Анархия упадка. Компиляция. Книги 1-16 - Алексей Владимирович Андриенко

Знаешь, Найкрас, а ведь ты меня чуть было не убил…

— Это из-за святого духа?

Из-за него самого. Я и не знал, что ты так умеешь. Подумать только, воскрешение из мертвых…

— Чего в этом удивительного если этот мир ненастоящий?

Так-то оно так, но я-то знаю это лишь из твоих воспоминаний. Мне не довелось побывать в реальном мире по-настоящему.

— Ещё побудешь, причём в своём теле и очень скоро.

Мне бы человеческое тело. Собачье слишком ограничено.

— Я это и имел ввиду. Ладно, как там у тебя дела? Нашёл что-нибудь?

Да куда там… Ты со своими играми чуть не стёр моё сознания. Я чувствую, как сильно отупел! Ещё бы чуть-чуть и упал бы до твоего уровня.

— Как сообразительность, суть которого талант связывать ассоциации эрудиции в различных сферах можно повредить? Только не говори, что я тебя святостью как утюгом огрел, не поверю.

Я сознание, Найкрас. Системное сознание, работающее на энергии. Когда энергии у тебя ноль, то для меня это будто глубокая заморозка.

— Ну и? Вот ты оттаиваешь. Возвращается твоя эрудиция?

Вот когда ты сейчас спросил… Да, головушка лучше стала пыхтеть.

— Значит котелок в порядке. Нужен лишь разогрев. И раз с этим решили, посоветуй, как мне лучше всего донести до людей правду о симуляции?

Как бы мне не хотелось это признавать, но в твоём случае самый эффективный метод будет через запугивание. Просто поставь их перед фактом, а кто не согласен или не проверит, переломай ноги, исцели, затем снова сломай и после этого вновь поставь перед фактом.

Услышав его совет моё лицо расплылось в хищной улыбке. Предложенный Смайлом метод был мне по душе.

— Да. Сказанное тобой даже звучит разумно. Значит так и поступим.

А если я скажу, что пошутил?

— Не. Без толку. Не думаю, что ты сможешь придумать более эффективный план, по крайней мере тот, который лично меня убедит в своей эффективности.

Да, ничего другого мне в голову не приходит. Людей трудно убедить в чём-то, чего выходит из их рамок понимания. Но думаю, а точнее уверен, многие будут рады узнать, что всё вокруг не настоящее.

— Да? С чего ты так решил?

Они прожили большую часть жизни без системы. Привыкли к, так сказать реальности. И тут, внезапно, всё изменилось. Повылезали монстры, пришла система, всё пошло по бороде. Паника, анархия, упадок нравов и всеобъемлющий хаос и отчаяние неизвестности. Мрак, в общем. И тут приходишь ты и говоришь, мол, так и так, всё вокруг симуляция, а вы искусственный разум, сотканный из обрывков сознания умерших людей реального мира.

— Последнее, думаю, вызовет обратную радости реакцию. Они будут думать, что мертвы и их сознания — это нечто вроде гниющих и кишащих опарышами мёртвых душ.

Отнюдь. Не нужно скрывать от них реальные факты. Тебе ведь нужны лояльные союзники на той стороне? Если они будут чётко знать, чем отличаются от внешников, тем лучше. Нам не нужны обманутые фанатики. Нам требуются жертвы, которым ты дал шанс вырваться из искусственного мира.

— Ладно, с этим ясно. Знать бы ещё как выбраться из симуляции без вмешательства создателя…

Это я решу в ближайшее время. Разве что, думаю, будут некоторые проблемы с переселением. Точнее, с самим ядром симуляции. Но это пока не точно, и я потом поведаю о особенностях. Сейчас тебе стоит разобраться с Халитой.

— А что с ней? — я только сейчас почувствовал, что пемброк ведёт за собой синевласку. Они направлялись в мою сторону. — А, ясно. А чего это мне? Вернёшь ей память и всех делов.

Всю память? За все твои жизни?

— А что такого?

Найкрас. Я тебе это уже говорил, но повторюсь. Тебе стоит хотя бы пытаться вести себя человечней. За твои три тысячелетия жизни, ты, мягко скажем, поехал крышей.

— Я не был в своём уме с самого начала. Не вижу причины тебе переживать.

Нет, как раз есть. Ты очерствел. Люди, даже близкие, для тебя потеряли былую ценность. Они не вызывают прежних, так необходимых тебе чувств.

— Погоди, а ненависть с яростью которые я чувствовал, когда их обижали? Разве это ничего не значит?

Нет, Найкрас. То, что ты чувствовал тогда и чувствуешь сейчас, всего лишь условные инстинкты, приобретённые после стирания себе памяти. Опять же, чутьё ещё подлило масла в огонь… Понимаешь о чём я?

— Теперь да… Только вот, каким гондурасским раком я смогу вновь полюбить если уже стал безэмоциональным чмом без сердца и совести?

А вот понятие не имею. Умудрись.

— Свинья ты… — понятно, от этого призрачного паразита помощи в таком элементарном деле можно не ждать.

Да я лучше возьмусь за поиск способа повторить большой взрыв чем прикоснусь к такой дряни как человеческие отношения на рельсах их чувств друг к другу!

— Как хитро ты только что завуалировал слово «Любовь».

Ну да. Я могу. Ну так что, мне точно стоит возвращать Халите абсолютно все воспоминания? Даже те, где ты позволял пропасть ей в пастях пожирателей?

— Нет, это не нужно. Только те регрессии, где в её жизни фигурировал я. А в тот раз мы даже глазами не встретились.

Хитрый какой… Ну ладно. Тогда как она будет в зоне действия моих жгутов сознания я верну ей память по твоей отмашке.

— Надеюсь она не умрёт от такого количества жизней?

Умрёт, бросишь к остальным трупам. Потом воскреснет.

— И то верно. — улыбнулся я и развернулся чтобы поймать прыгнувшего мне на руки корги. — Спасибо Дир, хорошую добычу привёл в ловушку. Настоящий охотник!

— Как понять, добычу? — Халита насторожилась.

— Привет, Халита. Давно не виделись.

— Почему у меня такое чувство, что мы знакомы? — отчего-то она поёжилась. Оно и понятно, я вижу её насквозь. Причём не только фигурально, но и буквально. Я знаю о ней всё и на данный момент даже больше, чем она сама, всё же без моего присмотра её сила стала развиваться совсем в другом направлении.

— Оттого что так и есть. И думаю, тебе лучше присесть. — она не последовала моему совету, а я, поняв это, пожал плечами. — Дир привёл тебя ко мне чтобы я помог тебе вспомнить кто ты такая. И ещё некоторые детали,