Фантастика 2025-39 - Екатерина Аникина

— Хорошо. Тут на стенах что-то на древнем языке, может быть это даст нам ключ. Постарайся не попасть им в лапы, они стали намного сильнее чем были, но пока хорошенько не нажрутся человечины, останутся тупыми как обычные зомби.

— И та тварь тоже? — я указал на паучиху.

— А вот этого я не знаю. — ее голос чуть задрожал, похоже ее тоже проняло, но буквально в следующее мгновение она уже говорила привычным уверенным голосом. — Про таких мне не рассказывали ни отец ни дядя. Будь аккуратнее Ян. Я пошла. — Она резко стартовала и тут же несколько дохляков поковыляло за ней вслед.

Э нет, ребята. Я так не играю. Мыслей как угробить этих тварей у меня особо не было, но надо дать Мэйлин время, чтобы она придумала как отсюда выбраться. Так что буду делать, то что я умею лучше всего — бить!

Паучиха все еще пыталась разобраться в своих лапах, не понимая как ей двигаться на двух ногах как человек или на всех своих лапах, как ее членистоногие родственники. Прикинув скорость движение дохляков я бросился им наперерез. Если я не могу их убить, то замедлить то точно смогу. Никто лучше тайских боксеров не умеет бить лоукики. А мне ставили удары лучшие из лучших.

Стоило мне начать двигаться как они с голодным урчанием переключились на меня. Поиграем твари! Меня захватил дикий азарт, но усилием воли я загнал его куда подальше. Зомби не чувствуют боли, значит у меня нет права на ошибку.

Хороший лоукик имеет несколько особенностей. В основном он бьется в бедро не так важно с внешней или внутренней стороны. Сила и скорость тут равнозначны, но при этом уступают пальму первенства точности. Именно отбитые мышцы ног у противника сковывают его движения, не дают грамотно передвигаться. Техника движений ногами или же футворк в бою имеет первостепенное значение.

С ожившими мертвецами не чувствующими боль такие фишки не пройдут. Придется проламывать колени и голени, а это куда более травмоопасная техника в том числе и для меня.

Бой с этими тварями напоминал пятнашки на касание. Бей и тут же отходи, чтобы тебя не задели. Вот только цена твоей ошибки будет смерть.

Первая тварь рухнула на пол с переломанным коленом. Энергия нефритового кольца Земли окутала мою голень непробиваемым щитом и я с разбегу ударил с проносом. Тварь сместилась и вместо планируемого удара в колено я попал в верхнюю часть голени. Боли не было, а удар оказался на редкость удачным сломав кость и заставив мертвеца упасть.

Вот только на меня уже двигались остальные. Так началась моя игра со смертью. В голове играла ритмичная музыка призывающая добрых духов защитить бойца.

Тин-тин-тон.

Тин-тон-тон.

Я чувствовал себя снова в октагоне и это чувство окрыляло меня. Пока я на ринге никто меня не остановит. Это моя территория! И я чемпион! Никто не сможет меня остановить.

Тин-тин-тон.

Тин-тон-тон.

Мои лоукики были подобны ударом топора срубающего дерево. Кости мертвецом хрустели и ломались, а я продолжал двигаться атакую вновь и вновь. Я не могу их убить вновь, но могу остановить.

— Ян! — резкий голос Мэйлин вывел меня из трансового состояния. — Мы не выберемся отсюда без жертвы!

— Что? — все еще находясь где-то не здесь я не сразу понял о чем она говорит. Бегло осмотрев залу я понял, что паучиха начала пожирать одного из ревенантов. Не ужели нам повезло и эта тварь сделает всю работу за нас?

— Нам нужна жертва! Я наконец разобралась в этом архаичном языке! — она так замысловато выругалась, что большую часть ее высказываний я просто не понял.

— Какая жертва?

— Жизнь. Тут сказано отдай жизнь цунгару и духи отплатят тебе.

— Что за цунгару? И у нас тут только двое живых, — стоило мне это произнести, как в голове раздался голос Тинжола. «Ученье свет. Она не правильно читает этот иероглиф. Правильнее будет дыхание жизни, образное название энергии.» Тогда эти дохляки тоже сгодятся. «Все так ученик, ты делаешь успехи. Осталось придумать как их убить на алтаре. Все необходимое у тебя есть». А подсказать предок? «Я и так тебе помог. Ты должен развиваться сам. Помни все. Удачи потомок.» Вот же тварь.

— Ян? Ты меня слышишь?

— Мэйлин, этот гребаный иероглиф читается как дыхание жизни, а не просто жизнь. Дохляки наш пропуск отсюда!

Девушка внимательно посмотрела на меня и кивнула.

— Есть идеи как их убить? — больше всего меня сейчас интересовали две вещи. Как убить на алтаре этих медленно ползущих за мной уродов и что нахрен происходит с этой паучихой. Она медленно менялась.

Эта тварь дожирала одного из ревенантов и начала наливаться какой-то странной энергией.

— Я тебе уже сказала все варианты которые знаю! — мне нравилась ее реакция. Мэйлин злилась и огрызалась, но самое главное она не погружалась в пучину отчаяния.

Отбежав от переломанных мертвецов, к своей напарнице я судорожно осматривал помещение пытаясь найти хоть что-то, с помощью чего я могу угробить этих тварей. Сердце я могу вырвать и без оружия, благо техника рука копье усиленная энергией Воды позволяет пробить человеческую плоть. Проблема с отрубанием головы.

Я отстраненно посмотрел на всю эту сюрреалистичную картину. Молодой парень в ритуальных белых штанах забрызганных кровью, стоит рядом с красивой стройной девушкой на которой лишь короткая белая куртка чуть прикрывающая пятую точку и судорожно пялятся в помещение пытаясь найти себе оружие для спасение. А в это время к ним ползут мертвецы с переломанными ногами, одного из которых неспешно пожирает какое-то жуткое чудовище.

От увиденной картины меня пробрало на дикий смех. Кому-то срочно нужен психотерапевт или же напиться до отключки.

Мой взгляд блуждал по кругу. Мертвецы. Паучиха. Жертвенник. Клетки. Статуи. И снова мертвецы.

Стоп! Статуи! Они же все вооружены!

— Мэйлин, что это за рогатые львы в виде статуй?

— Я же тебе говорила это цунгару. Бессмертные стражи львов.

— Есть идея. Надо попробовать взять у них оружие. Может оно вытаскивается.

— Не получится. Статуи отлиты целиком, вместе с оружием. Я уже смотрела. — в ее голосе звучало такое разочарование, что хотелось выть.

Единственное место которое мы нормально не осматривали это был сам жертвенник, но лично меня пугало, что придется двигаться мимо паучихи. А что ожидать от этой твари я просто не знал. С другой стороны выбора у нас не было.

— Вперед к жертвеннику. Держись рядом, я первый. — пусть у меня не было четкого плана,