Газлайтер - Григорий Володин

О, как завернул! Медовая патока. Сахарные горы. У меня бы задница слиплась от таких комплиментов, хоть и обожаю сладкое. Но Енеревы довольны, ведь нахваливаю их кровиночку. По крайней мере, отец с матерью взирают на меня благосклонно. А Эльдар, словно лис, всё так же ухмыляется.

— Рад, что кое-кто еще разделяет со мной обожание моей красавицы, — довольно смеется Альберт.

Камила совсем зарумянилась, будто облитая лучами славы.

— Блюда стынут, дорогой, — скромно замечает супруга.

— Да-да, пройдемте в обеденную, — приглашает глава и принюхивается. — Куропатки удались, я чувствую по одному только аромату.

Мы проходим в обширный зал и рассаживаемся за уже накрытый стол. Рядом со мной удобно располагается Камила, и мы приступаем к еде. Глава не обманул. Нежнейшая ароматная куропатка, тушеная с помидорами, буквально тает во рту. За столом о делах не говорим, беседуем только на отвлеченные темы, как поступление в вуз, подготовка к выпускному и прочие школьные проблемы.

— Наконец мы тебя увидели, Даниил, — улыбается Альберт. — Камила о тебе рассказывал только с положительной стороны, причем настолько положительной, что я уже горел в нетерпении познакомиться со столь выдающейся личностью.

— Альберт Игоревич, к сожалению, у меня много недостатков.

— Да? И какие же?

— Вам весь список или в укороченном варианте?

— Хм. Давай в укороченном.

— Гордыня, безалаберность, лень, грубость, занудство, безответственность, безразличие, ворчливость, нетерпимость, вредность, эгоизм, вспыльчивость, жадность, кровожадность, мелочность, тщеславие, мстительность, нахальство….

— Хватит-хватит. Мне уже страшно, что там еще, хех, — с улыбкой подмечает Альберт. — Давай лучше про хорошие стороны… Они же у тебя есть?

— Честность.

— Хех, и не поспоришь ведь.

Когда заканчиваем обед, Алберт приглашает меня одного в свой кабинет. Мы усаживаемся в мягких креслах друг против друга, глава рода Енеревых произносит:

— А теперь, если ты не против, Даниил, поговорим о делах.

Глава 15

Радужные перспективы

— Документы по передаче акций завода уже подготовлены, — начинает Альберт и передает мне визитку. — В любой будний день заедешь в эту нотариальную контору и подпишешь. Лучше с этим не тяни. Быстрее сходишь — быстрее начнешь получать дивиденды. Ближайшая выплата как раз через две недели, лучше бы к этому времени иметь пакет в собственности, чтобы не терять прибыль.

— Спасибо за советы и помощь, — киваю чуть расслабленно. — С Фиткиными не будет больше проблем?

— С ними и не было, — отвечает Альберт, поморщившись. — Просто одна глупая девка зазналась. Конечно, я стребовал с них и наказание этой нахалки и крупную компенсацию, но ты должен понимать, Даниил, что с Фиткиными нам в этом городе еще жить да жить. Я не могу порвать с ними все связи, как бы ни хотелось, ведь они наши партнеры в некоторых предприятиях. Моему роду от этого станет только хуже.

Передо мной будто оправдываются. Очень интересно выходит.

— Ничего страшного. Мне достаточно того, что этого больше не повторится, Альберт Игоревич, — спокойно отвечаю. — Я не придерживаюсь правила «за око — голова, за зуб — челюсть». Такой принцип самоуничтожителен, он порождает бесчисленное число врагов.

— Очень правильные слова. Я бы сказал даже мудрые, — улыбается глава Енеревых и указывает на стопку книг на столе, обвязанных лентой. — А вот вторая часть нашей благодарности. Можешь взглянуть и оценить.

Я встаю и подхожу к книгам. Просматриваю надписи на корешках. Ого. Неплохой суповой наборчик для телепата. Целый фолиант про манипуляции с астральным эфиром. Две книжки про конструкты… Наверно, эта коллекция стоит тысяч двадцать. И все издания неплохие. Блин, и почему магические книги стоят так дорого? Ответ прост — книжное издательства, как почти и всё прочее, контролируют рода. Монополия. А там, где отсутствует рыночная конкуренция, всегда будут гнать цены.

Что ж, зато теперь я вижу — Альберт действительно ценит честное имя своей дочери.

Я кладу руку на книги.

— Это замечательный подарок, Альберт Игоревич. — Енеревы только что прибавили в моих глазах девяносто очков.

Оставив книги на столе, сажусь обратно в кресло.

— Ты не только уберег имя Камилы, но также и ее жизнь. Поэтому за нами остается долг. Надеюсь, ты не будешь с ним медлить, — чуть виновато улыбается глава. — Не люблю быть должным.

