Фантастика 2026-128 - Андрей Схемов

— Без тебя, и без твоего таланта, мы бы его даже не нашли. Эта расщелина наполнена энергией ци земли и экранирует ци растения, не даёт ей распространяться наружу. Я, например, до последнего не ощущал ничего необычного, несмотря на весь свой опыт, и тем удивительней твой духовный талант, заметивший его издалека. Такое ощущение, что меня вели сами Небеса, заставившие оторваться от культивации и вызваться проводить банальнейшую проверку неофитов для отбора в академию. Впрочем, не удивлюсь, если так и есть.

Он качнул головой, замолчал, потом запустил руку в небольшую поясную сумку, и извлёк оттуда набор инструментов. Маленькие костяные лопатки, кисточки, несколько шёлковых мешочков разного размера и крошечный пузырёк с маслянистой жидкостью.

Я смотрел, как он работает, и не мог отвести взгляд. Куда уж там моим дилетантским попыткам по выкапыванию духовных растений, приводящим лишь к порче материала. Хорошо, что я не попробовал сорвать корень, как только оказался тут.

В отличие от моих движений, каждое движение мастера было максимально выверенным и точным. Он начал с того, что аккуратно капнул жидкостью в основание корня и камень, сквозь который пророс Златолистный Чешуйчатый Корень, начал таять, будто его залили кислотой. Вот только она воздействовала только на камень, оставляя само растение и его корневую систему в целостности. Затем, используя самую маленькую лопатку из тёмной кости, он подрезал самые тонкие боковые корешки.

— А зачем такие предосторожности? — решил спросить я, ловя момент. — Почему нельзя было просто срезать под корень?

— Хм… Правильный сбор — это основа всего, — протянул Чэн, не отрываясь от работы. — Растения такого ранга — это уже не просто ингредиенты, это живые существа, обладающие собственной, пусть и примитивной, но всё же душой и, если повредить корень, задев центральный канал, по которому течёт ци, он потеряет до трети своей ценности. А это, поверь мне, будет очень и очень дорогой потерей.

Тут мне нечего было возразить, потому что даже в Кодексе было много внимания уделено процессу сбора духовных растений. И алхимик, которому я принёс из леса духовную траву, тоже говорил, что товар порченый.

Мастер работал ещё около получаса, продолжая углубляться в толщу камня, а затем и аккуратно обкапывая землю, обнаружившуюся глубже. За это время солнце, висевшее над вершинами гор, успело сместиться к закату, и расщелина погрузилась в сумрак, который разгонялся лишь тусклым золотистым свечением самого корня. Я сидел, привалившись спиной к каменной стене, и наблюдал за процессом, стараясь не пропустить ни одной детали.

Рана на щеке, оставленная осколком камня, уже перестала кровоточить и начала затягиваться, о чём свидетельствовал лёгкий, неприятный зуд.

Наконец, мастер Чэн закончил.

Корень, полностью извлечённый из камня, лежал на куске шёлка. Весь он оказался около метра в длину, причём большая часть была подземной. Мастер Чэн осмотрел его в последний раз, удовлетворённо кивнул, а затем сделал нечто, отчего моя челюсть снова едва не встретилась с каменным полом.

Он снял с пальца левой руки кольцо, простое, на первый взгляд, серебряное кольцо с небольшим камушком, выглядящим слегка женственно. Поднёс кольцо к растению, что-то прошептал, едва шевеля губами, и камень на мгновение вспыхнул светом фиолетового оттенка. А затем Златолистный Чешуйчатый Корень, просто исчез. Растворился в воздухе, будто его и не было.

— Это ещё что за… — выдохнул я, не в силах подобрать слов.

Мастер Чэн надел кольцо обратно на палец и, заметив мой ошарашенный взгляд, усмехнулся.

— Пространственный артефакт, — пояснил он, постучав пальцем по камню. — Моя личная гордость. Видишь ли, Ян, в этом мире существует множество вещей, которые обычному практику даже не снились. Артефакты, способные манипулировать самим пространством, сжимать его, создавать внутри себя небольшой карман, отделённый от реальности, и это одна из таких вещей. Кольцо, которое ты видишь на моём пальце, содержит в себе хранилище размером с небольшую комнату. Я могу положить туда всё, что угодно, и достать в любой момент. Впрочем, я слышал истории, что так бывают прячут целые города, что уж говорить об одной комнате.

Я смотрел на него, как на волшебника из сказок, которые рассказывают детям перед сном. Пространственное кольцо! Я в теории ещё мог принять конденсацию льда из воздуха, потому что в воздухе есть вода, и с точки зрения физики — это объяснимо. Конденсация, охлаждение, придание кинетического импульса.

Но свёрнутое пространство, заключённое в крохотное кольцо? Многомерная теория струн? Это уже что-то совсем запредельно мозголомное. И ладно, если бы мне про них только рассказывали, я бы ещё мог списать это на чью-то фантазию, или сказки, но нет! Вот же оно, прямо передо мной, на пальце мастера, только что поглотившее растение четвёртого ранга, словно голодный удав кролика. И я видел это собственными глазами!

— Это просто невероятно, — других слов я не нашёл.

— Не то слово, — кивнул Чэн. — Это артефакт высочайшего уровня, и поверь мне, даже среди магистров Академии такое есть только у меня. Так что нечего даже думать о том, чтобы заполучить такое же в ближайшее время. — Он заметил, как потух мой взгляд, и поспешил добавить. — Но это не значит, что у тебя нет будущего, ученик. Напротив. Если ты продолжишь работать так же продуктивно, как сегодня, если будешь следовать за мной и впитывать всё, чему я тебя научу, то рано или поздно достигнешь такого уровня, что сможешь позволить себе нанять мастера-артефактора. И он, если ты, конечно, сможешь его найти, создаст для тебя такое же кольцо, а может, и лучше.

— Артефактора? — переспросил я, цепляясь за незнакомое слово. Вернее знакомое, но ещё не встречающееся в контексте нового мира. Так то, кто такие артефакторы, я догадывался.

— Мастера, создающие артефакты, — начал объяснять Чэн. — Это отдельная, очень редкая и очень уважаемая профессия. На весь город Чёрного Дракона их всего трое и каждый состоит в секте, причём в звании почётного старейшины. Так что, сам понимаешь, их услуги стоят целое состояние. Но ты, — он ткнул пальцем мне в грудь, — если не свернёшь с Пути и не дашь гордыне затуманить разум, осознавая свою уникальность, а продолжишь развиваться, то однажды станешь настолько неприлично богатым, что для тебя это будет лишь вопросом времени и желания. Мой личный ученик, — он сделал ударение на слове мой, — просто не может себе позволить быть кем-то иным.

Я молчал, переваривая услышанное. В голове роились сотни мыслей, но одна из них превалировала над остальными. Он только что