Фантастика 2026-68 - Сергей Витальевич Карелин

— Спасибо, Максим, если что еще такое найдете, сообщите.

Рассыпавшись в заверениях сразу же отправить мне письмо, Крынов исчез из моего кабинета.

Что же получается? Шустов, торговец и делец, брал деньги лично от Ромского. Зачем? Я не стал гадать, а поднялся и отправился в сторону темницы. Заодно нужно и лекаря для бывшего императора пригласить, а то отдаст концы и что я потом буду делать? Письмо в адрес Сергея улетело, пока я еще шел по коридорам.

В дворцовых казематах все было стабильно: трое задержанных перемигивались, а Ромский продолжал игнорировать происходящее. Правда, в этот раз, миска с едой была пуста. И то хлеб.

Увидев меня, аристократы резко отошли от решеток, делая вид, что оказались здесь случайно.

— Михаил Витальевич, я по вашу душу, — сказал я, остановившись напротив Шустова.

Тот схватился за сердце, побледнел, а затем крепко обхватил прутья и с жаром выпалил:

— Позвольте, я только позову нотариуса для завещания! Мне нужно всего полчаса! У меня же дети!

— Михаил Витальевич, я не убивать вас пришел, — покачал я головой. — Мне нужна информация. Да и потом, ваши дети давно выросли.

— О… — Шустов осел на пол, шумно выдохнув и дернув пуговицу на вороте давно уже несвежей сорочки. — Спрашивайте.

— Как давно вы владеете конторой «Крылов и товарищи»?

— Какой? Впервые слышу.

Я почти ему поверил, уж больно обескураженным он выглядел и протянул ему документы, которые получил от Крынова. Шустов долго щурился, двигал бровями, даже шевелил губами. А потом нахмурил лоб и посмотрел на меня.

— Вроде название какое-то знакомое, но припомнить точно не могу. Сами понимаете, у меня очень много торговых точек, все в голове не удержать. А почему вас заинтересовала именно она?

— А почему бы и нет? Кто там директор?

— Господин архимаг! Откуда же я помню? Это нужно спрашивать моего бухгалтера! А он… ох…

— Слушаю внимательно, Михаил Витальевич, — улыбнулся я. — Вашего таинственного бухгалтера управление финансов ищет уже не один год. Даже я хочу познакомиться с ним.

— Сами же знаете, что хорошего бухгалтера можно искать годами… Я ему письмо направлю! Он сейчас очень далеко. На островах… — князь замялся.

— Хорошо врете, Михаил Витальевич. Прямо любо-дорого послушать. Но мне все равно нужен директор этой конторы. Хоть из-под земли мне его доставайте. С документами, всеми отчетами и потрохами. Узнаю, что совершенно случайно все сгорело или исчезло, то вы станете первым подозреваемым в хищении средств из государственной казны.

— Казны? Я⁈ — Шустов побледнел и отпрянул. — Нет-нет!

— Даю десять минут на связь с людьми, и еще час, чтобы документы были у меня на столе.

— Да…да, я сейчас… — он бессмысленно заводил руками, звякнув кандалами. — Только, господин архимаг, снимете их?

— Не хотелось бы, но раз такое дело, сниму. И без фокусов. Далеко все равно не убежите.

Шустов кивнул и обреченно вытянул руки, ожидая, видимо, что я сейчас их отрублю. Но я лишь щелкнул застежку и выжидательно посмотрел на князя.

В течение двух минут он отправил семь писем, а получил двенадцать. С каждым новым посланием на его щеках вспыхивали алые пятна. Я уж боялся, что его удар хватит. Впрочем, обошлось.

— А можно еще жене конверт отправить? Она же беспокоится… — неуверенно сказал Шустов.

— Хотите ее удивить своим заключением под стражу?

— Нет, думаю, она уже знает. Да все уже знают! — вздохнул князь. — Получил четыре отказа от сотрудничества. Моя империя разрушена!

— Одна разрушена, еще пять осталось, — пожал я плечами. — Будете думать потом, с кем торговать. Напоминаю, документы через час на моем столе.

— Да-да, я всех предупредил. Хотя все равно не понимаю, почему эта контора вас так заинтересовала. Может, поделитесь? И я сразу вам все расскажу.

— Нет уж, хочу сперва сам посмотреть, — я защелкнул браслеты на его запястьях.

Пока мы разговаривали, в темницу зашел лекарь. Я кивнул ему на камеру с Ромским, и Сергей остановился. Дежурный стражник отпер ему дверь и застыл, готовый в любой момент бросится в атаку. Только глазами водил с лекаря на бывшего императора, не зная, кто первый дернется.

— Константин Яковлевич, мне нужно вас осмотреть, — сказал Сергей.

Ромский медленно повернул к нему голову и едва заметно дернул плечом, мол, делайте что хотите. Убедившись, что пациент не собирается на него бросаться, Сергей зашел в камеру и начал водить руками вдоль тела Константина.

Всего на это ушло семь минут, и пока секунды бежали, я внимательно следил за действиями обоих.

— Господин архимаг, я закончил, — лекарь встряхнул руками, сбрасывая нити заклинаний, — сильное истощение. Нужно усиленное питание, богатое белками и жирами. А не это, — он покосился на миску с остатками каши. — Я все подробно опишу.

Он вышел из камеры и тихо добавил:

— А еще им бы всем помыться. Не приведи небеса, блохи заведутся.

— Обойдутся кристаллами, — я глянул на стражника, — организуй. Под присмотром.

— Будет исполнено! — гаркнул дежурный и умчался наверх.

Мы с Сергеем вышли на крыльцо, и я потребовал полной выкладке по Ромскому.

— Сложно сказать, господин архимаг. Он как в анекдоте про цветок в конторе. В него постоянно вливали алкоголь, и он стоял зеленым, а когда решили дать воды — захирел. Еще думаю, тут могло сыграть роль и легкое пристрастие, — он сильно понизил голос, — к той белой гадости.

— Очень интересно. Спасибо.

Я отпустил его и снова задумался. Нет, то, что Ромский мог сидеть на этой дряни, совершенно неудивительно с его-то репутацией. В памяти всплыл момент, когда Виктор Иванович приказал казнить причастных к распространению этого порошка. Когда это было? Неделю назад уже! Как назло, я никак не мог вспомнить фамилии этих людей.

Чутье подсказывало, что в этом что-то могло быть. Где белая дрянь, там деньги, тайны и скользкие людишки. Кстати, еще вопрос, откуда ее привозят. Здесь мне снова понадобится совет, который может дать только одна женщина, которая точно не спит в это время суток.

Я вышел под свет фонарей и вдохнул прохладный ночной воздух. Он опьянял своей свежестью и недвусмысленно напоминал, что я обещал себе утром завалиться спать.

Выругался, вздохнул, а потом поймал карету.

— В ближайший бордель! — кажется, эта фраза скоро войдет у меня