— Отлично вас понимаю, — улыбаюсь в ответ. — Постараюсь в ближайшее время придумать достойное применение ресурсам рода Енеревых.

— Хорошо, что мы друг друга понимаем, Даниил. А теперь, если не против давай поговорим о делах. Камила сказала, ты можешь предложить что-то связанное со зверьми?

Эх да, я обдумал совместный с дворянами зверинец. Точнее, центр КМБ. К сожалению, пока смущает много неясностей насчет моего будущего, но обозначить КМБ как возможный вариант я могу. Хоть буду знать заинтересованы ли Енеревы.

— Могу обозначить как перспективу. Но пока не знаю, буду ли это сам реализовывать. Я точно уверен, что моих сил хватит на эту задумку. Но, возможно, учеба в вузе повернется ко мне такой стороной, когда для меня станет это неактуальным.

— О чем речь? — Альберт весь во внимании.

— Создание подготовительного центра для боевых подразделений с тренировочными боями со зверьми. Центр планировалось обеспечить всем необходимым за счет госсредств. Но возможен и вариант ГЧП, государственно-частное партнерство. Проект планируется как приносящий доход. Ведь возможны также частные клиенты. Думаю, дворяне тоже не отказались бы потренироваться на живых зверях, прежде чем идти воевать на Аномалии.

— Оу, да, идея неординарная, — задумывается Альберт. — И заманчивая. Жалко, что ты еще не решил, приступать ли к ней.

Я лишь развожу руками. Таков уже есть.

— Но, если решишься, мы не против быть твоими партнерами в этом нелегком деле. Учти на будущее.

— Хорошо, буду держать вас на заметке в первую очередь.

— Подобные центры существуют на Аномалиях, так сказать, прямо на местах, но их неприлично мало. Всего пара, припоминаю. Размах у них очень скромный. В любом случае, востребованность в тылу такого Колизея была бы огромной. И раз уж заговорили об идеях. Мне тут еще Камила подбросила одну, — Альбер делает выражение лица: «Ох уж, эти детские выдумки, но и не спросить не могу, ты должен понимать, иначе обижу дочурку». — Она сильно волнуется о двоюродном брате, он сейчас на Аномалии. Дочка хочет к нему пристроить четвероногого напарника, вроде вашего Легавого Шарика.

— Да, она говорила, — киваю с понимающей улыбкой.

— А еще Камила предложила поставить процесс на поток. Дворяне будут привозить зверей, а ты их одомашнивать, — у главы глаза умасливаются гордым блеском за дочурку. — В Камиле присутствует не только магическая, но и коммерческая жилка.

— Еще какая. — Соглашаюсь с очевидным. — В принципе, до своего выпуска я могу выдрессировать пять-семь зверей. Очень желательна порода Легавый. Они очень хорошо подвержены дрессировке. Шафрасов точно не нужно. Я сейчас занимаюсь одним.

— Не слушается? — с интересом спрашивает Альберт.

— Слушается, куда он денется, — вздыхаю. — Но у него очень негибкая психика. Уходит много времени, чтобы ментальные установки скорректировали сознание.

— Вот как. Понял тебя. Значит, семь зверей, — тон Альберта становится деловым. — Одного купим мы сами по полной стоимости, шесть готовим на перепродажу. Комиссионные возьмем с них тридцать процентов. Тебя устраивает?

— Вполне. — А что? Ловить редких зверей тоже непросто. — Только прежде согласовывайте вид со мной, пожалуйста. Вдруг попадется неуправляемый.

— Да, обговорим полный перечень позже. Я понял, что Легавые в приоритете. Стоимость предлагаю обозначить плюс-минус миллион рублей. Точную сумму наши маркетологи еще рассчитают, исходя из предполагаемого спроса.

У меня чуть глаза на лоб не полезли.

— Миллион? А купят?

— Конечно, — отмахивается Альберт. — С руками оторвут. — на мой недоверчивый взгляд глава смеется. — Даниил, представь сколько дворян проходят срочную службу на Аномалиях. Сотни тысяч. Средняя за год смертность пятнадцать-двадцать процентов. Психологических травм и того больше. Отцы будут из кожи вон лезть, чтобы сохранить жизнь и ментальное здоровье своим детям.

Несколько секунд я перевариваю услышанную информацию.

— Альберт Игоревич, — задумчиво произношу. — Я думаю, что вполне смогу выдрессировать и пятнадцать Легавых.

* * *

— Уехал? — спрашивает Альберт вошедшего сына.

— Да, Камила сразу убежала с матерью шушукаться.

— Женщины, — снисходительно улыбается глава. — Как он тебе?

— Уравновешенный серьезный парень. Есть, конечно, у меня пара вопросов. Слишком уж спокойно он себя вел для шестнадцатилетнего простолюдина. Трепета перед дворянами совсем не испытывает, словно каждый день общается с ними.

— Он и общается, — замечает Альберт. — У него друзья сплошь дворяне.