"Фантастика 2026-1" Компиляция. Книги 1-22 - Станислав Кемпф

— Феноменально, мой мальчик! Бесподобно! — радовался он, сверкая улыбкой. — Заметно, что тебе очень не хватает практики. Но если ты уже достиг таких высот на первом уроке, то мне страшно представить, какой потенциал в тебе кроется… С этого дня я освобождаю тебя от посещения занятий магистра Элдрика. Отныне ты будешь упражняться персонально со мной!

— Как прикажете, экселенс, — приложил я ладонь к груди, осторожно ступая по выжженной прогалине, в которую превратилось поле после моей пристрелки.

— Как ты себя чувствуешь? — заботливо осведомился командир. — Голова не кружится? Слабость не одолевает? Все-таки, ты сотворил сегодня около сотни чар, пусть и простейших. С непривычки это может сильно ударить по тебе…

Я прислушался к внутренним ощущениям и ничего конкретного не смог вычленить. Разве что ноги гудели от долгого стояния на одном месте.

— Со мной все в порядке, господин ильгельд, спасибо.

Старший офицер удовлетворенно кивнул и вновь не смог сдержать довольной улыбки. Ох, не нравится мне, как он меня обхаживает! Что-то этот любитель вина точно задумал. И я в его планах занимаю одну из главных позиций…

— На сегодня достаточно, Ризант. Завтра после марша я пришлю за тобой человека. А пока отправляйся отдыхать.

— Слушаюсь, экселенс!

Отсалютовав командиру, я заспешил в лагерь. Надо было проведать свою седьмую колонну. А то весь мой невеликий опыт в звании эльдмистра говорит, что чем дольше подчиненные остаются без пригляда начальства, тем больше деструктивных идей приходит в их головы. В последний раз, к примеру, когда я отлучился надолго, желтоглазые устроили соревнования по метанию засапожников. Хвастались своей природной ловкостью и чуть не лишили Полуна глаза, когда нож отлетел от ствола дерева. Так что ну их нафиг! Это как маленькие дети. Только вооруженные и с развитой фантазией. Ой, неспокойно-то как стало на душе! Пожалуй, ускорю-ка я шаг…

* * *

Очередной день начинался точно так же, как и десятки остальных перед ним. Полк встал по сигналу трубы, оперативно свернул палатки, закинул в обозы, оседлал коней и двинулся вперед. Я неспешно покачивался на спине Мурашки, то ласково трепля её по гриве, то похлопывая по шее. А она в ответ норовила меня проказливо куснуть за штанину. Но с шага, что примечательно не сбивалась. Это была наша привычная с ней игра, чтобы скоротать время в неспешных дневных переходах.

Но внезапно колонна остановилась. Я с сомнением посмотрел на солнце, которому до зенита было еще ползти и ползти. Для привала вроде рановато. Неужто случилось что-то?

Затем в авангарде наметилась суета. По обочинам тракта понеслись вестники, синхронно вопя во всю глотку:

— Ризант нор Адамастро! Ризант нор Адамастро! Срочно к ильгельду! Кирей нор Вердар требует вас к себе! Ризант нор Адамастро…

Взгляды практически всех окружающих скрестились на мне. В силу внешних особенностей я и без того был в полку многим знаком. А уж моя дуэль с нор Фэрвейном и вовсе стала главным событием похода. Солдаты и молодые эльдмистры будто бы безмолвно спрашивали у меня: «Что происходит?» А мне-то и сказать им нечего, ибо нахожусь в таком же неведении, как и все остальные.

Чувствуя, как сердце тревожно забилось, я покинул строй и пришпорил Мурашку. Доскакав до передовой колонны, в которой ехало всё командование, я застал целый стихийный совет. Старшие офицеры о чем-то до хрипоты спорили, расстелив карты прямо на дороге и едва ли за грудки друг друга не хватали. Кхм… очень плохой знак…

— … а я говорю тебе, мы не можем их обойти! Они захватят обозы, а это значит, что и люди, и кони останутся без провианта! Если солдаты еще протянут некоторое время за счет охоты, то почти тысячу лошадей мы не прокормим никак!

— … отрезали нам дорогу к силам Медеса! Они собираются нас разделить и перебить поодиночке!

— А я считаю, надо идти на прорыв! У нас есть четверть сотни озарённых, а это уже грозная сила!

— Замолчи, идиот! У нас в строю зеленые новобранцы, которые путают «Мнима» и «Ним!» Если они кому и угрожают, то только лишь самим себе!

— Попридержи язык, Элдрик, пока я тебе его не вырвал!

— Я к твоим услугам, Зонет! Если хочешь мне что-то сказать, то изволь! Но я знаю, о чем говорю и не изменю своего мнения! С этими «озарёнными» я занимаюсь каждый день до самого заката!

Мое появление осталось незамеченным. А потому я мог сполна насладиться видом офицеров, которые костерили друг друга почище пьяных наемников. И, разумеется, оптимизма мне это не добавляло. Если уж командиры себя ведут подобным образом, то наши дела явно плохи.

— Всем тихо! Он пришел! — зычный голос ильгельда легко перекрыл царящий галдеж, и на меня наконец обратили внимание. — Экселенс Адамастро, подойдите ко мне!

Сопровождаемый десятками взглядов, я приблизился к командиру полка и замер, ожидая хотя бы минимальных пояснений. И тот не стал разводить демагогию, а сразу перешел к делу:

— Смотри, эльдмистр, авангард наткнулся на строй молдегаров, которые перекрыли единственную дорогу, ведущую к нашим союзникам. Они уже стоят в боевом порядке и ждут нас. Если мы уклонимся от столкновения и пойдем в обход, то потеряем полторы седмицы и не сможем сохранить наши припасы. Медленный обоз никак не прошмыгнет мимо противника. Семь сотен лошадей долго не протянут на подножном корме и падут от голода. Потому выход у нас остается ровно один — идти на прорыв. Алавийские псы, разумеется, повиснут у нас на хвосте. Но так мы хотя бы успеем добраться до сил Медеса раньше, чем падут наши скакуны. А уже объединившись в одно войско, дадим отпор преследователям.

— Я понял. Что требуется от меня? — напряженно отозвался я.

— Молодец! Мне нравятся твои настрой и хватка! — похвалил ильгельд. — Задача у тебя такая — вскрыть порядки молдегаров. Расширить брешь, в которую ворвется наша кавалерия и трупами врага вымостит для нас дорогу на восток. Не прыгай на ощетинившиеся копьями шеренги, покуда не сломаешь строй противника! Бросай чары с предельного расстояния, как я тебя учил. Мы с лирантами возьмем на себя алавийских милитариев. А остальные будут прорубаться. Ты все понял, эльдмистр?

— Да, мой экселенс, — выдохнул я, ощущая, как бешено колотится сердце.

Черт! Настоящая схватка… Я