Фантастика 2026-116 - Андрей Андреевич Красников

— Нервы шалят, — пробормотала она. — Нервы-нервишки шалят-пошаливают.

Проснулась Солли, спросила:

— Что вы, барышня?

— Нет, ничего, — торопливо ответила Женя. — Простите, что разбудила. Там, кажется, метель надвигается.

— Ничего, барышня, не страшно. Кони у нас сильные, мужчины в сопровождении. Не заметет, — Солли успокаивающе погладила ее по руке, как ребенка.

«М-да, — подумала Женя, — всяких ужасов навоображала, а и не думала, что самой метели бояться нужно. Может, здесь еще и волки водятся? Даже наверняка возятся: лес есть, с экологией все в порядке, значит… Так, срочно успокоиться!»

— Да у вас, барышня, совсем ручки заледенели! Ну-ка, укутайтесь хорошенько, — Солли почти силой заставила замотаться в тяжелый меховой полог, тот самый, которым укрывалась сама. «Два индейца под одним одеялом не замерзли», — всплыло в памяти, и Женя невольно улыбнулась. — Ничего, вот доберемся до постоялого двора, попросим господина лейтенанта заказать горячего глинтвейна, хоть и не подобает девушке, но в такой холод да метель можно сделать послабление. Только в номере, барышня, а уж пока будете в общем зале у огня отогреваться, придется потерпеть.

— Да, я помню, — кивнула Женя. — Скорей бы, и правда, хоть куда-нибудь уже доехать!

Бертону фор Ганцу, лейтенанту телохранителей его высочества, тоже очень хотелось хоть куда-нибудь уже доехать. Неопытная девица и ее старая служанка могут не уловить в свисте и вое метели далеких рулад вышедшей на охоту волчьей стаи. Но он-то слышит! Хорошо еще, барышня поверила объяснению и без лишних вопросов и споров закрыла шторку. От волков не защита, но хоть не будет видеть, что снаружи творится, и не станет паниковать в самый неудачный момент.

Бертон фор Ганц не был очень доволен заданием, хотя важностью доверенной его отряду миссии вполне проникся. Шутка ли, когда сам король просит присмотреть за барышней, потому что та нужна короне. Похоже, газетчики не так уж много приврали о ней и принце, и его величество всерьез рассматривает барышню фор Циррент как возможную будущую королеву. Более того, как желательную королеву! Ему ли, телохранителю, не знать, сколько у Ларка было пассий, но ни одна не вызвала и тени королевского интереса, а тут — охрана. Путь, правда, и в самом деле небезопасный, и едет барышня, вроде бы, по государственной надобности, но все же.

Поэтому Бертон приглядывался к младшей виконтессе фор Циррент весьма пристально. Ларка он успел неплохо изучить: объектом охраны тот был трудным, но в остальном Бертону нравился, и лучшего короля в будущем тот не желал. И уж точно Ларк заслуживал самой лучшей королевы! А семейство фор Циррент хоть и достаточно родовито, но королева… не слишком ли? Еще и девушка непонятно откуда свалилась, чего от такой ждать?

Однако первое впечатление оказалось в целом приятным. Серьезная, внимательная, без склонности к капризам, осознающая свою нужду в советах, барышня фор Циррент не доставляла проблем охране. Не жаловалась на утомительную тряску, плохую дорогу, неприятное общество или недостаточно изысканную пищу на постоялых дворах, выгодно этим отличаясь от большинства знакомых Бертону фор Ганцу дам. Отдыхала в отведенной ей комнате, не сетуя на тесноту, шум и неудобства, и очень быстро собиралась, когда ей сообщали, что отдых окончен и пора выезжать. Право же, принц мог бы поучиться у своей невесты, как себя вести, чтобы не мешать телохранителям защитить тебя от убийц!

Того, что мысленно он уже называет барышню фор Циррент невестой принца Ларка, лейтенант даже не заметил. Он думал о том, что где-то впереди ждет настоящее тепло, добрая кружка горячего вина и спокойная ночь, но для начала хорошо бы опередить волчью охоту. Если повезет, на пути стаи попадется ослабевший олень, или запах добычи уведет волков в сторону от тракта. Если нет — остается надеяться, что он не ошибся в оценке барышни фор Циррент, и та не потеряет голову от ужаса и не станет вопить, визжать и совершать глупости.

Крохотная жаровенка, которые здесь использовали для отопления карет, на взгляд Жени, годилась разве что для напоминания о том, что где-то впереди ждет настоящее тепло. Или для утешения: наверное, без нее было бы еще хуже. Вот когда оценишь блага цивилизации — и не интернет вовсе, а хотя бы асфальт и автобусы, не говоря уж о железных дорогах!

К постоялому двору добрались по сумеркам. Хотя это ни о чем не говорило: зимой темнеет рано, а уж когда над лесом нависли свинцовые тучи и вовсю метет метель, и вовсе не поймешь, вечер сейчас или день. Хотя сосущее чувство голода указывало скорее на вечер.

Лейтенант подхватил ее под руку, она же, в свою очередь, вцепилась в Солли: нехорошо было бы оставить ту без поддержки. Женя отворачивала лицо от ветра, жмурилась, но колючий снег все равно бил в глаза, выжимая слезы, и какие-то десять шагов до дверей растянулись, казалось, на сто-двести метров. Позади слышалась ругань конюхов, нетерпеливое ржание коней, чуявших сено, ячмень и отдых в теплой конюшне, а где-то совсем далеко, как показалось Жене, переливчато выли волки. Или это шутки ветра и метели? Она хотела спросить, но лейтенант уже открыл дверь, в лицо ударил благословенно теплый воздух, насыщенный запахами переваренных овощей, мяса, кислого пива и мокрой одежды.

— А ну, пропустили благородную барышню к огню! — рявкнул ее спутник, мгновенно притянув к ним все взгляды:

Женя поморщилась, но народ расступился: видно, лейтенант фор Ганц куда лучше нее понимал, как нужно вести себя в подобных местах. Очаг, напоминавший камин, разве что повыше, жарко пылал, можно было протянуть к огню озябшие ладони и наконец-то расслабиться: здесь бояться нечего, ни метели, ни волков, а с людьми, если вдруг что, охрана справится. Тепло медленно растекалось по телу, расслабляло уставшие от холода и неподвижности мышцы, Женя глубоко вздохнула, подумав: «Как же хорошо, и как иногда мало нужно для счастья. Всего-то согреться, хотя еще бы поесть, конечно».

Она слышала краем уха, как лейтенант фор Ганц договаривается с хозяином: комнаты, ужин, глинтвейн для барышни… И вдруг ухватила краем уха из возобновившихся вокруг разговоров: «Ларк».

Кажется, говорил кто-то из ее же охранников, но Женя совсем не была в этом уверена: их голоса она слышала не так часто, чтобы узнавать в общем гвалте. Оглядываться она не рискнула, вместо этого сделала крошечный шажок в сторону говоривших, уступая Солли побольше места перед огнем. Теперь, если прислушаться, получалось ухватить часть фраз.

«Сейчас бы попивать вино в Офицерском…»