Фантастика 2026-78 - Денис Арзамасов

В этот момент нас прервала трель дверного звонка и я, не глядя в глазок открыл дверь за которой обнаружился молодой мужчина в полицейской форме.

— Добрый день, старший лейтенант Антипов Павел Михайлович, ваш новый участковый, вы хозяин квартиры?

— Э… да, а в чём, собственно дело? — удивился я.

— Я могу войти?

— Как только объясните причину вашего появления.

— От бдительных соседей поступила жалоба на то, что в этой квартире происходит нечто странное. Соседи подозревают вас в употреблении незаконных к применению веществ, а теперь вы привели в дом каких-то девушек и мужчин.

— Старлей, а если б здесь и вправду был притон, что б ты тут один сделал? — раздалось из глубины квартиры.

Затем в прихожей появился и сам вопрошающий. Марьянов на ходу достал своё удостоверение и протянул полицейскому. Тот раскрыл, сбледнул, сглотнул и вернул алые корочки.

— Извините, товарищ майор, — проблеял сотрудник. — Я ещё только принимаю дела, но характер жалобщиков… позволил предположить ложную тревогу. К тому же я посоветовался с предшественником, и он пояснил, что жалобы на эту квартиру поступают регулярно, ни никогда не подтверждаются и… я могу просто на это забить. Но так же нельзя!

— Зато на него одного парни внизу не отреагировали. — Подтянулся к происходящему Кирилл Петрович, тоже засветив ксивой. — Одна из девушек, присутствующих здесь, моя дочь, а вторая — её подруга. Здесь они находятся в гостях у этого молодого человека с разрешения обоих родителей. Эля, Мара, покажитесь товарищу при исполнении!

— Мы здесь!

Из-за двери показались девушки. Понятное дело, одетые и улыбающиеся.

— Порядок соблюдён? — осведомился майор и, дождавшись нервного кивка, протянул участковому визитку. — С этого дня, когда ты получаешь жалобу на эту квартиру, первое что ты должен сделать — позвонить мне и рассказать всё как есть. Все присутствующие теперь проходит по нашему ведомству, в том числе и жалобы соседей. Всё, что ты увидел здесь является секретной информацией и не подлежит разглашению ни в какой форме, так что рекомендую пометить вызов как ложный и забыть всё, что ты здесь видел, а беседу с жалобщиками мы проведём сами прямо сейчас. Тебя устраивает такой расклад?

— Так точно, товарищ майор! — вытянулся по струнке несчастный сотрудник полиции, который, наверное, уже тридцать раз пожалел о том, что не воспользовался советом более опытного товарища.

Для меня же стало сюрпризом частое обращение соседей к органам. Их было настолько много, что даже полиция закинула эти жалобы в игнор! Не, я в курсе, что жильцы дома меня не очень любят, я не пятитысячная купюра, чтобы всем нравиться, но чтоб такое… Ладно, надеюсь, Марьянов уладит этот вопрос, в конце концов бабки на скамейке у подъезда должны уважать власть. Должны же?

— Хорошо, когда есть крыша, — заметила Элька после того, как мы почти минуту задумчиво стояли одни в прихожей.

— Ага, плохо, когда есть соседи. — поддакнул я.

— А на той даче в Орене было круто.

Это да, если бы только не причина попадания туда… А вообще, можно было догадаться, что соседи напридумывают невесть что. Годами ко мне никто, кроме Лёхи в гости не заходил, а тут такая подозрительная делегация. Интересно, кто я теперь в их глазах? Сектант? Сатанист? Шпион? Спросил бы, если бы правильно помнил хоть одно имя и отчество.

Глава 8

Обучение в Игре

* * *

К счастью для всех, дальнейшего развития история с фигурками не получила. Скоррапченный таким образом КГБ-шник был всё так же непоколебим и делал вид, что вообще ничего не произошло. Лишь память о донельзя смущённом лице вечно сурового оперативника, судя по всему, впервые сознательно принимавшего взятку (по крайней мере в такой форме), будет греть мою чёрную геймерскую душу. Куда интереснее дела обстоят с соседями, которые под шумок всей этой суеты вокруг меня, оказывается, собираются провести собрание жильцов с целью подачи требования в суд о моём выселении. Ибо превратил своё жильё в вертеп-бордель и звуки из него раздаются всякие разные, житья никому не даю. Почему и зачем — вопрос, требующий дальнейших разбирательств, потому как по словам Артёма Филипповича, уж больно грамотно бабушки по теме шпарят, будто научил кто.

Однако, это было настолько не проблемой, что даже смешно, ибо на то время, на которое будут ссылаться «доброжелатели», наружкой уже записано столько материала, что хоть детектив снимай, хоть драму, хоть фэнтези-сериал, кадров хватит на всё. Кроме того, что мне собираются предъявить. Единственное что для Эли и Мары очередная нервотрёпка с очередным навешиванием ярлыков. Чего можно было избежать, вернув девушек на прошлое место жительства, но тут уже я закусил удела. Потому что в кои-то веки у меня всё в личной жизни хорошо и это самое «хорошо» от меня увезут по жалобе каких-то старых пуританских перечниц, которым завтра переезжать на ближайшее кладбище!

Но с другой стороны, стоит девочкам примелькаться, так сразу пойдут вопросы из разряда: а кто вы такие, девочки? Кем вы нашему соседу приходитесь? По какому праву у него проживаете? И что, сразу вдвоём? И что им на это отвечать? Что зависть — плохое чувство? Не, так-то понятно, что слать их всех надо с такими вопросами, но я-то пошлю. И люди пойдут. И Эля с Марой пошлют, но что они при этом будут чувствоватьи вспоминать? Оно мне надо? Опять же, если дойдёт до заявления на выселение? Судиться с ними я действительно буду и скорее всего выиграю дело. Хотя бы потому что у меня в квартире чисто и нет сотни пушистых домашних животин, но опять же время и нервы. А ещё есть не иллюзорный шанс пролюбить заседание в каком-нибудь особо забористом Данже. Или сдохнуть, не дожив до суда.

Поэтому я, после некоторых размышлений и обсуждений с Марьяновым, предложил квартиру в аренду конторе по договору. А что? Элитная новостройка, четыре комнаты, санузел раздельный. Полюбому удовлетворяет минимальным требованиям высоких московских начальств!

Обидно? Ещё как! Типичная ситуация «Свою жену отдай дяде, а сам иди к…» Но увы, нервы дороже. Ещё душу грела подленькая мысль о том, что когда меня придут выселять с управдомом или приставами (вряд ли новый участковый поведётся на жалобы ещё раз, но если поведётся — значит судьба), то дверь им откроет не сирота без опоры и свидетелей, а полноценная госмашина.