"Фантастика 2026-114". Компиляция. Книги 1-30 - Екатерина Владимировна Скибинских

небо взметнулись корни Древа, поднимаясь все выше и приближаясь все быстрее, подталкивая нас к щелкающему челюстями пню. Впрочем, не только за спиной, они поднимались со всех сторон. Еще больше правдоподобия этому образу мухоловки предала густая дымящаяся жижа, полившаяся из оскаленного рта. Видимо, именно в ней нам и предстоит перевариваться.

— Бро! Что делать будем!

В ответ я швырнул один из тюков с сеном вопрошающему Страннику, и завопил:

— За мной!

Стараясь не наступать в исходящие паром лужи, мы бросились к пню, на ходу зашвыривая тюки в распахнутую пасть. Следом за тюками в разинутое нутро влетел файербол.

Вспышка огня и ревущее пламя ударило изо всех щелей выпучившего глаза монстра.

Все на миг замерли, даже Резак, наворачивающий до этого круги вокруг Древа в тщетной попытке отвлечь его внимание.

Внимание! Огонь не может нанести урона Проклятому Древу!

Наш слитный стон прокатился над пустошами, а Резак, покачав головой произнес:

— Мне он надоел, продержитесь десять секунд, я щаз!

Сказал и исчез в инвизе, а через миг появился снова, карабкаясь по пню наверх.

Отчаянно заблеял Дол, рванув вперед, используя откатившееся умение, разнося в щепки голову еще одного шипуна и упал замертво пронзенный сразу двумя шипами.

Внимание! Ваш питомец погиб. Он теряет 10% полученного опыта. Призыв питомца возможен через 1 час.

Взвизгнула Флора, наша волокуша взмыла в воздух, разбрасывая собранный лут по всей округе. А Резак добрался до глаза ожившего пня смачно плюнул прямо в зрачок, а затем всадил в него кинжал. Ну, всадил — это сказано метафорически, похоже, металл не зашел внутрь даже на миллиметр, но Древу этого хватило. Нависающие над нами корни замерли, а ближайшей к роге корень страшно изогнулся и молнией ударил прямо ему в спину. Мир вокруг замер, даже предупредительный вопль умер на губах, так и не родившись, когда сверкающий шип пронзил то место, где только что находился рога и на всю глубину вошел в глаз своего хозяина.

Вопль, разнесшийся вслед за этим, был страшен. Пасть пня распахнулась чуть ли не вдвое, исторгая из себя снопы искр и огня, разбрасывая не догоревшую солому по всей округе, а единственный оставшийся глаз в бешенстве уставился на стоящего рядом улыбающегося, демонстративно отряхивающего руки рогу.

Откуда вылетел обрубок корня, я так и не увидел, но вот Рога был, а вот его нет, он, кувыркаясь летит в небесах. Далеко летит. Древо отбросило его минимум на полсотни метров от себя. Но Резаку в очередной раз повезло: зеленой молнией метнувшийся в след за своим хозяином Мохноног, ловко проскочил меж вздыбившихся корней Древа, в последний момент успел скастовать на заросли адского куста свои сети, поймав бесчувственное тело в их мягкие объятия.

Но мы этого уже не видели, нам со Странником хватило только переглянуться, чтобы начать действовать. В секунду преодолев отделяющее меня от пня расстояние, я в два прыжка добрался до второго глаза всаживая в него острие трофейного шипа. Всадил не на много, максимум сантиметров на пять, но тут подоспел Странник. Я был к нему спиной и не увидел его фирменный удар. Увидел только яркую вспышку, отразившуюся в алом глазе, и в тот же миг шип влетел в него на всю длину, вместе с ударившим по нему молотом. Меня оглушил повторный вопль, по мозгам шандарахнуло дезориентацией, под дых врезал судорожно мечущийся корень, отправляя меня в короткий полет и продолжительное забытьё.

Хотя, как бы не так, спокойно поваляться мне никто не дал.

Внимание! Игроком Флора на вас наложено сильное очищение.

Дебаф: дезориентация успешно снят.

Дебаф: временный паралич успешно снят.

Дебаф: потеря сознания частично снят.

Действие дебафа: потеря сознания, закончится через 3...2...1...

Яркий свет, бьющий в глаза, чье-то хриплое дыхание, сдавленный голос Снегиря:

— Слышь, Бро, у тебя, случаем, пилы никакой не завалялось? А то спина болит, мочи никакой уже нет.

Сознание, вроде вернулось, но сложить пилу и больную спину у меня не получилось, ни с первого, ни со второго раза. Пришлось пошире открыть глаза и сесть. Взгляд уперся в симпатичную попку, затянутую в перепачканную хламиду. Пришлось выглянуть из-за нее в этот раз уперев взгляд в здоровенный пень. Выглядел он не очень, хотя я еще не встречал прекрасно выглядевших пней, но этому явно было не хорошо. Верхняя его часть откинулась назад, утыканный острыми, пусть и слегка обгорелыми зубами рот раскрылся чуть ли не сто восемьдесят градусов, покрытый серой корой язык безвольно вывалился наружу, и теперь лежал в луже, наплеванной пнем кислоты. Но кряхтел и глубоко дышал не он. Он был мертв. Хрипел Странник. В последнем предсмертном порыве, один из корней ударил его в бочину, прибив его прямо к пню. Ударил, видимо, когда тот был в полете, и теперь ноги танка болтались в метре от земли. Вернее, болтались бы, но под них подполз Снегирь и теперь они упирались ему в спину, не давая Страннику повиснуть на шипе.

— Ну, так что там на счет пилы? Есть что-нибудь? Шип бы перепилить, а то спина прям отваливается.

Я встал, покачнувшись, посмотрел на свои руки — никакой пилы в них не было. Пошамкал пересохшими губами, покачал головой. Так же покачиваясь, подошел к Снегирю.

— Сори.

Залез охнувшему рейнджеру на многострадальную спину, обхватил голову шипуна руками, уперся ногами в пень, напрягся изо всех сил. Что-то хрустнуло, треснуло и мы все трое рухнули на землю. Странника тут же окатила волна лечения и он временно перестал перхать кровью.

— Реген накладывай, и готовься лечить, — предупредил я ее.

— Реген давно наложен, без него он бы помер, лечить готова.

— Снег, давай, только быстро, будто пластырь сдираешь.

Снегирь кивнул, обнимая Странника за плечи.

— Раз, два, три!

Я дернул, выдирая окровавленный шип из спины танка, Снегирь подхватил обмякшее тело, укладывая его на рваный мешок. Кровь ударила струей, забурлила пузырями воздуха. Легкое пробило насквозь так, что сквозь него смотреть можно. Странника окатила очередная волна лечения, эликсиры плеснули прямо в рану и в судорожно открывшийся рот. Но ничего не помогало, из оранжевой зоны здоровье перешло в красную, когда я вспомнил.

— Черт, вот идиотище! Где оно тут у меня?

Навык Великое очищение, излечивающий любые раны, его кулдаун давно уже откатился...

Успел я еле-еле. Полоса жизни Странника почти уже исчезла, как его тело окутало золотое сияние, прекращая кровотечение, затягивая шрамы и мелкие раны, восстанавливая выбитые зубы.