Последняя битва-2 - Данияр Саматович Сугралинов

– Пора драться, ловкач?

Хмыкнув, я подумал: впустит ли система в игру истинных хозяев тел, если те вдруг залезут в капсулы? «Не раньше, чем освободятся тела легатов», – услышал я голос Деметриуса в голове.

– Готовы?

Легаты ударили себя в грудь, Большой По кивнул.

Но прежде, чем запустить глубинку, я полез в инвентарь и достал Кристалл моровой мутации, который получил за убийство локального босса Тидера, морового волка, в руинах Видерлиха, бывшей столицы нежити. Я не отдал артефакт Большому По, потому что остерегался, что он может меня предать. Но теперь… Теперь я собирался отдать все, чтобы победить.

– Держи. Разберешься, что это и как использовать. Возможно, поможет тебе создать орду особой нежити из Пекла, если я правильно понял принцип действия артефакта.

Изучив его свойства, Большой По протянул мне руку, пожал мою.

– Спасибо. Выглядит интересно, обязательно попробую. Ты уже подумал, как и когда нам вернуться?

– Я сам за вами вернусь, как понадобитесь. Рвать вас там будут так, что клочья полетят, но прокачаетесь как нигде больше. Особенно ты, толстый.

– Да сколько раз уже говорить, я не… – договаривал он уже в Пекле, – толстый. Не толстый я уже!

На мрачно-багровом горизонте появился силуэт сухопутного адского осьминога размером с маленькую гору.

– Удачи, – попрощался я и вернулся на Кхаринзу.

Глава 67

Да не пробудятся Спящие!

Переместившись прямо к храмам Спящих, я попал в настоящее столпотворение. Тысячи неписей, демонов, йожей – весь остров, казалось, сбежался на площадь. Над стенами замка возвышались колоссальные фигуры Спутников. Похоже, парни позвали их и йожей на Кхаринзу, но, понятно, не всех, только лидеров.

В центре пятиконечной звезды храмов возвышались пять фигур Спящих в их гуманоидных формах: Бегемот в дымящихся доспехах, Тиамат в красном струящемся платье, Кингу в черной броне, голубоглазый блондин Левиафан и… Абзу, которого я впервые видел в человеческой форме. Он чем-то неуловимо напоминал титана-разрушителя Кетцаля, моего союзника по позапрошлым Демоническим играм.

От их объединенной ауры воздух искрился и потрескивал, насыщенный особой божественной энергией. Они готовились воскресить Энико, дочку Дьюлы и возлюбленную Гироса.

Мои друзья и любимая уже были здесь: Краулер, Бомбовоз, Инфект, Тисса и Ирита стояли в первых рядах. Рука Бомбовоза лежала на плечах Утеса, а девчонки поддерживали Гироса, готового упасть в обморок. Одного взгляда на бледное осунувшееся лицо ниндзя было достаточно, чтобы понять, что Гирос сейчас – Томоши, робкий, неуверенный в себе, но любящий. Его лицо светилось надеждой.

В толпе я разглядел и Деспота с Патриком, и стражей Сокровищницы, и генералов Преисподней. Увидев такую картину год назад, я бы решил, что попал в ад или в оживший кошмар. Однако сейчас… похоже, мой разум не просто привык – у меня на душе потеплело, когда я увидел эти страшные, пугающие, но такие родные рожи и морды.

Немудрено, что собрались все. Чудом воскрешения местных не удивить, но факт, что чудеса творят Спящие, сработал как магнит.

Я решил не привлекать к себе внимания – тихонько встал в стороне, чтобы понаблюдать. Абисмикс тронул меня за руку и сообщил, что хочет скрыться от всеобщего внимания, после чего стал невидимым.

Только я хотел выяснить, что у него за приступ скромности, как вдруг меня опять кто-то потеребил за руку. Обернувшись, я увидел человека, которого поначалу не узнал. Передо мной стоял крепкий мужчина средних лет в кожаном фартуке, с прямой спиной и умными глазами. Лицо казалось очень знакомым.

– Скиф! – радостно воскликнул он. – Хороший ты парень, Алекс! Не зря Клейтон так верил в тебя! Вот и дед говорил: «Держись Алекса, с ним не пропадешь!» Вот я и не пропал, ха-ха-ха!

Только изучив профиль над его головой, я убедился, что это и есть…

Трикси, человек, садовник 393-го уровня

Клан: «Пробужденные».

И никаких следов горба или карликовости!

– Трикси? – поразился я. – Вератрикс Фуртадо? Это правда ты?

– Я, мастер! – Он рассмеялся, поднимая руки и разглядывая их на свету. – Посмотрите – обычные человеческие руки! Без искривлений, без уродств! А голова… – Трикси прижал ладони к вискам. – Мысли ясные, четкие! Словно туман рассеялся! Помню, каким был, и все же я как заново родился… переродился! Хотя Спящие так мне и объяснили: они воссоздали мое тело таким, каким оно должно было быть, кабы не болезнь.

Голос его тоже изменился: вместо прежнего гнусавого лепета звучала нормальная человеческая речь. Но самое поразительное было в глазах: там горел огонь, которого я никогда прежде не видел, любознательность, интерес, интеллект.

Он нерешительно шагнул ближе, и я улыбнулся.

– Ну, иди сюда, мистер Вератрикс!

– Трикси, чего уж там, – смутился он. – Дурачком я был, когда требовал такого обращения. Вератриксом меня только дед звал, когда сердился. – Он вздохнул. – Спящие обещали многих наших вернуть, но пока непонятно, смогут ли воскресить дедушку. Сознания-то у них есть, а вот души… Кого нашли – отловили, но кто-то потерялся или угодил куда…

Заметив, что я стою с распростертыми объятиями, он смутился. Мы обнялись, после чего он снова заговорил:

– Знаю, что Спящие вошли в силу благодаря вам и хотят вернуть всех, кто полег. Я-то погиб, когда наемники на базу нашу напали – спасибо, кстати, твоей Рите, что пыталась меня вытащить там, на крыше. А вот, говорят, остальных наших прям мало осталось, и – хвала Спящим – их вернут. Пусть не так, не в реале, но клянусь, жаловаться никто не станет! Тем более… – Трикси перешел на шепот. – Тиамат сказала, что в будущем у нас появится шанс вернуться!

Говорил он бодро, быстро, не спотыкаясь, а потому, видимо, наслаждался этим обретенным навыком и слова из него лились сплошным потоком:

– Кстати, Спящие объяснили мне про Последнее семя Иггдрасиля! Такая честь! Вырастить новый столп мироздания! Но это не простое дерево, да… Это живое сердце мира, и ему нужен садовник, готовый…

Трикси запнулся, потом вздохнул и произнес совсем тихо:

– Готовый стать его частью. Навечно. Спящие показали мне видение – как это будет. Когда я стану Хранителем Иггдрасиля, моя душа сольется с его корнями. Поначалу я даже не смогу покинуть Древо, но зато не смогу умереть, пока оно живо. А еще… – глаза его загорелись мечтой, – еще я стану величайшим садовником всех миров! Смогу растить невозможное, создавать сады, от которых дух захватывает!

Горло сжалось от его искренности… и готовности помочь – вспомнилось, как Трикси мечтал путешествовать, изучать новые города и места. Теперь всего этого он будет