По эту сторону. Дом с секретом и его притяжение. Часть вторая - Ольга Станиславовна Назарова

ответил Филипп, и прозвучало это жёстко. – Вас скрутят и сделают всё, что захотят, на что фантазии хватит. Не жалко своей жизни – могу понять, но что будет с вашими родителями, с младшей сестрой?

– Не читайте мне нотаций! – взвилась Ярослава. – Вы мне никто! Я должна, ДОЛЖНА его найти и прикончить!

– О как… готовы стать убийцей? – мило улыбнулся Соколовский. – А ведь рыси практически никогда не нападают на людей.

– Я не рысь, я человек, который может быть рысью! Люди на людей ещё как нападают! Вот вы сдали сегодняшнего гада в полицию, и что? И проживёт он ещё много лет! А зачем ему жить?

– И вы, значит, готовы становиться палачом? – хмыкнул Филипп. – Интересно… А по поводу кому жить, а кому не жить… Знаете, я у Толкиена читал хорошую фразу на эту тему.

Переход к Толкиену Ярославу немного смутил.

– Так вот, там в разговоре поднимается тот же вопрос – жаль, что негодяя не убили. Зачем ему жить-то?

– Да, вот я тоже не понимаю! Где справедливость? Почему живут те, кто заслужил смерть?

– Отвечу прямой цитатой: «Заслужить-то заслужил, спору нет. И он, и многие другие, имя им – легион. А посчитай-ка таких, кому надо бы жить, но они мертвы. Их ты можешь воскресить – чтобы уж всем было по заслугам? А нет – так не торопись никого осуждать на смерть. Ибо даже мудрейшим не дано провидеть всё».

Слова словно зависли в воздухе, озадачив крайне рассерженную Ярославу, у которой словно бы отнимали её право на месть.

– То есть… если я его встречу, мне его просто отпустить? Я же не смогу доказать, что это именно он сделал! – фраза, сказанная актёром, её против воли впечатлила, но сдаваться она не собиралась.

– Зачем же просто отпустить? – очень по-доброму, так, что у присутствующих аж мурашки по спинам пробежали, спросил Соколовский. – Отпустите сложно – с дальним и осторожным сопровождением, а дальше сообщите мне… Видите ли, я очень не люблю таких людей.

Ярослава только глазами хлопала, пытаясь переварить изменение атмосферы в кабинете – только что он шутил, убеждал, цитировал, а сейчас – холодом пробрало, словно она оказалась рядом с… нет, не рысью, а с кем-то значительно более грозным.

– Напугал я вас? – неожиданно улыбнулся Соколовский. – Не бойтесь. Думаю, что мы разберёмся и с этим вопросом, а ещё – вполне возможно, что сможем помочь вашей сестре. Уртян – великолепный травник, это он готовил редкий отвар для той нашей гостьи. Так что вполне возможно, что её проблему мы так или иначе решим – не помогут травы, поможет морок. А его, в исполнении Крамеша, вы уже на себе испробовали.

***

Ярослава росла в осознании своей «особости», в понимании того, что они могут быть собой только в семье, со всеми остальными людьми надо держать ухо востро! А ещё… ещё они с сестрой, скорее всего, обречены на одиночество – какой парень способен выдержать то, что его жена время от времени превращается в рысь? И детей у неё никогда не будет – родители, невесело переглядываясь, объяснили своей Ясе, что дети у них бывают только с уроженцами каких-то непонятных земель, а с обычными людьми – нет.

– Чудо, что мы с твоим отцом смогли встретиться, – рассказывала Ярославе мама. – Но больше я с такими не сталкивалась…

Беда, которая случилась с её сестрой, лишила Ярославу её мира, её опоры, её крепости – родители и сестра были вынуждены жить далеко от неё. Да, конечно, она постоянно моталась к ним, но возвращаться в пустую квартиру было невыносимо, невозможно!

А вот сейчас она осознала, что это обречённое и неизбывное одиночество берёт и… исчезает, что внезапно нашлись те, кто знает о таких, как она, не считает небылицами их существование! Да мало того, что нашлись, так ещё и помочь могут!

Глава 87. Сложная гостья

Ярослава несмело улыбнулась, не зная, что это сказало о ней многое, гораздо больше, чем она хотела – это была улыбка человека, который редко позволяет себе радоваться, так редко, что почти забыл об этом.

Соколовский понял это моментально, мимолётно пожалев девчушку, которая оказалась одна в окружении собственного тоскливого одиночества, и явно проигрывала этому своему мерзкому ощущению.

– Ярослава, уже поздно, вы явно устали и нанервничались, предлагаю на сегодня закончить наши переговоры.

– И я могу реально уйти? – привычное недоверие никуда не делось – его нельзя было так просто разрушить одним осознанием или несколькими словами, прозвучавшими от незнакомцев – ещё непонятно, можно ли им вообще доверять?