Фантастика 2026-163 - Алексей Иванович Ефимов

пытаясь вспомнить сон... и вдруг вздрогнул. Не потолок вовсе там был, а свод, сваренный из огромных стальных блоков, и не дом, а пещера в скале. Даже не пещера. Убежище. Бункер. И сон, честно говоря, был не очень-то похож на СОН, слишком уж там всё было реальным. И он - почти уже взрослый парень, пионер! - откровенно боялся того, что мог там увидеть...

- Знаете, вечно юным быть конечно хорошо, но юноша, не достигающий в своем развитии права называться мужем, а девушка женщиной... Это печально, - вдруг сказал Асэт. - Зрелость обладает не меньшими преимуществами. И, что более важно, она естественна для правильного хода вещей.

Спорить с этим никто не стал. Завтрак закончился.

* * *

Когда почти все местные разошлись, Димка плюхнулся на пол, пытаясь вспомнить, что же именно ему снилось - просто назло своим страхам. Но сделать это ему так и не удалось. В зал ворвался загорелый мальчишка, на вид всего лет тринадцати, в подпоясанной веревкой серой тунике и легких сандалиях. Из-под гривы спутанных русых волос смешно торчали оттопыренные ухи. Тем не менее, всем своим видом он показывал, что знает себе цену.

Димка вздохнул. Турени Лийк был при Хорунах кем-то вроде главного раба - как ни дико такое звучало для землянина. Но Хорунам заниматься хозяйственными мелочами было влом, поэтому они назначили над рабами как бы старосту. Тоже под мороком, конечно, но наделенного властью. Мелкой, понятно, но тем не менее. Турени освободили вместе с прочими - но вот на его манеры это повлияло не особенно. Он по-прежнему пытался всеми командовать - и регулярно за это огребал. Вот и теперь...

- Господин, прошу вас, накажите Лэйа, - попросил он, предварительно бухнувшись на колени. - Я ему "поклонись!", а он меня - в живот. Ногой. И потом я минуту дышать не мог.

Димка вскочил. Ему страшно захотелось треснуть Турени по башке - и он с большим трудом сдержался.

- А кто ты такой, чтобы тебе все кланялись? - гневно спросил он.

- Я главный управляющий, господин, - Турени старательно смотрел на ноги Димки. - Господин не обязан думать, откуда на его столе еда, но я обязан. А теперь никто не желает работать. Никто даже не желает оказывать почтения.

Димка вздохнул. С таким вот ему ещё не приходилось сталкиваться. Он даже и представить не мог, что вообще бывает такое - раб, желающий власти над другими рабами...

- Слушай, а тебе самому не противно? - спросил он. - Вот это вот всё? Стоять на коленях, называть пацана, который раз в двадцать тебя младше "господином"?

- Почему должно быть противно? - удивился Турени, всё ещё не поднимая глаз. - Противно бывает глупцам. Умные сразу же приняли ситуацию, поскольку понимают, что служение сильному - это привилегия!

- ЧТО?! - Димке показалось, что он ослышался.

- Служить сильному господину - это не унижение, а честь и залог стабильного и счастливого будущего, - спокойно пояснил Турени.

Димка закатил глаза под лоб. Ему захотелось спросить "ты что, так всерьёз думаешь?" - но вопрос был бы риторический. Именно так Турени и думал.

- Служить ты никому не будешь, - с мстительным удовольствием сказал он. - Дня через три, через неделю - в общем, когда вернутся ребята - мы уйдем отсюда в Столицу. А этот город поганый спалим нафиг.

- Столица - хорошее место, господин, - Турени даже ухом не повел. - Даже лучше этого. Но еда будет нужна и там. А люди ленивы, они не любят работать. При гипнозе хотели. Но чтобы заставить работать их теперь, вам понадобятся плети.

Димка рывком отвернулся - он чувствовал, что если будет смотреть на подобострастную - и притом алчную! - рожу Турени хотя бы ещё миг, то просто влепит в неё с ноги, а это было бы... как-то уж слишком по-хоруновски. Чтобы хоть чем-то занять чесавшиеся руки, Димка вытащил из кармана расческу и принялся причесывать свои отросшие тут лохмы - которые, правду говоря, отчаянно в этом нуждались...

- Я понимаю, господин, что вам это неприятно, - продолжал журчать за спиной назойливый голос. - Это не ваше дело, вы не должны этим заниматься. Но, если вы позволите, я подберу людей, которые займутся этим. У меня есть на примете... вы меня слышите, господин?

- Да слышу я, слышу, - я же не уши причесываю, - буркнул Димка.

- Так вот, господин, дело несложное. Мне нужен всего-то десяток плетей и...

Мальчишка рывком повернулся на пятке.

- Хотите меня расстроить? А я ведь и разозлится могу, - говорить Турени "ты", как другу, было уже слишком противно. - Уходите отсюда, убирайтесь, и никогда впредь не приходите ко мне с такими... предложениями! - Димка понимал, что его понесло, что он говорит как какой-то оскорбленный помещик из фильма - но поделать ничего не мог...

Турени дураком явно не был, истово поклонился, натурально достав лбом до пола, потом попятился, как рак, и, не меняя позы, выполз наружу. Весьма предусмотрительно - если бы он развернулся, Димка придал бы ему ускорения посредством могучего пинка в зад...

- Смешно просто, как легко опознаются властолюбцы, - печально сказал Асэт. - Отвернись от их речей - и они уже в ярости. Говори с ними вежливо - и они просто исходят пеной. А потом бегают, как угорелые, выясняя, кто донес о их "великих" планах. Тьфу!

- Ты хочешь сказать, что он просто притворяется покорным, а на деле хочет захватить город? - недоуменно спросил Димка.

Асэт прямо взглянул на него.

- Жажда власти заставляет дураков лгать.

* * *

Какое-то время они молчали. Димка ожесточенно грыз безобразно отросшие ногти - дурацкая привычка, но здесь, в этом мире без ножниц, полезная...

- Что это вообще было? - опасно высоким голосом спросил он. - Он больной, драфа не прочистила ему мозги или это я свихнулся?

Асэт вздохнул.

- Понимаешь, Димка, свобода имеет, как любая медаль или монета, и оборотную сторону: ответственность. Человек, считающий себя свободным, но не желающий отвечать за свои действия, слова, поступки - не свободен. Он остается рабом. И как любой раб, желает иметь своих рабов, оставаясь рабом других.

- Ну, хорошо, - Димка вздохнул. - И что мне с ним делать? Высечь? Морду набить? Повесить за ноги? Так всё равно не поможет же. Он и так передо мной