Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

лошадь на луг, а прелое сено выкинуть и убраться в помещениях. Дров, как выяснилось, осталось совсем мало, а от количества продуктов, лежащих в амбаре, хотелось плакать. Что они купили в прошлый раз на рынке, то и находилось в закромах.

Сад тоже был запущен. Несколько деревьев можно сразу спилить, хотя яблони, вишни и груша цвели хорошо. Растущим вдоль забора смородине и малине требовалось прореживание.

«Надо узнать, как тут с сахарным песком», — сделала мысленную отметку Катя.

После обхода хозяйственных помещений она направилась на чердак, где, по словам служанки, стояли сундуки с вышедшими из моды вещами.

— Показывай, Клавдия, — поднявшись вслед за женщиной, велела Катя, окидывая взглядом площадь работы.

Сундуков и корзин обнаружилось огромное количество, и все требовалось просмотреть. Она надеялась найти старую одежду бывших хозяев усадьбы и сшить из нее себе обновку, а то через месяц ткань ее нынешнего платья будет просвечивать, словно марля.

— Сколько же лет это собиралось? — удивилась девушка.

— Дом принадлежал еще деду вашего батюшки. А все ненужное, но более-менее стоящее, отправлялось сюда.

— Ладно, начнем.

Они оторвались от работы, только когда на улице стало темнеть, а свечка уже не давала достаточно света. В итоге в их руках оказалось несколько женских платьев и мужских рубашек. Нашлась и детская одежда. Она вполне могла принадлежать хозяину усадьбы, отцу Катерины. Но самой большой удачей Катя считала сундук, в котором лежали куклы в одежде из дорого материала, а значит, и немалой стоимости.

— Клавдия, что это за красота? — восхитилась девушка.

— А вы не помните, барышня? Батюшка привозил вам из далеких земель. Когда он вашей матушке называл их цену, ох как та ругалась! — вытаращила глазищи служанка.

— Ладно, позже расскажешь. Пока оставим их здесь. Давай спускаться, завтра продолжим.

Опять Катерина ужинала одна в гостиной, а слуги сидели на кухне. Допивая чай с мятой, она внезапно услышала непонятные звуки, крики, затем сильный грохот. Дверь на кухню распахнулась, и вошел рыжебородый детина, а за ним, как позже поняла Катя, два его помощника.

Девушка медленно поставила чашку на стол.

— Уважаемые, чем обязана? — спросила спокойно.

— Слышишь, Тихон, нас уважаемыми назвали, — рассмеялся стоявший за рыжебородым черноволосый бугай, показывая сгнившие зубы.

— Сядь, барышня — громким басом произнес командир шайки, увидев, что девушка хотела встать. — Деньги давай!

— Прошу прощения, какие деньги? — изобразила изумление Катя.

— Ты из себя дуру-то не строй! Знаем мы, что деньги имеешь. Нам сказал… — начал третий, худой мужичок маленького роста.

— Цыц, малой! Слишком много болтаешь, — перебил рыжий и так зыркнул на мужичка, что тот аж присел.

— Не имею. Но имела, не спорю, — ответила баронесса и посмотрела на главаря.

— Я же сказал — испужается, — улыбнулся черноволосый.

— У меня нет денег. Вот, все что есть, — Катя вынула из кармана оставшиеся после покупки скотины десять серебряных и положила их на стол. Конечно, основная часть денег была у Захара, но зачем это знать разбойникам?

Черноволосый подскочил и хотел схватить монеты, но главный ударил по его пальцам дубинкой. Завыв, бугай схватился за руку и отскочил от рыжего.

— Если вы умный человек, — баронесса посмотрела в глаза главного, — то можете посчитать. Я за усадьбу получила пятьдесят золотых.

— А не слишком ли ты дешево оценила? — злобно ощерился разбойник.

— Так это не я, а банк. Они сказали, что без земли дом ничего не стоит. А земля уже в залоге, вот и дали всего пятьдесят золотых. Тем более здесь все дышит на ладан, — Катерина старалась говорить спокойно, хотя внутренности тряслись от страха, словно заячий хвост. — Я купила лошадь, овец, коров, быка. Откуда же у меня деньги?

— Ну, раз не удалось нам поживиться, то хотя бы душу успокоим. Как, ребятки, с баронессой покувыркаемся? — широко улыбнулся рыжий.

Разбойники довольно загудели. Катя от испуга подскочила, вытаращив глаза. А главарь, расставив руки, пошел на девушку.

Глава 8

Катя смотрела в безумные глаза Тихона, в которых светились жажда обладания, инстинкт хищника и безрассудство. Это был взгляд зверя, готового подчинить и убить.

Она медленно отступала, не отрывая взора от рыжего чудовища, пока не уперлась в стену. Страх охватил тело, сковывал сердце, взял в плен душу. Катя не могла противостоять напору животного, думающего только о низменном желании обладания, доминирования над более слабым.

Перед тем как сползти по стенке, девушка успела заметить резко расширившиеся от удивления глаза рыжего, и он, вскрикнув, упал на пол, слегка задев руками баронессу.

Детские ручки обвили шею Катерины, и она расплакалась.

— Данилка! Данилка, с тобой все хорошо, мой маленький?! — воскликнула, прижимая крепче ребенка.

— Я не Данилка, а Петька, — произнес мальчик тоненьким голоском, и только тогда баронесса пришла в себя.

Она отодвинула малыша и посмотрела полными слез глазами ему в лицо. Под носом Петра пролег кровавый след, видимо, успел сильно удариться.

Это вернуло хозяйку дома в действительность.

— Кто?! — ее грозный рык заставил содрогнуться всех.

Девушка обвела гостиную взглядом. Возле двери стоял Захар с уже перевязанной головой, рядом — Клавдия и Настя, придерживая мужчину с двух сторон. Трое разбойников валялись в углу комнаты, причем главарь — без сознания. Дед Василий держал вилы перед его носом, а Иван с Николаем связывали напавших.

Катя поднялась и на негнущихся ногах подошла к бандитам. Она быстро сообразила, что мальчика обидел парень, одетый в черное: именно он оставался караулить плененных домочадцев. Подойдя, вцепилась одной рукой ему в воротник рубашки, а второй с размаху ударила в нос. Разбойник охнул, схватившись за лицо, а потом тихо завыл. Сквозь его пальцы потекла кровь.

— Это мое дитё, и никто не имеет права его трогать. Благодари Творца, что отделался малым. Нанеси ты больше увечий, убила бы, — отчеканила девушка холодным, словно обжигающий лед, голосом.

Худой мужичок быстро заработал ногами, стараясь подальше отползти от подельника и разъяренной баронессы. Но после того как она наказала одного из нападавших, весь запал у девушки куда-то исчез. Катя обессиленно опустилась на стул.

— Дед Василий, как вы удачно оказались в усадьбе, — произнесла устало.

— Так за то Петьку надо благодарить. Пацан забежал в дом и свалился у порога. Долго пытался отдышаться, затем выпалил: «Разбойники!».