Фантастика 2026-102 - Николай Петрович Марчук

Натка открыла глаза и начал искать очередную жертву. Жертва сердито фыркнула из бочки, повернулась к ученице задом и сделала вид, что спит.

— Так, хватит дурью маяться! — Темлан развернул девчонку к себе лицом. — Приступаем к главному. Надеюсь, что ты понимаешь — в этом облике мне в графстве появляться нельзя. Меня там каждая собака знает. А потому мой облик должен быть сильно изменен.

— Мой тоже, — перестал храпеть Сиоген.

— А ты что натворил? — встрепенулась Натка.

— Ничего, — буркнул Сиоген, — но если мой облик не изменишь, никуда с вами не пойду.

— Значит, что-то натворил, — утвердилась в своих подозрениях Натка.

— Стоп! — нахмурился Темлан. — А ты в трактире, когда мы ели, как червяков в салат загнала?

— Я их туда не загоняла. Обычный морок навела.

— Ага… а крангала ловила тоже на морок?

— Нет, крангала на рыбку, а вот рыбу ловила на червяков… вернее, их мороки.

— А заклинание морока тебе знакомо?

— Не-а, — отрицательно мотнула головой Натка. — Просто представила себе их в голове и все.

— С ума сойти!

— Чего тебя удивляет? Я же маг!

— Я тут, пока ты спала, предисловие к азбуке начинающего мага прочитал. Этот Корониус Мудрый, ректор столичной академии, утверждает, что даже если у человека есть магический потенциал, он без знания формул заклинаний ни одного колдовского действия не произведет. Максимум на что его хватит, это непроизвольно отвести глаза окружающим в момент сильнейшего испуга.

— Зачем? — опешила Натка.

— Чтоб от опасности сбежать, — пояснил Темлан.

— Вот, значит, как я от тех уродов удрала. — По лицу девушки скользнула тень какого-то неприятного воспоминания.

— Каких уродов? — осторожно спросил юноша. — Откуда удрала?

— Из детдома в Рамодановске. Была там одна шакалья стая. Это теперь не важно, — тряхнула головой девчонка. — Главное — удрала, главное — без потерь, а один из них теперь, возможно, тоненьким голоском говорит. Помнится, между ног я ему от души врезала. Впрочем, отчасти я им за это благодарна. Меня тогда со страху в этот мир выбросило.

Сиогена это так заинтересовало, что он удосужился выползти из бочки и подсел поближе к учителю и его ученице.

— Так ты из другого мира?

— Ага, — кивнула Натка.

В глазах философа зажглись фанатичные огни жажды новых знаний.

— Расскажи, — выдохнул он, да так страстно, что девушка на всякий случай начала отползать от него за спину Темлана.

— Слушай, Сиоген, — поморщился ее учитель, — ты не находишь, что сейчас не время для девчачьих баек? Вот как научится менять нам внешность…

— Да как же ты не понимаешь?!! — заорал Сиоген. — Она — из другого мира! Мира, живущего по другим законам. А если ее и наукам обучали… Тебя наукам там обучали? — трепетно спросил он Натку.

— Восемь кошмарных лет, — высунулась из-за плеча Темлана девушка и, что-то опять вспомнив, тяжко вздохнула: — Лишили гады детства!

— Да за это время в самого тупого можно столько знаний вколотить! — Глаза философа замаслились.

— Выколачивать их из себя не дам! — решительно ответила Наталка.

— Какие философские течения у вас там сейчас преобладают? — Сиоген пополз вокруг Темлана за Наткой, которая, неприлично взвизгнув, вскочила на ноги и перепряталась за спину эльфы.

— Уберите его от меня! Он псих!

— Он не псих, он фанат науки, — сообщил Темлан. — Бьется за свои идеи насмерть!

— Вот этого я и боюсь, — пискнула из-за спины эльфы Натка.

— Только со своими оппонентами, которые почему-то считают его шарлатаном, — успокоил девушку учитель. — Сиоген, вернитесь в свою бочку. Не мешайте нам работать. Клянусь, как только она мне изменит внешность, отдам ее вам на растерзание.

— Ах ты, предатель! — возмутилась Натка. — Внешность тебе? Сейчас будет тебе внешность! На, получай!.. Ой, мама, роди меня обратно… — Натка со страху первая нырнула в бочку Сиогена, увидев дело своих рук.

Следом за ней туда нырнула эльфа, последним втиснулся философ, впечатав девушек в дно бочки.

— Расколдуй его немедленно обратно! — истерично взвизгнул он.

— Как я расколдую? Ты же меня расплющил!

К бочке подошел Темлан, которого буйная фантазия Натки превратила в полуразложившийся труп. С голого черепа свисали клочки седых волос, пустые глазницы полыхали адским пламенем, в ошметках гниющей плоти каким-то чудом держащихся на костях, копошились белые могильные черви. Черви у Наталки всегда получались очень убедительные. Образ был явно взят с проклятых моряков из «Пиратов Карибского моря», но в исполнении дурной колдуньи получился гораздо колоритнее.

— Леди Натали, — строго сказал Темлан, — немедленно вылезайте и возвращайте все обратно.

— А ты драться не будешь?

— Буду, если немедленно не исправишь это безобразие!

— Кишка тонка! Сам признавался, что с женщинами не воюешь, — фыркнула Наталка. Так как «труп» был отгорожен от девицы телами тучного философа и эльфы, она успокоилась и даже осмелела. — Ладно, так и быть. Расколдую. Ищи в своей азбуке заклинание от случайного колдовства. Только за дерево, что ль, отойди, а то тебя Сиоген боится.

— Да, ты бы это… — поддержала своего босса эльфа, — от нас подальше. Я умом-то понимаю, что внутри ты симпатичный, но все равно, э-э-э… неуютно.

— Отойти-то я могу, это не проблема, вот только азбука, боюсь, нам здесь не поможет. — Темлан послушно отошел за ствол ближайшего дерева.

— Почему не поможет? — удивилась Натка. — Да вылезайте вы уже!

Первым выполз Сиоген, за ним выпрыгнула эльфа, последней из бочки выпала полузадохшаяся Натка.

— Здесь нет такой главы, — пояснил Темлан. — Я сегодня утром ее уже искал. Хотел, чтоб ты попробовала мне меч расколдовать. Вдруг у тебя это лучше получится, чем у Тазара Ужасного? Ты же дикая.

— Это я дикая? Так, сейчас ты у меня не только червями обрастешь. Рога на лоб присобачу. Развесистые такие!

— Слушай, — обрадовался из-за дерева Темлан, — а это идея.

— Тебе нужны рога? — удивилась Натка.

— Да нет! Навесь на меня поверх этой страсти другой морок и все дела!

— А-а-а… вон ты о чем. Ладно. Сиди пока там, не пугай нас своим плешивым черепом. Сейчас подумаю, во что еще тебя превратить.

— Ни во что особенное, — потребовал философ. — Просто измени внешность, и все.

— И пусть будет такой же симпатичный, — попросила эльфа.

— Ладно, уломали, — вздохнула Натка. — Сделаю вам симпатяшку.

Девушка прикрыла глаза и представила себе вместо Темлана свою давнюю киношную любовь. Довелось ей как-то в детстве посмотреть старый французский фильм «Черный тюльпан». Ален Делон был там такая душечка, что детское сердечко дрогнуло, и какое-то время он даже появлялся в ее снах.

— Ну что? Получилось? — спросила Натка.

Из-за дерева вышел Ален Делон, запакованный в доспехи наемника с гламурным мечом на боку.

— Ух ты! — И без того огромные глаза эльфы стали еще больше и восторженно засияли. — Еще бы