Расследования Марка де Сегюра.(Книги 1-26) - Лариса Куницына

— Я согласен, — кивнул юноша и обернулся к Жеральдине, которая с некоторым злорадством взирала на Марка. — Госпожа де Ренси, можете ли вы представить нам сейчас своего секунданта?

— Если никто не решился поднять меч против этого интригана, — проворчала она, — то вряд ли кто-то согласится представлять меня на этом поединке. Давайте прямо здесь и сейчас обсудим все условия!

— Что ж, если его сиятельство не против… Кто назовёт место поединка?

— Уступаю это право даме, — усмехнулся Марк.

— Площадь Трёх львов! — выпалила Жеральдина.

— Я не возражаю.

— Время? — Александр снова взглянул на Марка, но тот небрежным жестом переадресовал вопрос сопернице.

— Утром в день святой Аделаиды! — поспешила заявить та.

Марк задумался. На подготовку она оставила себе двое длинных суток.

— Пусть так, — согласился он.

— Оружие?

— Я могу биться хоть мечом, хоть копьём, хоть алебардой! Так что пусть дама выберет то, что ей привычно.

— Средний меч! — ответила она.

— Условие, на котором поединок считается завершённым?

— Смерть! — крикнула Жеральдина, с ненавистью глядя на Марка.

— Аппетит воистину приходит во время еды, — заметил он. — Я уступил вам три условия поединка, и вы решили, что можете прибрать и четвёртое? Однако я не так великодушен, — он обернулся к Александру и проговорил: — Я не собираюсь ни убивать, ни всерьёз ранить эту женщину. Мне, как рыцарю, это не к лицу. Я намерен лишь разоружить её, потому давайте установим правило: «До первой крови или потери оружия».

— Я не согласна! — заявила она.

— Это поединок чести, а не дуэль, — возразил Александр. — Его целью является определение победителя, а не убийство противника. Если вы не согласны, то продолжайте настаивать на дуэли, однако, в таком случае ваш противник вправе от неё отказаться, а если вы продолжите оскорблять его прилюдно, он сможет найти на вас управу в суде.

— Ладно, — процедила она. — Пусть будет по-вашему!

— Вы закончили? — прозвенел в тишине нетерпеливый голос баронессы де Флери. — Если да, то я прошу незваную гостью немедленно покинуть мой дом, иначе я позову стражу и обвиню вас в незаконном вторжении!

— Не трудитесь. Я ухожу, — проворчала Жеральдина и, бросив на Марка испепеляющий взгляд, направилась к двери.

— Как всё это неприятно, — расстроенно пробормотала леди Селеста, провожая её взглядом. — Неужели ты будешь биться с этой особой, мой мальчик?

— Я просто отниму у неё меч, — усмехнулся он, садясь на место.

— Мне жаль господа, что наш пир был прерван столь бесцеремонным образом, — произнесла баронесса, окинув взглядом своих гостей. — Однако теперь всё закончилось, и мы можем продолжить. Я приготовила для вас немало приятных сюрпризов и развлечений, потому отнеситесь к этому происшествию, как к неудачному спектаклю, разыгранному бездарной актрисой. А сейчас наполните ваши чаши! Следующим номером нашей программы будет выступление фокусника, который погрузит вас в настоящую сказку! Прошу вас, господин Хе Сон!

В зал вошёл высокий молодой человек в странном облегающем костюме из чёрного атласа. У него были тёмные волосы с фиолетовым отливом и красивое бледное лицо с узкими чёрными глазами. Поклонившись баронессе, он улыбнулся, взмахнул рукой и все свечи в зале внезапно погасли, а с его ладоней вспорхнула большая огненная птица. Гости как заворожённые следили за её полётом и ловили падающие с её перьев алые искры.

Марк рассеяно наблюдал за этим чудом, уже обдумывая свои следующие шаги.

Перед поединком

Марк вернулся домой не слишком поздно. Едва войдя в нижний зал своего дворца, он велел слуге вызвать к нему господина Компена, а едва управляющий появился, приказал собрать в зале всю прислугу. Сам он поднялся на галерею второго этажа и остановился у балюстрады, глядя, как появляются внизу слуги. Вскоре там собрались все, включая лакеев, горничных, конюхов и даже мальчика-истопника, которого не так давно привёл с улицы секретарь Монсо. В стороне стояли рыцари, окружившие капитана Ламбера. Окинув взглядом напряжённые или любопытные лица стоявших внизу людей, Марк опёрся руками на перила и произнёс:

— Друзья мои, я полагаю, что все вы довольны службой в моём доме и дорожите своим местом. Я стараюсь быть для вас добрым хозяином и достойно оплачивать ваш труд. Мне никогда не приходилось сомневаться в вашей преданности, и я с душевным спокойствием полагаюсь на вас, доверяя вам собственную безопасность и защиту моей семьи. Вы прилежно исполняете свои обязанности, и я никогда не требовал от вас большего. Однако сейчас мне нужна ваша помощь, и я ожидаю от вас бдительности, преданности и неукоснительного исполнения тех указаний, которые я вам дам. До вас безусловно доходили слухи о Жеральдине де Ренси, и о тех её коварных уловках, посредством которых она снискала явно незаслуженную славу непобедимой воительницы. Не буду скрывать, что именно мне удалось разоблачить её, а также арестовать её сообщницу Доротею де Мелантен и собрать против неё неоспоримые улики. Теперь Жеральдина де Ренси жаждет мести. Этим вечером она явилась на пир к баронессе де Флери, устроила скандал и бросила мне вызов на дуэль. Я, естественно, отказался, но, как выяснилось, у неё есть право на поединок чести, от которого мне отвертеться не удалось.

Он поднял руку, потому что встревоженные слуги и рыцари разом загомонили. После того, как наступила тишина, он продолжил:

— Я знаю, что вы обеспокоены, потому что знаете, что Жеральдина де Ренси побеждает своих противников отнюдь не мастерством и силой. Она коварна, изыскивает способы ослабить соперников, не гнушаясь отравлением. Именно это и вынуждает меня обратиться сейчас к вам. Дуэль назначена на утро дня святой Аделаиды, то есть через двое длинных суток. Всё это время дом будет находиться на осадном положении. В него не должны допускаться посторонние люди, будь то ремесленники или торговцы. Поварам в эти дни не следует закупать продукты для стола, довольствуйтесь тем, что уже находится в кладовых. Пищу для меня старший повар должен готовить лично, ни на минуту не выпуская блюда из виду, после чего передавать их только Модестайну, который будет приносить их мне и проследит, чтоб к ним никто не подходил. Что касается моих посетителей, то они без моего разрешения не должны проходить дальше этого зала, и опять же постоянно