"Фантастика 2026-183". Компиляция. Книги 1-27 - Алла Железнова

— А что Савелий? Савелий — мент, а тачка — улика. Сечешь?

— Не очень, — растерянно ответил Гера.

— Не будет Савелий ради такого дела впрягаться. Прокурорские дело забирают. Это тебе не ИЖ Спорт твоего отмороженного сыночка со штрафстоянки вытаскивать.

— Нормальный он. Чё ты до него докопался? — обиделся Гера.

— Нормальный⁈ С какого хера он нормальный? — Топор раздраженно повысил голос. — Вчера какому-то лоху с другого района хотел перо по ребро сунуть. Это, по-твоему, нормально?

— Топор, ты чё? На него восемь чепушил поперли. А он один был. Что ему оставалось делать? Ты бы как на его месте поступил? Как он перо достал, те сразу и сдулись.

— Восемь, значит? На одного? — усмехнулся Топор. — Завтра он начет тебе лить в уши, что их было десять. Один на один они дрались. Все по чесноку было. Пока твой сынок за нож не схватился. Потом за это в рыло получил. И это верняк. Мне правильные люди передали. Такие врать не будут.

— Леха твой что ли? — злобно процедил Гера.

— Не твоего ума дело! — огрызнулся Топор.

— Понятно, — прозвучал язвительный ответ.

Дальше последовал хлесткий удар и звук падения.

— Топор, ты че? — раздался испуганный и визгливый возглас.

— Слыш, Гера, ты чё, совсем берега попутал? — яростно прорычал Топор. — За языком следи. А то оторву и в задницу затолкаю.

После этого послышалась какая-то возня, звук поднимаемого стула, тяжелое дыхание Геры. Топор чиркнул спичкой и хрипло закашлялся от затяжки.

Похоже, успокоились. Теперь из них слова не вытянешь. Но они кого-то ждут. Значит и я подожду.

Между делом я начал потихоньку осмысливать услышанное. И уяснил для себя две важные вещи. Во-первых, получается, что Рощин — это сын Геры. Ничего себе семейка! Как говорится, яблоко от яблони… Только вот мать его жалко. Леха Коротков, да и сам Гера о ней хорошо отзывались. Что ж это за судьба такая: жить и мучаться с двумя ушлепками?

Во-вторых, выходит, что Леха Коротков имеет какое-то отношение к Топору. Возможно тоже родственник, или даже сын? Я никогда особо не пересекался с Лехой в своем первом детстве. Знал только, что живет он с мамой и бабушкой у нас на районе. Отца его я ни разу не видел. Говорили, что он живет где-то неподалеку, отдельно от семьи. Если это Топор, то неудивительно. Типичный волк-одиночка. Но с мозгами. Да и понятия какие-никакие имеются. Видать, не захотел напрягать семейство своим тяжелым характером и решил съехать. Разумное и даже в чем-то благородное решение. Связь с сыном поддерживает. А значит и деньгами помогает. Может, и от своего скользкого пути предостерегает.

Прошло около получаса. От гаража раздавалось редкое покашливание, да сопение Геры. Я глянул на часы: без пятнадцати семь. Похоже, Серега будет сегодня без меня футбол смотреть. Словно прочитав мои мысли, Топор вдруг выдал:

— Сгоняй, переключи на «Маяк». Сейчас футбол начнется.

Гера что-то проворчал в ответ, но упорствовать не стал. Прозвучали шаркающие шаги, раздался звук радиопомех, а вслед за ним хорошо поставленный голос диктора, вещающего что-то про будни советских мелиораторов.

Но послушать трансляцию им так и не удалось. Послышался шум подъезжающего автомобиля. Колеса прошуршали по гравию, и машина притормозила возле гаража. Я вжался в крышу, чтобы меня не заметили, и весь обратился в слух.

— Как тут у вас? Все спокойно?

Только заслышав первые звуки этого голоса, я понял, что ждал не зря. Говорил Боцман. И я надеялся, что сейчас узнаю что-нибудь важное про его дальнейшие планы.

— Все в норме, — ответил Топор.

— Менты были?

— Угу, — прозвучал угрюмый ответ Топора. — Весь гараж перерыли. Машину забрали. Тощего ночью прямо из постели вытащили.

— Про Тощего в курсе.

Хлопнула дверь. Похоже, Боцман вышел из машины.

— Что с кассой? — В его хриплом голосе послышались тревожные нотки. — Только не говори…

— С кассой все в порядке, — перебил Боцмана топор.

— Где? — с облегчением спросил Боцман. — Савелию надо забашлять. Иначе бы я уже с Тощим камеру делил.

— Первый кирпич под розеткой, — глухо ответил Топор.

— Гера, а ты чё такой кислый? — повеселевшим голосом спросил Боцман. — Не ссы. Еще и не из такого дерьма вылезали.

— Да не ссу я, Боцман. Что вы все до меня докопались? — послышался звук отодвигаемого стула и удаляющиеся шаги.

— Чё это с ним?

— Хрен его знает, — ответил Топор. — Нервный он какой-то сегодня.

— Ясно. Остальные где? По норам сидят?

— Угу. Только у нас с Герой железное алиби. Сам понимаешь.

— Понимаю, — задумчиво протянул Боцман. — Ничего. Заляжем на дно на месяц-полтора, а потом снова заводом займемся. Пока что держимся на вашей с Герой теме. Поплотнее с ней поработаем. То, что кассу вовремя спрятал — красава. Возьмешь там… премию. Ну, ты понял.

— Ты где будешь?

— У Архипа перекантуюсь, пока с Тощим не решим.

— Думаешь, возьмет на себя? — в голосе Топора прозвучало вполне обоснованное сомнение.

— Как миленький. Это его косяк. Пацаны с ним потолкуют.

— Хорошо, если так.

На этом разговор прекратился. Судя по звукам, Боцман с Топором зашли в гараж. Сквозь тихий голос диктора из радиоприемника и урчащего двигателя автомобиля я услышал, как из стены выдвигается кирпич. Потом послышалось шуршание целлофана.

— Кассу пока оставим здесь. Идеальное место.

Кирпич снова задвинули.

— Подежурьте тут с Геркой. Скоро еще пацанов к вам пришлю, — деловито распорядился Боцман.

— Когда? Сам понимаешь, у нас тоже тема есть, которую надо двигать, — хмуро спросил Топор.

— Да все я понимаю, Топор, — в голосе Боцмана прозвучали нотки раздражения. — Сегодня ближе к ночи пришлю. Если не выгорит, то к завтрашнему утру.

— С тачкой что?

— Пока ничего, — резко ответил Боцман. — Эту я Архипа взял. А на своих двоих походить не западло? — вдруг вспылил он. — Или вон, у Герки Иж Спорт оседлайте. Заодно молодость вспомните.

— Не западло, Боцман, — огрызнулся Топор. — Но дела пойдут медленнее. Да и уважение потеряем. За лохов начнут считать.

— Будет тебе тачка! Не мороси! Ща с делами разгребусь, и все будет. — Мне показалось, что Боцман еле сдерживается, чтобы не заорать.

—