"Пожиратель солнца". Компиляция. Книги 1-7 - Кристофер Руоккио

которых хранились и метались его ножи-ракеты. Несомненно, какое-то устройство, встроенное в его моторную кору, управляло машинами. На мгновение он поправил там какую-то ручку, прежде чем расправить одежду, выглядя совершенно беззаботным.

Наступившая тишина оглушила нас, а затем прервалась.

В коридоре послышались шаги.

Дверь распахнулась, явив море сьельсинов, закованных в черные пластинчатые доспехи, с Белой Рукой, нарисованной на их нечеловеческих нагрудниках.

"Джентльмены!" Крашеный поклонился, кровожадный арлекин. "День принадлежит нам!"

ГЛАВА 21

БЫВШИЙ ПРИНЦ

Сьельсины обыскали нас с Кассандрой, но крашеный уже забрал у нас все, что было нужно. Они связали нам руки веревками и повели с "Реи". Нам пришлось переступать через тела как защитников, так и сьельсинов, и когда мы добрались до трюма, я попросил: "Закрой глаза, Кассандра".

Она не послушалась.

Вокруг нас повсюду лежали мертвые, тела, изжеванные действиями нахуте и сьельсинов. Горла были по-разному перерезаны или разорваны, и у нескольких скахаримнов по подбородкам текла красная кровь, в то время как другие вытирали свои скимитары о туники наших мертвецов или наклонялись, чтобы ограбить или осквернить павших.

Через мгновение мы прошли через этот микрокосм ада и вышли на прохладный ночной воздух. Все было освещено адским заревом наших горящих кораблей, и то тут, то там вдалеке мелькали вспышки лучей частиц или плазменных выстрелов. Бой не был окончен, но, казалось, затих на краю посадочной площадки, ближайшей к "Рее". В темноте я больше не мог разглядеть "Аскалон". Был ли он еще там? Дошел ли до него Эдуард?

Нас заставили выйти за пределы лагеря, на ровный песок, который тянулся, наверное, мили на три, туда, где стоял один из огромных скелетов цетосколидов. Крашеный стоял чуть поодаль. Он показался мне меньше ростом, а одежда Ласкариса выглядела помятой. Сам Ласкарис был высоким человеком, почти палатинского роста. Существо же казалось просто плебеем, и я задался вопросом, как долго оно обитало в облике Присциана. Когда умер настоящий мужчина? Должно быть, еще до того, как они прибыли на Джадд.

Пока я наблюдал, подменыш застегнул мой пояс и пояс Кассандры на своей талии, позволив куртке прикрыть украденные мечи. Я дал личную клятву, что убью монстра, как я убил другого такого же на Рустаме, когда был еще совсем мальчишкой.

"Venanaggaa o-tajarin’ta wo!" - раздался грубый, нечеловеческий голос. "Aeta yelnun wo".

Принц идет.

Я наблюдал, как из огня позади выходят все новые сьельсины, их тени мелькали на бледном песке, словно демоны. Они подгоняли перед собой группы мужчин и женщин - как солдат, так и рабочих.

Заговоривший сьельсин - тот, что с грубым голосом, - двинулся вдоль линии, которую выстроили его подчиненные-лейтенанты. Он поочередно осматривал каждого из пленников, то и дело останавливаясь, чтобы оценить ранение или изучить какую-нибудь другую особенность. Однажды он схватил человека за лицо и с силой разжал ему челюсть, чтобы проверить состояние зубов. После каждого краткого осмотра капитан - а это, несомненно, был капитан - произносил.

"Unjasan".

"Unjasan".

"Iyadan".

"Unjasan".

"Iyadan".

"Iyadan".

"Unjasan".

"Что он говорит, Абба?" прошептала Кассандра. "Что происходит?"

Мясо. Мясо. Раб. Мясо. Раб. Раб. Мясо.

"Решают, что делать с пленными", - сказал я наконец.

Остановившись перед одной особенно широкоплечей женщиной, капитан сказал: "Tagasvate".

Спорт.

Тут же трое ближайших к ней сьельсинов издали истошный вопль. Один из них сбил женщину с ног и навалился на нее, а остальные расчистили пространство.

"Отвернись!" Я попытался отодвинуть Кассандру плечом, встать между ней и тем, что должно было произойти.

Но этого было не скрыть.

Один из моих охранников ударил меня, и я упал на одно колено.

Мгновение спустя к нам подошел капитан. Он был выше любого из своих лейтенантов, но один из двух основных рогов, которые росли у него изо лба, был отпилен, что придавало ему странно кривобокий вид.

Увидев это, крашеный поклонился. "Ichakta-do, - сказал он. Капитан.

Сьельсин склонил голову - угрожающее признание превосходства над своим рабом. "Кибалион", - сказал он, и я догадался, что это имя подменыша. Сьельсин обвел взглядом Кассандру и меня. Говоря на своем языке, он сказал: "Ты меньше, чем твоя репутация, Человек-Дьявол".

"Ekanyi usha suh", - сказал я, поднявшись на ноги. Как и все мы.

"Не наш Пророк", - ответил капитан. "Он - единственная истина".

"Он - единственная истина", - вторили ему два лейтенанта.

Менее чем в двадцати футах от нас женщина перестала кричать.

"Так говорил мне ваш Пророк, много раз", - сказал я. "Но это не помешало мне сорвать его коронацию. Скажи мне: Сириани все еще ходит прихрамывая?"

Капитан ударил меня кулаком в живот. Я согнулся пополам, но не упал.

"Это имя мертво!" - сказал капитан. "Он Шиому-Элуша, как всем вам подобным, хорошо известно". Оно склонилось надо мной, его дыхание источало адские испарения. "Знаешь ли ты, сколько наших людей погибло в тот день? Когда ваш корабль улетел?"

"Надеюсь, достаточно, чтобы компенсировать потерю моих", - парировал я.

Капитан снова ударил меня кулаком.

Я никогда не задумывался о катаклизме, который вызвал "Аскалон", совершив прыжок в варп в пределах круга Актеруму. Формирование варп-оболочки должно было сопровождаться сильным гравитационным напряжением. Разрушенный "Тамерлан" - и без того разбитый - был бы разорван на куски. Его различные топливные баки и оружейные батареи были раздавлены и пробиты. Последовавший взрыв, должно быть, был ужасающим, не говоря уже о дожде из огня и искореженного металла, который, должно быть, последовал за этим.

Я молился, чтобы этого было достаточно, чтобы отплатить за наших погибших, и задавался вопросом, не было ли это причиной того, что врагу потребовалось столько лет, чтобы обьявиться, фактически, дав нам с Валкой время, необходимое для того, чтобы добраться до Колхиды, Несса и Картеи.

"Хватит, Рамантану!" - сказал подменыш Кибалион. "Вайядан идет".

Капитан хмыкнул, посмотрев на меня сверху вниз со своего немаленького роста. Взглянув на Кассандру, он обратился к Крашеному, спросив: "Это его отродье?"

"Его ребенок", - подтвердил Кибалион. "Ей нельзя причинять вред. Она - единственное, что удерживает власть Утаннаша в узде".

Рамантану дернул головой таким образом, что это означало, что он понял. "Неважно", - сказало оно. "Скоро власть Утаннаша будет сломлена. Лжец наконец-то замолчит".

Люди капитана занялись разделением пленников. Постепенно я услышал барабанную дробь в воздухе и, подняв глаза, увидел черную фигуру на фоне звездного неба. Сьельсинский посадочный модуль была больше стандартных осадных башен, но не того кривого дизайна, к которому я больше всего привык. Это было похоже на большую крепость, спускающуюся на