Фантастика 2026-116 - Андрей Андреевич Красников

«…спокойная и не капризная, не то что…»

«Да, хорошая будет короле…»

— Пойдемте, барышня, — фор Ганц подал ей руку, — в комнатах тепло, глинтвейн и горничную пришлют тотчас же, ужин обещают через час.

До комнаты Женя дошла молча. Честно говоря, она не знала, что делать и что сказать. Даже не верилось, что она поняла правильно — мало ли о ком болтают?!

А о ком еще, с другой стороны, могут болтать ее охранники, обсуждая поездку с ней?!

Лейтенант придержал дверь, и Женя решилась:

— Войдите на минутку, господин фор Ганц. Пара слов конфиденциально.

— Это не вполне прилич…

— Входите, — почти прошипела Женя. — Есть приличия, а есть темы, о которых не говорят в коридоре! Вы, в конце концов, офицер и благородный человек, или я не могу положиться на вашу честь?!

Фор Ганц ошарашенно кивнул, шагнул в комнату и беззвучно прикрыл за собой дверь. Женя глубоко вздохнула.

— Лейтенант. Я прошу вас донести до ваших людей одну простую истину, которая, похоже, не укоренилась пока в головах андарских военных. Болтун — находка для шпиона. Поверьте, это так и есть на самом деле. Заметьте, я не говорю о том, что недостойно вслух и прилюдно обсуждать сплетни, касающиеся наследника престола и его отношений с дамами. Я говорю лишь о том, что это может оказаться опасным. Например, для репутации принца. Или для жизни дамы. Или для планов принца на будущую женитьбу, если слухи ложны. Или, в конце концов, для карьеры болтуна, если однажды он вот так же выболтает что-нибудь действительно важное. Хотя в последнем случае жалеть будет, разумеется, не о чем. Вы понимаете меня, господин фор Ганц?

Лейтенант сглотнул и резко кивнул, едва не уткнувшись подбородком в грудь.

— Понимаю, виконтесса. Разберусь.

— Благодарю.

Женя хотела еще сказать прямо, что слухи эти на самом деле только слухи, но… Во-первых, начнешь оправдываться — только подтвердишь, что «что-то тут нечисто» и «нет дыма без огня». А во-вторых, вдруг и в самом деле сам король к этой дурной сплетне руку приложил? Она не успела перед отъездом толком поговорить с графом, а ведь он явно не был доволен «идеей его величества». Вот интересно, Ларк вообще знает, что его уже практически почти женили?! «Если знает, убью заразу! Ну ладно, не убью, принц все же, но по морде он у меня получит не фигурально! А то ишь, повадились, то пари, то…»

Лейтенант уже ушел, Солли разделась сама и помогла «молодой хозяйке» снять тяжелую меховую накидку, постучалась горничная с глинтвейном на подносе, а Женя все крутила в голове вопросы, которые некому здесь было задать, предположения и просто возмущенные реплики — прекрасно понимая, что никому она их не скажет, потому что адресовалось ее возмущение по большей части королю. А ведь Ларк проговорился как-то, что дед предлагал ему на ней жениться! Они еще посмеялись тогда, что, мол, хороша бы вышла королева, которая о собственной стране ничего не знает, потом Ларк уже серьезно сказал, что на самом деле это не препятствие, а Женя — что «нет, спасибо, мне такая ответственность даром не сдалась». Может, зря она решила, что тем разговором все выяснилось и закончилось?

Теперь Женя снова жалела об интернете или хотя бы о телефоне. Ей срочно, просто катастрофически срочно нужно с кем-нибудь посоветоваться! Лучше, конечно, с графом, но и с тетушкой можно. И Ларку задать вопрос прямо в лоб. А придется ждать, пока вернется из Тириссы.

«Ладно, — мрачно пообещала себе Женя, — вернусь, разберемся, и мало никому не покажется! А пока остается лишь ждать…»

ГЛАВА 6, в которой принц Ларк всерьез задумывается о воздухоплавании 

Подготовка к очередной военной кампании, хоть и требует времени, сил и внимания к мелочам, иногда одаривает внезапными передышками. Когда все распоряжения отданы, письма написаны, курьеры отправлены, и остается лишь ждать — ответов, информации, поставок…

Ларк ненавидел ждать. Деятельная натура толкала на авантюры, а нелюбовь к политике заставляла искать приключений подальше от королевского дворца и зорких глаз деда. Еще с полгода назад он использовал бы перерыв в делах для необременительной любовной интрижки, но вконец испорченные отношения с банкирским домом дель Гьяппа и последние газетные сплетни несколько отвратили мысли принца от дамских прелестей: право же, все эти юбки не стоят тех проблем, которые они доставляют!

Если бы не отъезд Джегейль, он воспользовался бы случаем и напросился на очередную порцию занятных бесед. Плевать на сплетни, благо, барышня фор Циррент не придает им особого значения. Зато с ней интересно поговорить, да и вопросы накопились. Но теперь встретятся они не скоро: когда Джегейль вернется из Тириссы, Ларк, скорее всего, уже отправится к театру военных действий. С другой стороны… Ларк достал бережно свернутый лист писчей бумаги, развернул. Небрежный рисунок будоражил воображение, а Джегейль призналась, что очень мало знает именно по этой теме. Значит, пришла пора искать ответы самому.

Ресурсы официально признанного наследника престола позволяют очень многое, и Ларк умел ими пользоваться. Правда, задуманное стоило держать в строжайшей тайне, но дополнительный заказ на особо плотную парусину, канаты разной толщины и легкое каркасное дерево вряд ли кого удивит сейчас. А расчеты…

Нет, принц не совсем еще забыл все те знания, что вдалбливали в его голову домашние учителя и университетские профессора. Кое-что он даже не забросил, в той же картографии, например, считался знатоком, а вот сложные расчеты никогда не были его коньком. Но мэтр Грожкобец, преподававший прикладные вычисления небольшой группе будущих офицеров, был к ним снисходителен, постоянно вдалбливая единственную мудрость: «Вы должны твердо понимать, что сможете вычислить сами, а для чего вам понадобится помощь». Ларк подозревал, что мэтр попросту не желал подпускать дилетантов к своей любимой науке, ведь личных учеников тот гонял, по слухам, в хвост и в гриву.

Человеком тот был надежным, а если еще взять клятву о неразглашении… Ларк свернул заветный листок и отправился в университет.

Кабинет мэтра Грожкобца был все так же тесен и захламлен бумагами, а его хозяин — все так же небрежно-лохмат, одет все в тот же потертый камзол и по-прежнему смотрел на Ларка с добродушной насмешкой.

— О, ваше высочество, что за беда привела вас в эти стены?

— Здравствуйте, мэтр, отчего сразу беда?

— Я не могу, разумеется, сказать, что вас вовсе не отличает тяга к знаниям, однако ваши предпочтения лежат