Фантастика 2026-78 - Денис Арзамасов

Девушка явно смутилась.

— Это было очень… ярко и очень опасно. И мне снова совестно, что опять бросила тебя в самое пекло.

Усмехнулся и протянул цветок, который, как и раньше сжимал в своих пальцах девушке.

— Ну вот и договорились. Это тебе. Надеюсь, в таком состоянии он всё ещё пригоден для ритуала.

Лия наклонилась и взяла розу из моей руки и с наслаждением вдохнула его аромат. Лотос она тоже нюхала.

— Он полон жизни. И куда сильнее, чем в прошлый раз.

— Вот как? Это из-за того, что я перешёл на Второй Тир?

— Возможно. Я не понимаю, как это связано. Внешняя магия искажает Угасающие миры и делает привычные вещи непонятными даже нам, местным обитателям.

— А можешь объяснить, как это работает для вас?

Лия на какое-то время задумалась и посмотрела вдаль поверх меня. Казалось, её наше текущее позиционирование нисколько не смущало. Впрочем, меня тоже. Я в доспехах лежу на полу ногами на балкон, головой в замок. Лия стоит надо мной и полы её юбки почти касаются забрала моего шлема. Всё нормально. Всем хорошо.

— Сейчас, больше понимая твой язык и твою культуру, думаю, я могла бы ответить на твой вопрос. — Лия вновь опустила глаза на меня. — Думаю, наши миры когда-то умерли по тем или иным причинам. И нечто достало их из небытия в виде крошечных осколков, ставших полями битв для вас. Нас же оно заперло в немёртвых оболочках, лишило разума, ограничило в воспоминаниях, свободе воли, мысли и приковало к вашим аренам. Ужасно, на самом деле, но… Какой бы жизнью ни было наше текущее состояние — это всё равно жизнь. Не знаю, для кого это большая пытка, но мне жутко от того, что это всё сделано по прихоти чужого разума. Существо, сотворившее такое не может быть светлым… Но и абсолютным злом я назвать его не могу…

— Вот как? — я с интересом наблюдал, как Лия подпирает пальчиками свой точёный подбородок. С моего ракурса зрелище было удивительно милым.

— Я и все здесь собравшиеся получили второй шанс на жизнь. Ты сам не можешь не видеть, как меняются Мастер и Горничная. Как преобразился Падальщик… нет, пожалуй, Падальщик — это плохой пример, — Лия поправила сама себя. И, собственно, не зря. Кузнец и Падальщик вообще не изменились, но если первый — просто существо-функция, то второй иной раз разливался соловьём, нахваливая свои товары. Но, несмотря на то, что суммарно потребил больше всех очков Воли, как был мумией, так ей и остался. Притом совершенно по этому поводу не комплексовал. — Но бригада рабочих под его руководством тоже начала «свежеть».

— Рад за них всех. — искренне выдохнул я. — Ну а ты сама?

— Я?

— Чувствуешь ли ты в себе перемены со времени нашего знакомства?

— Тут сложнее. — Лия отступила на шаг, давая мне возможность подняться, которой я самым наглым образом пренебрёг. — Я изначально не столько живое существо, сколько сосредоточение твоей связи с Угасающими Мирами. Таковой я стала сразу, как твой выбор даровал мне свободу от оков вечного плена. Так что да, я меняюсь вместе с тем, как крепнет твоя связь с этим местом и Угасающими Мирами в целом. И этот цветок меня тоже изменит.

Помолчали. Я переваривал сказанное девушкой, Лия… понятия не имею, что творится в голове у средневековой женщины-маршрутизатора. Наконец, хранительница не выдержала.

— Э-м… Странник, а почему мы разговариваем о сущности, породившей Угасающие Миры, когда ты лежишь на полу полумёртвый в доспехах и даже не пытаясь подняться в присутствии благородной дамы?

— О! Рад, что ты спросила. Ведь у этого есть глубокий философский подтекст, — рассмеялся я, радуясь такому проявлению эмоций со стороны моей Хранительницы. — Видишь ли, у моих соотечественников есть великолепная традиция обсуждать политику международных отношений, финансы и устройство вселенной, сидя на кухне в майках-алкаголичках, пребывая в состоянии полутрупа в результате различной степени алкогольного опьянения. Моё состояние сейчас максимально приближено к этой самой традиции. Можно сказать, прямо сейчас мы с тобой воздаём ей своеобразные почести.

— Но какой в этой традиции смысл⁈ — ожидаемо сломалась логика Лии. Будучи продуктом своего времени, культуры и сословия, к тому же являясь молодой девушкой она явно не могла ощутить всей прелести кухонных бесед под открытую форточку и рюмку беленькой.

— Никакого! — утвердил я подозрения девушки. — Видишь ли, от тех рассуждений нет никакого толку, ибо от самих участников этих дебатов не зависит ничего. Они слишком мелки и незначительны, а решения принимают совершенно другие люди. Так и здесь. Мы, будучи заперты в рамках этой самой воссозданной реальности вряд ли когда-нибудь сможем повлиять на что-то глобально. Даже если получим все ответы от самой сущности, вернувшей из небытия Угасающие Миры.

— Это фатализм. — неожиданно заявила дворянка.

— М… я предпочитаю считать это трезвой оценкой ситуации. — усмехнулся я в ответ, со скрипом поднимаясь с пола. — Или у тебя, как более сведущей в данном вопросе сущности есть что мне возразить по этому поводу?

Девушка быстро проиграла мне раунд в гляделки.

— На данный момент нет.

— Вот и ладушки. Не составишь мне компанию за ужином? А то в данже даже присесть было некогда.

* * *

Домой вернулся не сразу. По старой традиции «вторгнулся» в чужой мир, на этот раз под светом Белого Пульсара и был приятно удивлён общением с парнем по имени Дейл. Ну или просто «Игрок Дейл». Пацан уже носил довольно качественный игровой сет, имел свой хаб, а на плечах носил шеврон с канадским флагом.

Мне он приятно удивился и действительно позволил себе полноценно помочь, а предупреждение о том, что я работаю до первого удара в спину воспринял максимально серьёзно и с пониманием. Вооружён канадец был двуручной секирой, которой с грацией бывалого лесоруба бодро решал все свои проблемы, и моя помощь ему была чисто номинальной до самой комнаты босса. По словам парня — это был его третий босс, а на каждую «карту» у него уходило примерно по три «вылазки». Случайными забросами в его случае Игра не злоупотребляла, потому как игрок делал всё по инструкции. А явление меня он воспринял, как своего рода послабление за хорошую игру.

«Я сразу понял, что