнице, когда она придет в себя.

— Слушай Сомова, а у тебя нет еще на присмотре, кого- ни будь кого срочно требуется спасти? У нас получается не плохая такая команда спасателей. И главное, что очень результативная! Можно оформить нечто вроде бригадного подряда! Как тебе такая идея? Как по мне так очень даже ничего.

— Да ну тебя, — махнула на меня рукой Алена,- прямо генератор дурацких идей. Я сегодня, пока мы ехали сюда, чуть не поседела. Все думала, что мы уже опоздали. Сейчас попадем в квартиру, а Наташка уже мертвая. А тебе смотрю все нипочем. Все хихикаешь.

— Ну на занятия сегодня видимо идти не стоит, — начал вслух размышлять я,- а что тогда делать? Времени то еще полно. А давай Аленка куда -ни будь забуримся! Проветрим наши головы, снимем стресс.

— И куда это интересно, ты предлагаешь забуриться?

— Ну уж явно не в читальный зал областной библиотеки. Сегодня в него идти все- таки не стоит. Сейчас решим, куда нам направить свои стопы и бросить свои кости.

Вечером когда я лежал в своей комнате в общежитии и читал интересную книгу, зашедший в комнату Серега спросил меня возбужденным голосом:

— Слышь Витек, а ты слыхал, что сегодня стряслось со Славкой Черепановым?

— Нет. Не слыхал. А что с ним стряслось? Опять со своей Маринкой побрехал? Или еще что-то подобное?

— Нет. С Маринкой он по моему так до сих пор не помирился, ну с того дня, когда он ботинки потерял и на концерт не пошел. Славка мне говорил, что эта его Маринка до сих пор его за это простить не может и даже разговаривать не желает.

— Тогда теряюсь в догадках. Не знаю что и думать.

— Да понимаешь сегодня Славик столкнулся на первом этаже со спортфаковскими. Они значит бухие были. А с ними еще Яйцо был. Наверное специально в общагу с дружками бухнуть пришел.

Яйцом прозывали одного чрезвычайно мерзкого студента со второго курса Спортивного факультета. Это был очень агрессивный и неуживчивый тип, чья агрессивность и неуживчивость вырастала буквально в геометрической прогрессии под влиянием даже самых незначительных доз алкоголя. А выпить он любил. И будучи городским очень часто появлялся в общежитии, где любил проводить время в кампании таких же как и он сам любителей горячительных напитков. Напившись «Яйцо» очень часто скандалил и нередко выступал в роли инициатора драк и разного рода потасовок. По мои расчетам его должны были выгнать из института еще с первого курса, но тем не менее он продолжал числиться в нем и даже каким-то чудом оказался на втором курсе. Из своей первой жизни я плохо помнил его дальнейшую участь. Кажется он все-таки вылетел из института, причем вроде как раз со второго курса. Потом его следы терялись по крайней мере для меня. Но учитывая темперамент и характер «Яйца» его дальнейшую судьбу не трудно было предсказать. В девяностые годы он почти наверняка пополнил собой ряды бандитской «пехоты», которая как раз комплектовалась в основном из числа всякого рода спортсменов Краснознаменска и области, и либо сгинул в одной из бесчисленных бандитских разборок, которыми были так богаты те годы, либо надолго сел. На занятия другим родом деятельности у людей подобного типа не хватало ни моральных, ни интеллектуальных качеств.

— Ну и что дальше?- спросил я, отложив книгу и привстав с кровати.

— Ну как что? Ты же знаешь кто такой Яйцо. Особенно когда бухой. Он прикопался к Славику. А Славик тоже не в настроении был. Ну слово, за слово. Закусились они друг на друга.

— Ну, ну, короче Склифоссовский! Дальше то, что было?- начал я понукать Серегу.

— Ну, а что дальше? Пошли они в умывальник. Начали махаться. Яйцо попал по Славику. Славик упал и затылком о раковину со всего маха приложился. Кровищи было ужас сколько! Приехала «Неотложка». Славика на носилки и в больницу увезли. А Яйцо менты забрали. Этот дурень бухой на них еще ногами махать вздумал и орать, что мол все менты падаль и суки. Ну они отделали его как следует, наручники надели и в «бобик» засунули. Похоже не отвертеться теперь Яйцу. Срок ему светит и не хилый. Это еще не известно как со Славиком все обернется. А то придется Яйцу сидеть и не пересидеть. Если тяжкие телесные, то там высшая санкция двенадцать лет. Плюс он еще ментам сопротивление оказал.

— А со Славиком. Со Славиком то, что?- почти крикнул я и почувствовал, что внутри у меня прокатилась настоящая волна холода.

— Ну я тебе сказал. Кровищи ужас сколько было! Целая лужа наверное. Славика в больницу увезли. Вроде бессознания он был. А что там и как в подробностях, я не знаю. Может и обойдется все еще.

Я не знал, что мне делать плакать или сместятся. Я спас Славика Черепанова тогда и он не попал под колеса грузовика и не превратился в тяжелого, никому не нужного инвалида. Но избежав столкновения с грузовиком он не избежал столкновения с пьяным дегенератом по прозвищу «Яйцо», который начал досрочно свой тюремно- лагерный путь, который судя по всему был написан ему на роду. Получалось однако и так, что превращение в инвалида было написано на роду и Славику и все мои усилия помочь избежать ему этой участи оказались безрезультатными. Впрочем оставалась еще надежда, что травмы которые получил Черепанов не так страшны и он сумеет оправится от них без сколько- ни будь серьезных последствий.

В любом случае все это заставило меня совсем уже иначе посмотреть на возможные итоги моей с Сомовой совместной деятельности корректора. Могло получится так, что все наши усилия изменить судьбу людей которые были нам не безразличны ( и что греха таить и свою тоже)в конечном итоге обречены на провал. Вот сегодня мы вроде бы спасли жизнь Наташе. Но где гарантия, что выйдя из больницы, она не повторит свою попытку самоубийства, причем с куда с большим успехом? Пусть не