Фантастика 2027-127 - Геннадий Борчанинов

— Следующим у нас идёт алкоголь. Записываем! «Алкоголь — наркотическое вещество в виде бесцветной жидкости, оказывающее различное влияние на психическое и магическое состояния человека…»

━─━────༺༻────━─━

Итак, урок прошёл как нельзя лучше. Имелись бы в этом мире боги, я поблагодарил бы одного из них за ливень, очень вовремя грянувший на наши головы.

Дети прониклись. Очень! И все согласились, что так учиться нельзя и следует поскорее начать ремонт кабинета. Так что мой план удался, хе-хе-хе.

И Балбесы тоже отреагировали, как я и ожидал. Они обрадовались, что их не коснутся мои особые тренировки и специальные занятия, но не учли одну вещь. Я ж сказал, что ВЕСЬ класс «Д» будет лучшим в академии. А они ведь числятся именно в нём.

Так что пускай пока думают, что я на них забил. А потом, когда Оболтусы перейдут на следующий уровень, название которому мне ещё предстоит придумать, а разрыв между двумя группами вырастет, Балбесы сами попросятся на поруки.

Антон, кстати, сразу захотел к Оболтусам. Подошёл ко мне после урока и попросился. С ним будет отдельное занятие чуть позже, и по результатам будем смотреть, что с ним делать. Но вряд ли возникнут проблемы. Парень заряжен и полон энтузиазма.

Так что у меня было хорошее настроение. Солнышко снова выглянуло, причём его жар компенсировала прохлада после дождя. Птички снова запели, а улыбка сама собой поселилась на моём лице, пока я шагал в администрацию, чтобы обсудить с директором детали будущего ремонта.

Я подошёл к двери его кабинета, постучал и открыл.

— Василий Павлович, — зашёл внутрь. — Я тут к вам по одному вопросу…

— Сергей Викторович!!! — подскочил тот. — Вы-то мне и нужны! Хорошо! Очень хорошо, что заглянули. Присаживайтесь!

Он выглядел обеспокоенным, даже взволнованным. И слишком уж любезным.

— Чай? Кофе? Может, какао? Мне как раз посоветовали одну замечательную марку, не поверите. Вкус очень насыщенный и…

— Господин директор, давайте ближе к делу, — насторожился я.

— М-да, наверное, так лучше…

Он немного замялся и скривил неловкую улыбку.

— Тут такая ситуация, Сергей Викторович… Вы же в курсе, кхм, недуга Семён Семёныча?

— Вы про разорванное…

— Да, да! Именно про это, Сергей Викторович! Так вот, у нас проблема. В академии всего два учителя физкультуры, и такую нагрузку один человек не потянет. Нам срочно нужен учитель на замену. Срочно!

Он выжидающе уставился на меня. Я с прищуром глядел на него.

— Ну, наверное… — протянул я в ответ. — Только при чём тут…

— Сергей Викторович, возьмите нагрузку Семён Семёныча! — воскликнул директор. — Вы вон уже и в роль вжились, смотрю! Спортивный костюм носите. Он вам, кстати, очень идёт!

Сёма, джокер ты недоделанный! Да чтоб тебя в этой больничке!.. вылечили, блин, поскорее.

— Если согласны, то с меня причитается бонус! — хитро улыбнулся директор.

А вот это уже более предметный разговор.

— И что за бонус?

Василий Палыч только что хитро лыбился, но теперь будто растерялся.

— Д-давайте этот бонус будет сюрпризом, Сергей Викторович! — нашёлся он что ответить. — Так ведь интереснее, согласитесь. И поверьте, вы будете очень довольны!

— И когда же я буду «очень доволен»? — прищурился я.

— Эм-м… А вот выпишут Семён Семёныча из больницы, и всё будет, — заверил директор.

Однако меня терзали смутные сомнения. Что-то неуловимое такое, почти незаметное подсказывало, что он сам ещё не придумал, чем меня наградить. Да и выверт из ситуации придумал только что.

— Ла-адно, — протянул я. — Так уж и быть.

Всё же я чувствовал некоторую ответственность за случившееся с Кабанчиком. Может, немного переборщил тогда, на «вышибалах»?

Да не, бред какой-то.

— Вот и отлично! — обрадовался Палыч. — Бумагами я займусь, не волнуйтесь. Всё будет готово в кратчайшие сроки, оформим как совмещение должностей с полной ставкой, конечно же! Но пока вы должны спешить!

— Спешить?

И тут Палыч нацепил такую якобы невинную лыбу, за которой точно не следовало ничего хорошего.

Но не спешил отвечать…

— Директор, так куда мне нужно спешить?

Глава 14

«Как договаривались? Ждём пятнадцать минут и идём?»

«Ага, точно! Жаль, зря переодевались».

«Сколько там ещё осталось?»

«Две минуты».

«Тогда точно минус физ-за, хех!»

Какие забавные маленькие бесята. Хотя нет, бесятами и монстрятами я называю своих Балбесов и Оболтусов. Эти пускай будут… Потом придумаю.

А Палыч тот ещё шельмец! Я и согласиться не успел, как он отправил меня на урок. Да не простой, а у второго «А» класса!

Я глотнул ещё кофе, подслушивая их разговор второго из тренерской. Помещение делилось на две части, и в одной половине царил порядок и благодать, а во второй — сущий хаос, бедлам и неразбериха.

Угадайте, какая часть досталась мне?

Ребята тем временем уже явно уверили себя, что урока не будет.

«Слушайте, может, ну их нафиг, это старьё? Это не учебники, а растопка!»

«Ага, ага! Мне хоть сегодня привезут нормальный набор».

«Нет. Имейте хоть долю чести!»

Последнее сказал Аристарх Белов, лидер класса. Вообще-то неплохой парень, если я правильно понял, но слишком уж высокомерен. С человеком ниже графского титула в одном поле ромашки собирать не станет.

Кофе почти допит, но свисток я в этом беспорядке никак не могу найти. Сёма тут вообще не убирался с того дня, как стал учителем, что ли?

«Да это ты во всём виноват! На фиг такие условия принял? Вон Самуилыч отделался обмороком, и Ставров ничего ему не сказал».

«Слышь, Грацкий! — это уже выступила сестра Аристарха, Лариса. — Пасть захлопни! Мы все подписались на спор».

«Слышь, Белова! — рявкнул в ответ тот самый Грацкий, Артём его звали. — Сама пасть захлопни! Я тебе не баронишка какой-то, чтоб так ко мне обращаться!»

Да где же этот грёбаный свисток! Физрук обязан носить свисток. Но Сёма так всё засрал, что ничего не найти.

«Эй, харэ собачиться, — внемлил Марк Игнатов, урождённый барон и, походу, тот ещё флегматик. — Тут осталась последняя минута. Можно потихоньку двигать в раздевалки».

О, нашёл! И как раз рядом с бутылкой чего-то спиртосодержащего, так что можно сразу дезинфицировать.

«Тридцать секунд… Двадцать… Десять…»

Я не спешил, но уже стоял неподалёку и еле сдерживал зловредное хихиканье.

— Пять, четыре, три, — отсчитывал сначала Марк, а затем к нему присоединились ещё несколько