Фантастика 2025-96 - Ким Савин

и по-настоящему уважали. Я даже с его дочкой подружилась, мы ходили на прогулки, она оставалась у нас на выходные. Ей всего десять, но девочка прекрасно понимала, кто я такая и какое место занимаю в жизни ее папы. То есть, занимала…

– Что же пошло не так?

– Его жена. Эта гадина решила, что ее бывший слишком хорош, чтобы достаться мне. И захотела его вернуть. Хитрая такая, действовала через дочку. Сначала «ой, дорогой, останься на ужин». Потом «позанимайся с Анни, они такую сложную тему в школе проходят». «Задержись у нас, Анни не может заснуть без тебя». «Приезжай на выходные, дочка болеет, ей так грустно». Ну и мозги ребенку промывала, куда без этого? Когда однажды девочка спросила прямо при мне: «Папочка, а почему ты все время меня бросаешь?», я поняла, что что-то не так. Но спохватилась поздно. Васт уже сидел на крючке. И в один прекрасный день заявил, что любит меня, но возвращается в семью.

Я закрыла глаза и зажмурилась, прерывисто вздохнув. Очень жаль, что у меня не получается плакать по заказу, но пусть хотя бы так.

– Сейчас они вместе? – спросил доктор Кулидж.

– Да, – выдавила, не открывая глаз. – И у них все хорошо. Вроде бы, даже снова собираются пожениться.

– Как ваша семья отреагировала на разрыв?

– У меня нет семьи, – выдала свою легенду. – Родители уже давно живут на другом конце света, и мы не общаемся.

– А друзья?

Я неопределенно повела плечами.

– Друзья… Я не слишком общительный человек.

Так и все наши жертвы Гнили. Без семьи, без близких друзей, без тех, кто мог бы заподозрить что-нибудь неладное.

– Что вы чувствовали, когда поняли, что остались одна?

– Боль, – ответила я. – Отчаяние. Злость. И на Вастена, и на его жену.

– А на себя? – как-то вкрадчиво поинтересовался Арн Кулидж.

– И на себя, – медленно кивнула головой. – Что не поняла раньше, не удержала.

Гниль мне в бок, чувствую себя змеей на раскаленной сковородке. Надеюсь, именно такого ответа от меня ждал психолог.

– Это были ваши первые отношения? – тот вдруг сменил тему.

Я искренне постаралась сделать очень несчастное лицо. Думаю, получилось. Не зря же со мной еще в Малейне три дня работал преподаватель по актерскому мастерству.

– Нет. До Вастена были еще… Четверо.

– И чем они заканчивались?

– Разрывом. Мужчины уходили от меня.

– Всегда инициатором был мужчина? – чуть прищурился Кулидж.

– Да.

Он немного помолчал, задумчиво рассматривая свои пометки, потом вложил руки, вздохнул и осторожно произнес:

– Соня, возможно, я сейчас скажу одну очень неприятную для вас вещь.

– Какую?

– Вы не думали, что если ваши попытки построить отношения столько раз заканчивались ничем, то проблема именно в вас?

– Во мне? – повторила завороженно.

– Да, – у него даже тембр голоса изменился, став каким-то гипнотическим, что ли. – Возможно, вы просто не умеете их строить, не умеете любить. Вы просто оказались недостойны тех мужчин, которые были рядом.

– Недостойна? – я всхлипнула.

– Именно так, – подтвердил Кулидж.

Огромные удивленные глаза получилось изобразить и без всякой актерской игры. Слова психолога меня просто ошарашили. Недостойна? Разве это то, что нужно говорить женщине в депрессии?

– Но Васту было хорошо со мной!

– Или вам просто так казалось. Самообман… Интересное свойство человеческой психики. Вы могли вообразить, будто он по-настоящему любит вас, а на самом деле все было совсем не так. Не зря же жених так легко вернулся к бывшей супруге.

Я всхлипнула и растерянно заморгала.

– От нормальных женщин мужчины не уходят, – прошептала тихо, чуть не балдея от такого удачного экспромта, – они к ним возвращаются… Мне так его жена сказала…

– В чем-то она была права.

Я вжалась в спинку кресла.

– Права… Почему вы говорите мне это? Я думала, вы будете мне помогать.

Доктор подался вперед и накрыл мою руку своей, заглядывая в глаза.

– Я и помогаю. Просто для того, чтобы решить проблему, нужно разобраться с ее причинами. Осознать их, принять… И только тогда начинать работать. Понимаете?

– Понимаю, – ответила послушно.

– Вот и замечательно. – В темных глазах психолога мелькнуло что-то странное. – Конечно, одного сеанса будет мало. Но когда мы закончим, обещаю, ваша жизнь изменится, и вы станете совершенно другим человеком.

Из кабинета я выходила в сопровождении доктора, слегка оглушенная. А у дверей он вдруг вспомнил:

– Вы уже побывали в нашем водном комплексе?

– Да, в минеральном бассейне.

– Это чудесно. Терапия должна быть комплексной. А знаете что? Давайте я еще дополнительно запишу вас на лечебную ванну. И выпишу вам минеральную воду.

– Спасибо, – кивнула ошарашенно.

– Завтра вы сможете подъехать? – дождавшись очередного моего кивка, он повернулся к секретарше: – Саманта, запишите лену Милс на наши процедуры.

Получив свою запись, я попрощалась и сбежала. Хватит на сегодня санатория.

В гостиницу возвращалась в очень задумчивом настроении, перебирая в голове все, что сказала и услышала. Риан встретил меня почти на пороге номера. Втащил внутрь и крепко обнял.

– Я волновался, – выдохнул он мне в макушку. – Все прошло хорошо?

– Думаю, да, – ответила я медленно, обнимая его в ответ. – У нас просто был сеанс психотерапии. Вроде бы.

Тагриан опустился на кровать, усадил меня к себе на колени и спросил:

– Вроде бы?

– Да. Знаешь, у меня осталось очень странное впечатление. Я никогда не ходила к психологам, но этот доктор Кулидж… Мне показалось, что он хотел не помочь, а выковырять изнутри все страхи и комплексы. Чтобы… чтобы еще больше накрутить их.

– Хм…

– То ли он просто никакущий психолог, то ли делает это специально.

– Очень интересно, – протянул Тагриан. – Записать получилось?

– Да, – я полезла в сумку. – Запись отличная вышла.

– Молодец, Сола. – Волк наградил меня долгим чувственным поцелуем.

Мы сходили на обед, а потом Тагриан подключил к диктофону наушники стал слушать то, что происходило на нашем «сеансе». И через пару часов, не по одному разу прослушав запись, хмуро констатировал:

– Конечно, вы разговаривали не слишком долго, чтобы можно было заявлять что-то уверенно. Но все это очень похоже на то, что доктор тебя обрабатывал.

– Обрабатывал? – переспросила я, откладывая