Фантастика 2026-89 - Алина Углицкая

это не выход. Ему требовались припасы, деньги, ремонт, в конце концов. А просто отступать с каждого места, куда принесла его судьба… Ну уж хер. Магазин щёлкнул, встав на место. Взглянув в сторону Рема, Андрей удивлённо приподнял бровь. Тот откинул часть панели и почти по пояс залез в стену, только ноги и задница торчали. Что еще такое Рем задумал? Хотелось верить, что тот не откроет шлюзы в открытый космос.

— Сдавайтесь, людишки, вам всё равно некуда уходить! Разве что в космос! — расхохотался Шатар.

— Ага, громила с малым хером, так мы и ушли. — Рем не забыл бросить колкость из стены, благо Шатар не услышал, а вот Андрей усмехнулся.

Сдаваться он не собирался, да и его новый знакомый, видимо, тоже. В этот самый момент раздался радостный крик Рема «Эврика!», помещение заполнило алым светом, а с потолка начал падать… снег? Нет, это был сухой огнетушитель, очень напоминающий снег. Перед носом Шатара и его братии резко закрылась створка, блокируя того в коридоре, а Фокина с новым знакомым — в помещении. Рем с трудом вылез из стены, куда почти полностью залез и, отряхивая комбез от пыли, посмотрел на Андрея:

— Пушку можешь убрать, спасатель, пожарка отрезала их, как и нас, — весело проговорил парень, улыбаясь во все тридцать два зуба.

— Ты, конечно, молодец, но нам как быть? — капитан поднялся из-за своего укрытия, возвращая на пояс игольник и скептически осматривая оплавленные края стойки.

Нет, укрытие определённо было дрянь. Ещё бы пара выстрелов — и пришлось искать более удачное место.

— Не ссы, спасатель. С тобой тот, кто эту консервную банку на части разберёт.

Рем взъерошил копну своих тёмных волос и направился к двери, откуда пришел Фокин. Что-то бормоча, он ловко поддел панель управления и принялся копаться в проводах. — Я знаю, как выйти отсюда. Чуть дальше есть служебные туннели, старые, как яйцо мамонта, но пройти можно.

— Мамонта? Ты хоть знаешь, что это?

Капитан подошёл к Рему посмотреть, чем тот был занят. Рем ловко орудовал каким-то инструментом, отдалённо напоминающим лазерный резак. Он ловко перерезал одни провода, подсоединяя их к другим. В какой-то момент створка двери с тихим шелестом отошла в сторону, а Рем довольно ухмыльнулся и посмотрел на Андрея.

— А хер его знает, мой батя так говорил, мне выражение понравилось. Я вообще не уверен, что и сам батя знал, что это такое. Пошли. — Он нырнул в коридор, махнув рукой.

Фокин направился следом. Рем и правда знал, как выбраться с этого богом забытого блока. Вскоре они вышли к техническому коридору, скрытому за фальш-панелью. Если не знать, то никогда его и не найдёшь. А Рем знал. Потом был поход через узкие коридоры. По пути они молчали, чтобы не привлечь к себе внимание. Вскоре коридор привёл их к очередной панели — и вуаля, оказались они в огромном зале, в котором, кроме них, были ещё сотни существ.

— Предлагаю выпить, как на это смотришь? — Рем сладко потянулся. Ему, с его-то ростом, было нелегко пробираться через эти узкие коридоры.

Впрочем, и сам Андрей был рад выйти на свет божий, потирая шею, которая чертовски затекла.

— Я только за, хочется немного расслабиться. А твои друзья к нам не присоединятся?

— Шатар, что ли? Не, здесь уже следят за порядком. Он тупой как пробка, но проблем устраивать не будет. Идём. — Рем закинул руки за голову и быстро куда-то зашагал.

Фокин не стал отставать. Конечно, Ватсон представил ему план станции, но если есть проводник, грех им не воспользоваться. Зал представлял собой огромное круглое помещение, напоминающее площадь, которой по сути и был. Сюда стекались разные существа из десятков коридоров. В центре расположился фонтан. Он не работал, но служил отличным ориентиром, благодаря которому можно найтись, если потерялись. В остальном — минимализм в интерьере и окружении. Другого Андрей и не ожидал, это всё же космическая станция. Пока он осматривался, Рем скользнул в один из коридоров, да так, что капитан чудом не потерял его из виду. Ещё несколько минут ходьбы — и они вышли к закрытой двери, над которой весело мигала вывеска «У Джуди».

— Пришли! Предупреждаю сразу: мамаша Джуди не любит, когда говорят о её весе. Так что лучше эту тему не поднимай. Она хоть и тот ещё слон, но в рыло бьёт больно. — Рем невольно повёл челюстью из стороны в сторону, словно вспоминая тот самый удар.

— Понял, принял.

Дверь с тихим шелестом отъехала, впуская парочку в помещение, где царил полумрак. Тому способствовал как приглушённый свет, так и дым, окутавший всё помещение. Пахло табаком и еще чем-то сладким и приторным. Андрей поморщился. Кажется, это были курительные наркотики. Здесь было много представителей разных рас, но людей, кроме них, не было. Некоторые были знакомы Андрею как те же фарианцы, других он видел впервые. Например, как существо, напоминающее горностая, но размером с бульдога и передвигающееся на двух… лапах, держа в двух других по бокалу с золотистой жидкостью. Да, поглазеть было на что. Однако Рем спешил к бару, и Фокин направился за ним. За барной стойкой восседала та самая мамаша Джуди. Андрей был в этом уверен: она занимала все свободное место со стороны бармена. Мамаша была представителем расы лии, которые представляли собой что-то вроде огромных амёб с кучей ложноножек. Ими они управлялись вместо рук. Вообще, лии были дружелюбной расой, можно сказать, пацифистской. Тем удивительнее было видеть, как Мамаша неторопливо лупит какого-то фарианца десятками ложноножек, при этом удерживая его другими и успевая ещё обслуживать посетителей. Андрей невольно хмыкнул. Рем сел на стул перед стойкой и радостно воскликнул:

— Мамаша! Я вернулся!

Андрей устроился рядом, наблюдая за тем, как на части Лии образовалось что-то вроде лица, которая замерцала. Он был готов поклясться чем угодно, что рта он не увидел, тем не менее отчётливо услышал мелодичный и добрый голос.

— Реми, солнышко, тебя никто не обижал? А это кто с тобой?

— Друг, Джуди. Те, кто попытался обидеть, долго будут сюда добираться, но если что — ты меня не видела. Слушай, Мамаша, нам бы комнатку на поговорить.

— Хм, ну, смотри, Реми, а то я их быстро поколочу. Комната 2S свободна. Ключ знаешь где.

Рем кивнул и, нагнувшись, пошарил за стойкой. А Фокин мог наблюдать, как «лицо» просто исчезло, скорее всего, переместившись по огромному