Фантастика 2025-196 - Кирилл Станиславович Бенедиктов

— Есть ли пожелания по поводу пола или возраста смельчака? — уточнил заведующий.

— Никаких. Меня волнуют ясность мысли и знание языка.

— В чем суть эксперимента? — спросил Мануччи невинным голосом.

— Это секрет, — ответил я, мысленно расхохотавшись.

— Я бы попробовал вас разговорить, но я слишком уважаю дорогого Луиджи. Я ему так многим обязан. Вы, кстати, не боитесь принимать услугу от такого человека? Они всегда возвращают долги с процентами.

«Ничего себе дядя разоткровенничался», — подумал я, а вслух ответил:

— Не боюсь, поскольку его услуга уже ответная.

Мануччи нервно сглотнул.

— Я абсолютно точно знаю, кто может вам помочь. Милое создание, что привело вас сюда, — Professori Associati, — заведующий замялся на секунду, потом перевел, — доцент, Dottorato di Ricerca, по-английски, доктор философии. Пережила неприятный и разорительный развод, в результате нуждается в средствах. Берегите ее, мистер Манн!

Он позвонил кому-то по внутреннему телефону, и скоро в кабинет вошла моя очаровательная проводница. Мануччи проговорил за меня вступление про интересный эксперимент, вознаграждение, и конечно же попросил оказать содействие и ни о чем не волноваться. И только потом он догадался представить мне гостью, которую звали Милена Конти.

Теперь появился повод рассмотреть ее как следует. Очень симпатичная молодая женщина, невысокая, с черными вьющимися волосами и мягкими чертами лица.

Я спросил Мануччи, могу ли я уже забрать сеньору Конти, и получил заверения, что она в моем распоряжении на ближайшие сутки. На сем мы раскланялись. Я заметил, что даме не понравилось, как бесцеремонно распорядилось начальство ее временем и даже можно сказать «судьбой». Я постарался вести себя максимально любезно и уважительно, но конечно же, не перебарщивая. Начал же я с того, что предложил Милене продолжить беседу за чашечкой кофе.

— И где вы хотите поговорить? — спросила она напряженно.

— Я первый раз в Риме, прилетел вчера вечером и не знаю о городе ровным счетом ничего. Не откажетесь ли вы, прекрасная сеньора, стать моим гидом? — в голос я добавил самую малость убеждения, скорее, чтобы успокоить ее. Я не хотел заставлять ее помогать мне, даже имея в своем активе приказ начальства и магию, промывающую мозги.

Милена немного оттаяла.

— Я засиделась за полдня, — ответила она. — И пока еще не голодна. Предлагаю прогулку, раз уж мы в центре. Я вам расскажу про вечный город, а вы мне про свой загадочный эксперимент. Мануччи, — это имя она произнесла с едва заметным отвращением, — похоже и сам не в курсе, о чем идет речь?

— Он не достоин! — ответил я с той же крохотной долей пренебрежения. — Раз уж он не предложил свою кандидатуру для участия, пусть остается в неведении. Даже лучше будет, если он решит, что я богатый шарлатан. Так спокойнее!

— Вы забавный человек, сеньор Манн!

— Генри, сеньора Конти! Для вас — исключительно Генри!

— Тогда, пожалуй, я позволю вам называть себя Миленой. И даже настаиваю!

— Каков наш маршрут, Милена? — осведомился я?

— Пройдемся по центру. Вы готовы к долгой пешей прогулке?

— Вполне, — усмехнулся я. — Не смотрите на мои солидные габариты, я очень даже вынослив.

— Заодно и проверим.

Прогулка заняла полтора часа. Я ожидал гораздо большего, вспоминая марш-броски, иногда занимающие по несколько суток почти без перерыва. Милена, кажется, волновалась за мое состояние, наверное, ее сбивало с толку мое телосложение, а я во всех своих «человеческих» обликах — крупный мужчина. Однако устала первой она.

Начали мы с внушительных ворот, через них, как говорится в известной всему миру, кроме меня, поговорке, «все дороги ведут в Рим». Посетили фонтан, в котором мыла ноги кинозвезда, и стадион, на трибунах которого дрались две других кинозвезды. Милена расстраивалась, что все эти любопытные истории не находят во мне должного отклика, но я рассказал ей почти правду, что несколько лет назад заработал амнезию в результате несчастного случая.

Я готов был и дальше колесить по «вечному городу», как его кто-то называет, тем более что Милена оказалась прекрасным гидом. Но все-таки она сдалась первой.

— Ладно, Генри, — сказала она, — я созрела для твоего кофе. Куда бы ты хотел пойти перекусить?

— На твое усмотрение! — ответил я. — Выбирай любое место по своему вкусу.

— Любое-любое? — хитро прищурилась она.

— Если ты имеешь в виду цены, это неважно. Ужин меня не разорит, не волнуйся.

Место, которое она выбрала, оказалось, конечно, дороже, чем пиццерия, приглянувшаяся Алисе. Но интерьер и кухня того стоили. Не слишком вызывающе пафосно, но вместе с тем весьма живописно: фрески, колонны, мозаики на окнах — стиль древнего города воссоздан неплохо. Ну и самое главное — вкусная еда, что не всегда идет в комплекте с дороговизной ресторана. Люди странные.

— Ну как тебе Рим? — спросила Милена, глядя, как преломляется в хрустале бокала луч света.

— Интересный город, — ответил я, — куда не плюнь — две тысячи лет, я такое уважаю.

Девушка рассмеялась. После ресторана мы прогулялись еще немного до отеля, который оказался буквально по соседству. С ритуалом пришлось повременить, в номере у нас нашлись занятия интереснее и приятнее.

Когда Милена заснула, я наконец принялся за дело, не прибегая к глупым уловкам типа иллюзии дурацкой аппаратуры. Из всего ее богатого внутреннего мира я отобрал собственно итальянский язык, ее знания о литературе, живописи, кино, музыке и о мироустройстве: политика, деньги, география. Американка Моника знала о таких вещах не слишком много. Милена же оказалась девушкой образованной.

Телефон на ночь я, конечно, отключил, вернув к жизни утром, когда я заказывал нам завтрак в номер. Оказалось, что мне «обрывал провода» Луиджи Виттарио, оставив аж пять вызовов. Я ему перезвонил.

— Сеньор Манн, — заговорил адвокат возбужденно, — как прошло обучение? Не было проблем с Мануччи?

— Нет, все прекрасно, спасибо за беспокойство, — ответил я удивленно.

Не ради же этого он так всю ночь надрывался.

— Это славно! — ответил старик. — У нас есть новости по римской ячейке «Кальтес Блут». Они встречаются сегодня, я пришлю адрес. Моррони, вы ведь его помните, уже вылетел с несколькими подручными. Я боялся, что не смогу с вами связаться, без вас мои люди могут не справиться с таким специфическим противником! Вы ведь заинтересованы в том, чтобы их навестить? Я