"Фантастика 2026-129". Компиляция. Книги 1-27 - Влад Радин

Время текло медленно, продлевая его пытку. Каждая минута в мире, где нет Эль, приносила страдания. Расслышав шаги в коридоре и решив, что пришли за ним, Рейн нашел силы подняться навстречу смерти. Скорей бы со всем покончить.

Он вцепился в решетку, жадно вглядываясь в приближающийся силуэт. Жандарм был один, что само по себе странно. Обычно они ходят парами. Но куда сильнее Рейн удивился, признав в фигуре женские черты. В жандармерии служили исключительно мужчины. Уборщики и те невольники мужского пола.

Возможно, это была вольная, выбирающая раба. Но почему одна? Кто ее пустил без сопровождения? Рейн бы игнорировал эту загадку, не направляйся женщина к его камере.

Когда до решетки осталось шагов пять, свет упал на лицо женщины, и Рейн узнал Арду. И без того немолодая служанка выглядела старухой. На лбу прибавилось морщин, а кожа вокруг глаз покраснела, как если бы женщина долго плакала. Наверняка так и было. Ведь недавно убили ее госпожу.

– Зачем пришла? – Рейн сплюнул кровь из разбитой губы.

– Выпустить тебя, – Арда сняла ключ с крюка на стене.

– Как ты сюда попала?

– Вошла через главный вход. После того, что вчера днем случилось на площади, жандармы есть где угодно, кроме жандармерии.

Вчера? Из жизни Рейна выпал целый день. После избиения это было не удивительно. Поражало другое – почему его до сих пор не казнили? Чтобы ни стряслось на площади, оно в корне изменило планы на его счет.

– А что там было? – Рейн подался вперед.

– Не надейся, – покачала головой Арда, – ее нет.

– На кой Вел ты мне помогаешь. Надо было ее спасать!

– Там я была бессильна.

– Никакой от тебя пользы, – выпалил он. – Убирайся!

– Прежде я открою решетку, а дальше решай сам, что делать.

Арда провернула ключ в замке, и тот упал на пол. Громкий бздинь прокатился по коридорам распределителя, но жандармы не спешили узнать, в чем дело. Рейн, запрокинув голову, расхохотался. От смеха на глаза выступили слезы, и он зло стер их рукавом.

– Вот значит как. Теперь я могу идти на все четыре стороны, – сказал он, но шагу из камеры не сделал.

– Не кори себя. Ее смерть не была быстрой, но и мучительной тоже. Рядом находились любящие ее люди.

– Это кто же?

– Подруга. Кажется, ее зовут Марика.

– Что это за подруга, которая явилась посмотреть на ее смерть? Почему она не помогла Эль?

– Потому что ей нет ни до кого дела, кроме себя, – послышалось откуда-то сбоку.

Женский голос был Рейну незнаком. Чтобы взглянуть на его обладательницу, он вышел из камеры. Справа через пару камер от него сидела девушка. Прежде Рейн ее не встречал.

– Кто ты? – спросил он.

– Меня зовут Саби, но это неважно. Гораздо важнее, что я знаю Марику. Я, видишь ли, тоже считала ее подругой. Но у Марики, как оказалось, нет друзей. Это лживая продажная тварь. Она познакомилась с твоей госпожой, чтобы подобраться к наследнику.

– Но она забрала тело госпожи, – заметила Арда. – Зачем ей это?

– Ты, наверное, решила, что она хочет ее достойно похоронить, – усмехнулась Саби. – Как бы ни так. Я не в курсе, зачем Марике тело. Но у нее точно не благие намерения.

– Что еще ты знаешь о Марике? – поинтересовался Рейн.

– Например, где ее найти. Я приведу тебя к ней, если ты меня выпустишь.

Саби кивнула на ключ, и рука Рейна потянулась к нему, но ее перехватила Арда.

– Что ты делаешь? – спросила служанка. – Зачем тебе Марика?

– Хочу посмотреть ей в глаза и поинтересоваться, почему она позволила Эль умереть, – Рейн взял ключ. – А потом я, вероятно, задушу ее. Пусть почувствует, каково это – умирать беспомощной и одинокой.

* * *

Уходя, они открыли все камеры, выпустив рабов на свободу. На посту в жандармерии стоял всего один юноша, и Рейн быстро с ним справился. Он поборол желание убить мальчишку, который олицетворял систему, жестоко обошедшуюся с Эль.

Арда отказалась идти с ними. «Мое место во дворце», – сказала она, подразумевая, что местью Эль не вернуть. Да и кому мстить? Всему миру?

Они расстались с Ардой, и Саби повела его к своему дому. По ее словам она жила вместе с Марикой. Они шли пустыми улицами. Жандармы и те куда-то запропастились.

Внезапно по городу прокатились отголоски взрывной волны. Дворца больше не существовало. Богиня отвернулась от островов. Рейн видел в этом высшую справедливость.

Погибли все, в том числе Тантала с Вердой, с которыми Рейн тоже планировал разобраться. Только провидение сделало это за него. Но ему требовался объект ненависти. Умом он понимал, что не прав, но эмоции одержали верх.

Потому и выбрал целью Марику. Может, нет ее вины в смерти Эль, но Рейну необходим был кто-то, на кого излить горечь и боль, что скопились в душе. Им как гною из раны требовался выход. Иначе заражение грозило отравить все тело.

В доме Марики не было. Они обыскали все: вещи лежали нетронутыми. Если она сбежала, то ничего с собой не взяла.

– Где она? – спросил Рейн.

– У нее нет друзей на островах. Даже знакомых нет. Ничего не понимаю, – покачала головой Саби. – Хотя…

Тут она осеклась, словно сама себе не поверила.

– Говори, – потребовал Рейн.

– Есть один человек или точнее солнечный. Он мог схватить ее.

– Зачем она ему?

– Это тебе знать не обязательно. Главное, я в курсе, где он живет.

Из дома Саби они отправились в гостиницу около порта. И подоспели как раз вовремя, чтобы увидеть, как солнечный с Марикой в сопровождении двух слуг – мальчика-подручного и девушки в плаще с капюшоном – покинули здание.

– Куда они направляются? – прищурился Рейн.

– Судя по всему, в порт. Хотят уплыть с островов. Что ж, это разумно. Нам необходимо попасть на тот же корабль.

Рейн кивнул. Он не сводил глаз с девушки в плаще. Ее фигура была полностью скрыта. Он не мог определить возраст, разве что рост. Но было что-то неуловимо знакомое в ее походке. Казалось, еще секунда и Рейн узнает девушку, но его отвлекала Саби – дернула за рукав и прошептала: «Не стой столбом».

Они крались за четверкой до корабля. Как только те договорились о плате за проезд, Рейн с Саби поднялись на борт и сделали тоже самое. У Саби откуда-то нашлись деньги. Должно быть, захватила кошель из дома. Она заплатила и за себя, и за Рейна.

– Зачем тебе это? – удивился он. – Ты потратила на меня