"Фантастика 2026-155". Компиляция. Книги 1-20 - Николай Алексеевич Некрасов

я ошибся, но вот только где? Версия с журналистом оказалась ложной. Хотя нам и удалось задержать опасного шпиона, который мог нанести или уже нанес серьезный ущерб нашему государству. Версия с мстителем из прошлого тоже разлетелась вдребезги. Кому перешли дорогу двое конструкторов. Один из них, согласно показаниям друзей второго убитого, вообще не был Самоделкиным, а только выдавал себя за него. Масса разрозненных фактов, которые никак не складываются в стройную картину мира.

Вечером мы вернулись из Мичуринского.

Амбарова я в Конторе не застал, поэтому отчитался перед ним утром следующего дня. Новости его не обрадовали, но кажется он не удивился. Сказал, что надо срочно найти убийцу, потому что сверху уже интересуются результатом. Убиты не просто обычные граждане, а представители научно-технической элиты страны. Надо было умереть, чтобы стать научно-технической элитой. И вот теперь, перебирая материалы, я пытался найти за что уцепиться. Почему Тапочкин выдавал себя за Самоделкина? Кто, идрис меня раздери, убил их?

Я нашел свои записи из синей записной книжки Колмыкова и замер. Вот еще версия, которую я не успел отработать. Поставщики и клиенты Колмыкова.

В разделе поставщиков я увидел надпись Дятел. И как я раньше не обратил на нее внимания. Быть может, это Игнат Дятлов, друг и соратник по конструкторским делам Колмыкова. Надо будет проверить, что именно доставал Дятлов для него.

В разделе клиентов значился Ольгов Дмитрий Олегович, товаровед ДЛТ, а также Второй Заместитель Председателя Ленинградского Горисполкома Ярушкин Иван Алексеевич. Нужно отработать и этих двух товарищей. И если они не при чем, то можно начинать расследование сначала. Печальная, надо сказать, перспектива.

— Я всю ночь размышлял, кто мог убить наших конструкторов? И ни до чего не додумался. Если двух конструкторов еще как-то можно соединить вместе, то вот этот доктор Шубик выбивается из картины, — сказал Рябинин.

Я и не заметил, как он вошел в кабинет.

— Мне тоже не дает покоя это дело. А ведь Безгородний был идеальным подозреваемым.

— Я хоть и позднее подключился к этому делу, но полностью с тобой согласен. Мне не дает покоя тот факт, что по утверждению Геншина и Дятлова Тяпочкин не сам построил свою машину, а купил готовую модель. После чего он активно выступал на телевидении, в газетах. А ведь до этого был серой мышью, а тут сразу признание, почет и деньги, — поделился своими размышлениями Рябинин.

— Надо узнать у кого купил Тапочкин свою машину. Быть может, это и приведет нас к убийце? — сказал я.

— Как мы это можем установить?

— Займись бухгалтерией Тапочкина за последние пять лет. Начни с ранних годов. Установи, где он хранил деньги. Снимал ли крупные суммы. Если да, то какие и когда. Съезди на Кировский завод, наведи справки о Дятлове. Нас интересуют запчасти для машин. Какие материалы он доставал и каким образом. А я займусь частными заказами Колмыкова. Между этими тремя убийствами есть связь, только мы почему-то ее не видим.

Я позвонил в Ленинградской Горисполком. Непродолжительные длинные гудки сменились бойким женским голосом, который спросил, чем она может мне помочь. Я поинтересовался, как я могу встретиться с Ярушкиным Иваном Алексеевичем. Мне ответили, что Второй зам просто так не принимает. Если у меня есть какая-то просьба или конструктивное предложение, то надо приехать и обратиться в «Отдел писем и приема граждан», где меня сориентируют какой профильный инспектор может мне помочь. После чего примут мое заявление и запишут к нему на прием. Я сказал девушке, что меня не так поняли. Я из милиции и мне нужно встретиться с товарищем Ярушкиным в рамках проводимого мной уголовного расследования. Девушка сказала, что должна уточнить этот вопрос непосредственно у товарища Ярушкина и попросила продиктовать мой номер телефона. Я продиктовал. Мне сказали ожидать ответа и повесили трубку.

Вот так я столкнулся с железной стеной бюрократии. Интересно, а сколько мне предстоит ждать? Я тут до вечера просижу или пару-тройку дней.

Я встал, подошел к окну и выглянул на улицу. Снаружи шел дождь. Хмурое свинцовое небо и черно-серые шапки одинаковых зонтов, скрывающих тротуары.

Я решил, что если в течении часа товарищ Второй зам мне не перезвонит, то я сам поеду в горисполком и буду штурмовать его приемную, пока не добьюсь результата. Я в конце концов звездный десантник. Мне не привыкать брать неприступные укрепления штурмом.

И тут же раздался телефонный звонок. Я посмотрел на часы. Прошло всего каких-то двадцать минут. Оперативно они решили мой вопрос.

Я подошел к столу и снял трубку. Тот же женский голос сообщил мне, что товарищ Ярушкин готов меня принять незамедлительно. Я сказал, что подъеду в течении получаса. Мне ответили, что меня ждут и повесили трубку.

До Мариинского дворца, где располагался Ленинградский горисполком, я добрался за двадцать минут, не смотря на большое количество транспорта на дорогах. Оставил машину рядом с центральным входом и вошел в здание.

В парадной вестибюле на входе стояли специальные турникеты с вертушками и большой стол, за которым сидел сотрудник комендатуры дворца в милицейской форме. Он остановил меня и попросили предъявить удостоверение.

Я его предъявил и сказал, что иду к товарищу Ярушкину. Милиционер сверился с записями в журнале регистрации посетителей и сказал, что насчет меня есть распоряжение пропустить. Он записал данные с удостоверения в журнал, вернул его мне и сказал, куда мне дальше идти. После чего нажал кнопку под столом, и я свободно прошел через турникет.

Я поднялся на второй этаж, где заседал сам Ленсовет и находился кабинет самого Председателя Ленгорисполкома товарища Зайкова. Я свернул в левое крыло, прошел длинными помпезными залами, полными воспоминаний о былой роскоши и оказался перед дверями Второго заместителя Ярушкина Ивана Алексеевича. Так было написано на дверной табличке.

Я толкнул дверь и вошел в приемную, где за большим столом сидела секретарь и выстукивала что-то на печатной машинке. По стенам стояли шкафы с документами. Напротив стола секретаря находился коричневый кожаный диван для посетителей. При моем появлении секретарь прекратила печатать и посмотрела выжидательно на меня. Взгляд у нее был усталый и откровенно скучающий.

— Я к товарищу Ярушкину из милиции. Мне назначено, — сказал я.

— Одну минуту. Я уточню.

Она поднялась из-за стола, подошла к двери кабинета второго зама, постучала и вошла. Через минуту вернулась, распахнула передо мной дверь и сказала, что я могу заходить.

Я вошел в огромный кабинет, большую часть которого занимал длинный т-обраный стол, во главе которого