Фантастика 2026-153 - Павел Смолин

денег. То есть не изгнан, а сбежал. И его прежние товарищи искали. Скрываясь от них, он убил встречного оборотня и, воспользовавшись внешним сходством, подался под его именем в деревеньку родственников убитого, где того как раз ждали. Там он двадцать лет и прожил, пока его прежние… «друзья» не нашли. Я это к тому, господин, что кто-то из вашего прошлого мог скрываться не под своим именем…

— Я понял тебя. К Тёмным имена! Только лица, только реальные звания… Майяри, стой, рано!

— Но харен…

— Мы сейчас не сможем вырваться. Нужно ждать более подходящего момента. Пока они не трогают нас, не торопись. Всё же отсюда только один выход, и я уверен, что снаружи нас поджидает толпа охраны. Лирка, ты слышала?

Оборотница с готовностью кивнула. Майяри не могла сама активировать печать — сил было слишком мало, да и те запечатаны, — поэтому помочь должна была Лирка. У невлюблённой в харена девушки голова была холоднее, её не терзали сомнения бывшего хайнеса, и она, откровенно говоря, так и не разобралась толком в происходящем. Поэтому она могла осматриваться с большей рассудительностью и вниманием, чем другие пленники. В один момент её привлекло странное колыхание тени. Такое она уже видела, и Лирку одолели подозрения, что сюда пробрался Лирой.

— Почему ты оставил их наедине⁈ Здесь есть хоть кто-то, кто действительно делает что-то полезное⁈

Разъярённый Деший влетел в зверинец вместе с парой оборотней, следующих по пятам, и замер, смотря на пленников.

— Господин, мы нашли в доме харена вот это!

В зверинец, неожиданно ставший комнатой совещаний, вбежал ещё один мужчина. Майяри вновь дёрнулась, увидев в протянутых руках знакомый чёрный короб в локоть длиной. Боги, где харен хранил его? Мысли суматошно забегали. Он оставил его в доме с рябинами или в доме с елями? Что с господином Ывашием и госпожой Пандар? Они живы? Их не убили?

Схватив короб, Деший раскрыл его и замер, уставившись в глаза лежащей на самом верху куклы. Деревянная, хорошо сделанная игрушка в роскошном платье. Словно насмешка. Вышвырнув её на пол, старик уставился на содержимое короба и в сердцах бросил его.

— Их здесь нет!

Из перевернувшегося короба на пол выкатились три тёмных кристалла, два из которых имели повреждения.

— Ребёнка нет, артефактов нет, хайнес больше не хайнес… Что ещё?

— Господин, немного времени, — попытался успокоить его Агорий. — Кто бы ни стащил ребёнка, далеко он уйти не мог…

— У нас нет времени! Волнения уже утихают, наших… наших друзей отлавливают, и в подземном городе уже небезопасно. Если харен смог проникнуть сюда, то нужно ждать новых гостей.

— Господин, кто-то прорвался через ворота!

Крик донёсся из коридора и повис в воздухе, ложась на души одних отчаянием, а других — надеждой.

Деший сжал губы. Ярость исчезла с его лица, сменившись угрюмой сосредоточенностью. Он окинул взглядом беснующихся зверей, будто пытаясь решить какую-то задачу. Досадливо скривился и отдал приказ:

— Нужно уходить.

На лице Агория мелькнуло облегчение. Совесть за брошенных товарищей его-то уж точно не ела.

— Этих забираем с собой, — Деший указал на харена и Майяри, — а этих, — тяжёлый взгляд достался Иерхариду и Лирке, — убить. Как только уйдём, активируем взрывные печати.

— Да, господин, всё правильно. А за наших, — Агорий, переживающий о душевных муках господина, попытался его утешить, — не печальтесь. Вылезут.

Но по виду Дешия нельзя было сказать, что он хоть о ком-то печалился.

— Позови тех, кто снаружи.

Дверь бухнулась и послышался лязг.

— Эй, вы там! — Агорий метнулся к выходу. — Что творите? А ну отворяйте, олухи!

«Олухи» его услышали, но вот приказ выполнить не смогли.

— С вашей стороны заперто… — донеслось глухое.

— Да какое с нашей⁈ — рявкнул Агорий. — Лязг… — он резко осёкся, вспомнив, что с лязгом дверь закрывается только в одном случае. Когда закрывается тайный внутренний замок, встроенный на случай, если твари опять вырвутся из клеток. Изнутри его никак не открыть, а снаружи не всякий сможет.

Даже рычание тварей стало тише. Они будто бы почувствовали замешательство запертых вместе с ними оборотней и прониклись им.

По зверинцу тихим чарующим эхом прокатился женский смех. Все сразу посмотрели на запертых в клетке девушек, но те тоже выглядели озадаченными.

Воздух рядом с клеткой, в которой сидел огромный зверь со звёздчатыми глазами, шевельнулся, и из густой тени вышагнула женщина.

Глава 18

Прах замысла

Йожира.

Рот Майяри приоткрылся от изумления, а господин Иерхарид с криком отчаяния бросился на прутья.

— Зиш!!!

Нагло улыбающаяся женщина держала на руках сонно щурящегося белокурого мальчика. Хорошенького хрупкого малыша.

— Зиш, мой Зиш… — бывший хайнес перешёл на шёпот, словно опасаясь криком причинить вред сыну, глаза начали стремительно желтеть, а железо в пальцах — натужно скрипеть. — Отдайте мне сына… Мой сын…

Увидев отца, Зиш распахнул глаза и требовательно потянул к нему ручки, но Йожира лишь тихо рассмеялась и издевательски-нежно подула на его кудри.

— Ах, — женщина сладострастно прикрыла глаза, — такое томительное волнение я не чувствовала с самой юности. Тогда я ещё была глупой девчонкой, верила в сказки и доверяла безумцам, — тёмно-синие, почти чёрные глаза из-под ресниц лукаво посмотрели на выпрямившегося и застывшего Дешия. — Вкусный, терпкий, возбуждающий аромат мести. Я даже не надеялась, что мне выпадет удача свести с тобой счёты.

Ни один мускул не дрогнул на лице старика. Шевеля только губами, он ровно спросил:

— Кто это?

Йожира засмеялась, а мальчик, испугавшись, заплакал.

— Я хочу к папе…

— Тише, Зиш, не плачь, всё хорошо, — Иерхарид чувствовал, что женщина безумна, и боялся, что детские слёзы выведут её из себя.

— Это Йожир, господин, — Агорий ошалело моргнул. — Точнее, Йожира. Помните, мы нанимали её, чтобы отловить ту скользкую барышню, Айяшию?

— Ты не говорил, что она женщина.

Агорий почувствовал холод в сердце.

— Я не счёл важны…

— Важны все детали, да? — издевательски пропела Йожира. — Не ожидал увидеть? Думал, я умерла, сгинула в большом мире? А я, — она ласково погладила Зиша по щеке, — выжила. Ручная кошечка сорвалась с выкованной тобой цепи, прошла под землёй и вышла в большой мир, где её больше никто не ждал и не мог защитить. Её должны были порвать, сожрать более сильные звери, но, знаешь,