Фантастика 2026-99 - Алексей Викторович Широков

квартиры. Что изменилось? Ага… вон той газеты на журнальном столике не было. Лежит холмиком, словно что-то прикрывает. Ощущения недобрые. Может бомбу оставили? Нет, железом не пахнет… и взрывчаткой не пахнет, но запах все равно непередаваемо мерзкий. Мира осторожно приблизилась к столику, щелкнула пальцами в воздухе, сбрасывая газету и отшатнулась. Прямо на нее, ощерившись в мертвом оскале, таращилась желтыми остекленевшими глазами, отрубленная кошачья голова. Черная шерсть стояла дыбом. Вот уроды! Справившись с отвращением, Мира склонилась над столиком и поморщилась. Словно ножом чиркнули по сердцу. Голова покоилась прямо на большой фотографии — портрете Никиты. Раньше это фото было вставлено между стеклами серванта. С отрубленной кошачьей башки натекла лужица крови, которая еще даже как следует не запеклась. Свежая. А вот, под столом, пластиковый пакет со следами крови… в нем голову и принесли. А где ж забили бедную животину? Точно! Этот мерзкий запах — запах смерти ощущался еще на крыше.

Мира вышла на лестничную площадку и не запирая дверь, а просто притворив ее за собой, вновь поднялась на крышу девятиэтажки. Несколько секунд постояла, прислушиваясь к ощущениям и безошибочно выбрав направление пересекла крышу, перепрыгивая через бетонные ребра. Охотничье чутье не обмануло. Возле противоположного края крыши, прислоненный к трубе вентиляции, лежал большой черный мешок, в котором обнаружились, как собственно обезглавленная кошка, так и орудие казни — окровавленное ножовочное полотно. Бедняге, похоже отпилили голову живьем. Что за странные действия? Зачем? Напугать? Кого? Ну не Истинную же… значит Наблюдателя… Никиту… Предупредить, чтоб не лез, а то будет то же самое с ним самим. Но ведь они хотят выйти на альфу по следам Никиты. Или уже сами могут, своими силами? Или просто издеваются, от глупой дерзости своей? Черт! Столько вопросов, а ответов нет! И времени мало! Оставив мешок на крыше (не тащить же с собой) Мира вернулась в квартиру. Брезгливо, с помощью газеты, засунула кошачью голову обратно в пакет, в котором ее принесли. Взяла фото Никиты и попыталась отмыть его струей воды в ванной. Кровь смылась почти вся, но фотография все равно была безнадежно испорчена. Тогда Мира порвала ее в мелкие клочки и спустила в унитаз приговаривая: "Прости, медвежонок, но лучше тебе этого не видеть". Теперь следовало пройти по следам живодеров. Вдруг да выясниться какая-нибудь новая деталь.

Захватив пакет с головой, Истинная вышла из квартиры, заперла за собой дверь. Следы ари вели в лифт. Пешком ходить не хотят, твари. Она вызвала лифт и спустилась на первый этаж. Вот они следы… ведут на улицу… четкие, свежие… Истинная пошла по ним, уверенно, как гончая.

Выйдя из подъезда, она кинула пакет в мусорный контейнер. Невесело усмехнулась, представив себе рожу бомжа, который полезет в этот пакет в поисках поживы. Следы вели направо, к площадке для парковки машин и там обрывались. Уехали, — констатировала Мира. — А на чем интересно? Она присела на корточки и внимательно изучила несколько квадратных метров корявого асфальта. Ага! Вот они… два четких следа от протекторов. Мотоцикл. Автоматически глянула текущее время. Без четверти одиннадцать. Быстро темнело.

***

В квартире было жарко и томно. Я некоторое время послонялся по кухне. Пошел в спальню, прилег. Не лежалось. Зашел в зал, некоторое время посмотрел с Рикой телевизор. Смотреть было неинтересно, так как Рика все время переключала каналы. Делала она это по своему разумению, и с моим мнением не считалась. В итоге, я покинул зал и вернулся на кухню. Открыв ноутбук, попытался почитать записи Климонтовича. Не читалось. Изучение документов требовало концентрации внимания, а его не было. В голове свербела одна мысль: пойти на этот самый Цветной 9 и проверить, нет ли там Алены Вишняк. Вдруг все удастся решить в один день! Уже во всех красках представлялась картина — Мира возвращается, а я ей, такой, вот мол, пока ты ходишь неизвестно где, я уже и нашел эту вашу женскую альфу. Тоже, мол, не пальцем деланный! Правда, о том, что будет дальше с этой самой Аленой, я пока предпочитал не думать. Еще, конечно, смущала просьба Миры, никуда не выходить одному. Но с другой стороны, чего опасаться-то? За этой квартирой, по утверждению самой же Истинной, никто не следит. А значит, и за мной, никто следить не может. Да в конце концов всю первую половину дня, до меня вообще никому дела не было. Выкручивайся, как можешь. И выкручивался, между прочим! Мысль о том, что я вычислил альфу, жгла, не давала покоя и требовала немедленных действий.

Постепенно, я убедил себя, что нет ничего плохого в том, чтобы прогуляться полчасика, подышать воздухом, и заодно заглянуть по адресу этой самой Алены. Ужасно хотелось прихвастнуть перед Мирой своим открытием. Я мысленно разговаривал с ней, приводил убедительнейшие, как мне казалось, доводы и в итоге она соглашалась и даже хвалила за инициативность. Это выглядело, конечно, как-то по-детски… но, в итоге, я решил, тихонько смыться, ничего не говоря Рике. Объясняться с ней не хотелось. Да и в конце концов, кто она такая, чтобы перед ней отчитываться. Зашел в зал, как бы глянуть, что идет по телеку. Рика бросила на меня мимолетный взгляд (вот ведь кукла азиатская, ее вообще, мужики интересуют?) и опять уставилась в экран, на котором шло очередное ток-шоу. Рядом с ее креслом, на журнальном столике, стояла тарелка с большой кистью винограда, от которой она время от времени, отщипывала виноградины и медленно их ела, как-то по-деревенски сплевывая косточки в руку. Вечерело. Свет Рика не включала и в комнате стало довольно темно. Я пару минут постоял рядом с ней, делая вид, что смотрю шоу, даже выдал несколько комментариев по теме. Съел пару виноградин и ретировался, как бы случайно, притворив за собой дверь в коридор. Поскольку звук у телевизора включен был довольно громко, а на экране постоянно хлопали и ржали, я был уверен, что Рика не заметит моего ухода и может быть даже, вообще не заметит отсутствия. Осторожно оттянул язычок замка и выйдя на лестничную площадку, так же осторожно прикрыл за собой дверь. Щелчок был почти не слышен.

Больше всего я сейчас опасался столкнуться с возвращающейся Мирой. Ситуация будет довольно глупой, придется оправдываться, объяснять, что да как. Выскочив из подъезда, двести метров от дома до трансформаторной будки преодолел, чуть ли не бегом, после чего успокоился и пошел нормальным шагом. Быстро наваливались сумерки. Жара спадала. Хозяева вывели на вечернюю прогулку своих собак. Те носились вокруг них, разминая отлежанные за