По эту сторону. Дом с секретом и его притяжение. Часть вторая - Ольга Станиславовна Назарова

– Правда? – Крамеш надеялся, что у Уртяна есть хоть какое-то количество совести, что он отыщет эту малость именно в этот момент и снимет иллюзию. – Ну попробуй!

Он стоял неподвижно, так что грабитель шагнул ещё ближе, беспрепятственно схватил его за белевшее при свете луны плечо, а потом изумлённо уставился на свою руку – глаза говорили ему, что это тоненькое плечико, действительно очень похожее на девичье, и что оно абсолютно точно без одежды, а пальцы явно ощущали ткань, а под ней – вполне себе мужскую мускулатуру. Да, худощавого мужчины, но отнюдь не слабака.

– Это… это как? – бежать бы ему сломя голову, но это ничего не изменило бы… – Я не понял!

Уртян счёл, что этот момент вполне подходит для развеивания иллюзии, так что изумление грабителя можно было понять – он уставился в лицо «девушки» и окостенел от ужаса и изумления – миловидные черты девичьего личика таяли, расползались, словно маска из тумана, а вместо них появлялось совсем другое лицо.

Единственное, что роднило эту физиономию с предыдущей, – цвет кожи, волос и глаз, а ещё – ухмылка, от которой хотелось закопаться в землю и просидеть там минимум до весны.

– Ммму… ммму… – сообщил потрясённый грабитель, уставившись в невозможно чёрные глаза. – Совсем мууужик!

– И ты опять ошибся! – усмехнулся черноволосый. – Но это детали, которые тебя уже не касаются. Да, кстати, ножичек брось! А теперь…

Он коротко размахнулся и ударил мерзкого типа так, что тот согнулся, пытаясь вдохнуть, впрочем, удалось это ему ненадолго – только для того, чтобы он разбежался как следует и…

– Слушай, а чего это он на дерево так странно лезет? – поинтересовался Уртян, который уже в людском виде подошёл к Крамешу вместе с Итаффом.

– Не странно, а с разбега! – неожиданно охотно объяснил Крамеш. – Всегда хотел посмотреть, может ли человек так взбежать.

– А почему он потом башкой о ствол бьётся? – заинтересовался Таф, с научным интересом рассматривая грозу окрестностей.

– Видать, расстраивается, что не получилось! – хмыкнул Крамеш.

– Логично! – голос Соколовского заставил троих откомандированных в лесопарк оглянуться на Филиппа Ивановича, беззвучно появившегося из темноты. – Крамеш, ты молодец! Тян и Итаффин – тоже! Всё сделали безукоризненно!

Он даже не смотрел на замороченного Бескрайновым типа, который всё разбегался и пытался взобраться на ель, а потом стучался о её ствол – что он там не видел?

Нет! Он шёл к стоящей в отдалении девушке.

– Редкая гостья по эту сторону… – протянул он, обходя вокруг неподвижной фигуры. – Да и по ту их сложно встретить – очень скрытные.

– Филипп Иванович, – Итаффу было страсть как интересно, что они теперь будут делать с преступником. – А что с этим? – он кивнул на грабителя, сползающего со ствола, несмотря на то что он крепко обхватил его руками.

– Как что? Отправим в полицию с чистосердечным признанием в совершённых проступках.

– И ему явку с повинной оформят и за чистосердечное ещё поблажки дадут? – как-то даже оскорбился Итафф, который по долгу авантюрного характера УК РФ знал хорошо – надо же понимать, ты уже преступаешь закон или пока нет.

– Наивный ты лис, – усмехнулся Соколовский. – Ну какие там ему поблажки будут, если он придёт да… расскажет всё, вещдоки сдаст, а потом… возьмёт и кинется на полицейских! И прямо так серьёзно кинется! Да не на одного! А вот когда его психиатры будут осматривать, ничегошеньки странного у него не найдут, так что придётся ему получить всё, что причитается, и ещё немного сверху – лично от меня! – Сокол без малейших усилий оторвал пакость от ствола, встряхнул его, держа на вытянутой руке, а потом, когда внезапно пришедший в себя тип заблажил, засучил ногами, неожиданно тонко заорал, резко коснулся его плеча и брезгливо отбросил от себя.

Грабитель с физиономией, разбитой тесным знакомством с ёлкой, с несколькими сломанными из-за этого же рёбрами и весьма отбитой филейной частью, на которую он раз за разом приземлялся, падая с дерева, встал, подобрал нож, положив его в карман – в качестве первого вещдока, и побрёл в сторону дорожки.

– А ещё, – вдогонку ему сказал Филипп, – определённый функционал одной из частей тела у него больше не будет работать никогда – такое размножаться не должно! И на женщину поднять руку он больше не сможет, и вообще ни на кого, кто слабее…

– Ну он вообще зверюга страшная! – с восхищением прошептал впечатлённый Итаффин на ухо другу, когда они выбрались в освещённую часть парка. – Всё предусмотрел!

– Он такой! – с забавной гордостью кивнул Уртян, покосившись на Крамеша, который вёл в направлении их машин девушку-рысь…