Фантастика 2026-48 - Svetlana Zorina

– Это будет наш мир… Наша звезда. И она будет сиять наперекор всему! Она станет сильней того, нового солнца...

Амнита замолчала, словно испугавшись собственного голоса. Или слов, которые произнесла... Откуда они взялись? Как будто неожиданно всплыло в памяти что-то давным-давно прочитанное. Или услышанное? Но от кого? Кто и когда говорил ей такие странные вещи?

– Какая звезда? Какое солнце? Амнита, что с тобой?

– Ничего. Стихи. Отрывок... Забыла откуда. И конец забыла… Ну и ладно.

Она улыбнулась как можно беспечнее, но Диннар смотрел на неё с тревогой.

– Амнита, может, тебе лучше прекратить эти беседы с Трёхликой? Или сделать передышку…

– Некогда. Побеседовали мы с ней совсем немного, самое главное – впереди. Не беспокойся за меня, Диннар. Я в порядке.

Диннар в тот же день отправился на Танхар, а Амнита ночь за ночью проводила у аллюгинового озера, всё глубже и глубже проникая в память Камы. Трёхликая мстила ей, посылая призраки прошлого и всякие страшные видения: Керт с раной на горле, какие-то полуразложившиеся трупы, в которых Амните чудилось сходство с родителями… Когда она ложились спать, её мучили кошмары, и, чтобы хоть немного отдохнуть, ей приходилось принимать сонное снадобье, которое Тиинат делала из корня пустынного растения варсан. Амнита заметила, что девочка беспокоится за неё. Иногда, просыпаясь от очередного страшного сна, она обнаруживала Тиинат у себя в комнате.

– Ты кричала, вот я и пришла, – говорила та.

У Амниты теперь была другая служанка. От услуг дочери Диннара она решительно отказалась, но Тиинат продолжала ненавязчиво заботиться о ней, за что Амнита была ей очень благодарна, тем более что новенькая слишком уж робела перед своей госпожой, да и сообразительностью не отличалась.

– Эта злая богиня сведёт тебя с ума, – сказала однажды Тиинат.

– Дело не в том, что она злая... Каждое живое существо имеет право защищаться. Я выпытываю её самые сокровенные тайны.

– Она могла бы просто не отвечать.

– Когда колдун вводит человека в состояние найямы, тот отвечает на его вопросы, даже если бы не хотел с ним разговаривать.

– Значит, ты вводишь Каму в такое состояние?

– Да, что-то вроде этого.

– Выходит, ты её сильнее?

– В чём-то да, а в чём-то она сильней меня. Когда я устанавливаю с ней прямую связь, она вынуждена отвечать на мои вопросы. Когда я отпускаю её, она мне мстит. Пугает, лишает сна, изводит страшными видениями. Я устаю и не всегда могу защититься, но это всего лишь призраки, Тиинат.

– Ты сама скоро станешь похожа на призрак. Я не понимаю, как ты можешь сражаться с ней? Ведь она – целая ангама, целый мир…

– Каждый человек – это целый мир, Тиинат. А каждая ангама – живое существо, как и любой человек. Я в какой-то степени двойник Трёхликой. Её близнец, существующий в другом обличье. Я сражаюсь, скорее, не с ней, а сама с собой. Со своим страхом. Мы с ней обе боимся. И победит тот, кто победит страх.

– Ты действительно богиня, – серьёзно сказала Тиинат.

«Я предпочла бы быть счастливой женщиной», – подумала Амнита.

Порой ей казалось, что её стремление узнать всё о белой звезде – это попытка найти своё второе я, блуждающее где-то в глубинах мирозданья. Она больше не хотела быть двойником злой богини. Ослепительней, холодной красавицей, не способной никого осчастливить. Даже любимого человека. Даже саму себя. Кама раздражала её своей зловещей силой и своим страхом перед гибелью. Амнита чувствовала – Трёхликая боится не только самой белой звезды, но и её таинственной связи с Чёрной Звездой, обителью тёмного бога. Тьма пугала и Амниту, но она почему-то была уверена, что белая звезда, толкающая её в объятия Танхаронна, поможет ей окончательна избавиться от страха. Скоро она перестанет бояться. И темноты, и смерти, и любви… Он сказал, что не даст ей выбора. А есть ли он у того, кто и так уже избран? Глаза тьмы следят за ней всю жизнь. А однажды эта тьма обрела конкретный облик, и она испугалась. Словно зверёк, попавший в ловушку. Она посмотрела ему в глаза и поняла, что ей не уйти. У неё нет выбора. А значит и бояться не имеет смысла. Только одно имеет смысл – тайна белой звезды.

По просьбе Амниты мальчики сделали небольшой помост. С возвышения было удобнее смотреть на картины, которые появлялись в озере. У Амниты даже дыхание перехватило, когда она наконец увидела загадочно мерцающее в тёмном небе созвездие Ллир. Она заставила Каму приблизить белую звезду, насколько это было возможно, и прочла заклинание, помогающее удержать изображение. Словно положила на раскрытую книгу ладонь, прижав нужную страницу и не позволяя её перевернуть. Теперь движение будет только во времени. Для того, чтобы попасть в то или иное время, надо было указать его как можно точнее. Амнита знала, когда произошёл взрыв на белой звезде. По вселенским меркам это было совсем недавно. Картина, скорее всего, будет отдалённой и нечёткой. Этот взрыв, безусловно, попал в «поле зрения» Камы, ведь его наблюдали даже обитатели Эрсы, но тогда Трёхликая ещё «не присматривалась» к белой звезде в созвездии Ллир. Последствия этой вспышки она ощутила лишь сорок пять лет назад. Тогда-то она и почувствовала опасность, исходящую от звезды Глаз.

«Что ж, на этот взрыв надо посмотреть хотя бы издали», – решила Амнита.

Но Кама не хотела его показывать. Она противилась, как могла. Ложась спать, Амнита видела вокруг своей постели огромных гинз, изъеденные червями трупы, каких-то омерзительных тварей, которые ползли к ней со всех сторон.. Однажды перед ней появился Диннар, с безумным хохотом кромсающий ножом Тиинат. Девочка, истекая кровью, звала на помощь. Когда Амнита пришла в себя, она действительно увидела Тиинат, которая пыталась уложить её в постель.

У Амниты было такое чувство, что она допрашивает Трёхликую, приставив к её горлу нож. Вырваться жертва не может, зато когда её отпускают, преследует свою мучительницу и мстит. Пока Амнита была у озера, Кама не могла уйти от разговора, но потом она отыгрывалась, насылая на Амниту целый сонм призраков. Еда на столе вдруг превращалась в какие-то разлагающиеся останки, в которых копошились насекомые, а напитки – в кровь. Однажды вместо жаркого на блюде появились окровавленные конечности младенцев. Амнита отказалась от мяса