В объятиях смерти. Не буду твоей - Кира Лин

— Ты проспала больше двенадцати часов, — обжигая дыханием, произнёс он и слегка прикусил мочку моего уха.

— То есть, опять ночь?

— Ага.

Я распахнула глаза и села ровно. К горлу тут же подкатила тошнота. Я была, как пьяная, глядела сквозь мутную пелену. Перед глазами плыло, голова кружилась, но ощущала я себя как никогда чудесно.

Отдалённо чувствуя какие-то нити силы, оказалась не в силах их разорвать. А они обвивались вокруг сознания, налипали радужной паутиной.

Я видела её внутренним взором, но ничего не могла поделать.

В памяти мелькнул знакомый образ. Я зажмурилась, силясь его вспомнить. Светлые волосы, голубые глаза…. Райан.

Мимо проплыл аромат его тела, как привидение — сладкая свежесть. И на миг я стала собой, протрезвела. В глазах прояснилось, ноздри залепил запах свежей крови.

Я огляделась и увидела тело мужчины между комнатой и коридором. Под ним уже натекла чёрная лужа. Пульс забился в висках.

Не то, чтобы я боялась мертвецов, но внезапно заиметь одного, ещё тёпленького в своей собственной квартире несколько напрягало.

Я таращилась во тьму, лихорадочно соображая, как быть дальше. Нельзя больше медлить. Раз за мной послали, значит, мастер знал, что я выжила. Или решил проверить?

Вот дерьмо!

А причём здесь Райан?

От одной мысли о нем у меня сердце защемило, и горло сдавило. На глаза навернулись горячие слезы. Не здесь я хотела сейчас находиться. И не с Тайлером.

Что же я наделала⁈

Откинув одеяло, я спустила ноги на пол, но рука Тайлера обвила талию и притянула обратно к нему. Его губы скользнули по плечу к шее, и нити чуждой силы натянулись.

Образ Райана растаял, как дым, гонимый ветром. В голове расстелился густой белый туман. Я обмякла в руках Тайлера и судорожно сглотнула.

— Что ты сделал со мной, Тайлер?

Он чуть отстранился и поглядел на меня.

— Ничего, — с лёгким недоумением в голосе ответил он.

— Ты опоил меня? — собственный голос показался мне отстранённым, сонным, прозвучал будто издалека.

— Что? Нет, — он рассмеялся, и смех его был сладок и тягуч, как мёд.

Я тряхнула головой, нити внутри натянулись, засверкали. Тайлер погладил мои плечи, а я бескостным движением отодвинулась от него и села так, чтобы он не мог дотянуться.

Невероятное проявление силы воли.

— Кира?

— В моём доме мёртвое тело, Тайлер, — прошептала я.

— Что будем делать? — сглотнув, спросил он.

— Похоже, придётся менять обои и паркет.

— Я про тело.

— А, — я задумалась и оглядела комнату. — Позвоню Джеймсу. А потом приму душ и поеду в склеп.

— Я с тобой, — тоном, не терпящим возражений, сказал Тайлер и поднялся с кровати.

Я обернулась и остановила его взглядом.

— Ты перестал бледнеть при виде мёртвых тел, превосходно стреляешь, и тебя не трогают дампиры, — тихим ровным голосом произнесла я, вглядываясь в его напряжённое лицо. — Кажется, я совсем тебя не знаю, Тайлер.

Он слегка округлил глаза и повёл плечами.

— Мы не так давно знакомы.

— Ага. Ещё скажи, что это я на тебя дурно влияю, — развернувшись, я направилась в ванную комнату, не дожидаясь его ответа.

— Что мне делать, пока ты собираешься?

— Разбуди Адама, — включая свет, бросила я и закрыла за собой дверь.

К тому моменту, когда я освежилась, оделась и вернулась в спальню, сосед успел перетащить из своей квартиры почти весь имеющийся арсенал и разложить его на диване.

Отправив Тайлера в ванную, я встала у стены, прислонилась к ней спиной. Голова всё ещё кружилась, бицепсы подрагивали от слабости. Я скрестила руки на груди, чтобы хоть как-то скрыть это.

На мне была белая спортивная майка, чёрные джинсы и кроссовки. Волосы я оставила распущенными, чтобы можно было спрятать ножны. Адам, одетый во всё чёрное, набивал оружием сумки.

Со стороны это выглядело, как подготовка к ограблению. Не хватало броневика под окном. Тяжело вздохнув, я запрокинула голову и прикрыла веки. Так она кружилась ещё сильнее, и откуда-то всплывали цветные искорки.

Я поморщилась, открыла глаза и наткнулась на пристальный взгляд соседа. Выражение лица у него было каменное, брови сошлись на переносице.

— Что? — пожав небрежно плечами, спросила я.

— Ты в порядке?

Хороший вопрос.

— Сложно сказать. А есть сомнения?

— Выглядишь… странно, — произнёс он, и его лицо смягчилось. — В зрачках что-то блестит, как будто….

— Звёзды, — закончила я за него и кивнула. — Так ты их тоже видишь?

Он медленно и неуверенно кивнул. Снова у меня поплыло перед глазами.

— Чувствую себя прекрасно и мерзко одновременно. Как будто пьяная.

Его брови взлетели на лоб, губы изогнулись в ухмылке. Он явно намеревался выдать какую-то остроту, но я смерила я тяжёлым взглядом.

— Без комментариев.

Его улыбка сползла, как размытая водой краска.

— Не нравится мне это. Ты уверена, что справишься сегодня?

— Не уверена, но у меня нет выбора. Нужно было заявиться в склеп ещё вчера, а я проспала почти двое суток. У мастера было предостаточно времени, чтобы собрать чемоданы и укатить в закат.

— Или собрать армию, — помрачнев, произнёс Адам.

— Скорее всего, она у него уже есть.

Он нервно усмехнулся.

— Это совсем не утешает, Кира.

— Ты мне ничего не должен, Адам. И можешь в любой момент вернуться домой.

— И оставить тебя на съедение упырям? Даже не надейся. Как его имя?

Я открыла рот, но ничего не смогла сказать. Словно забыла буквы, не знала, как произносятся слова. Страх сдавил грудь тугим кольцом.

Я отлипла от стены, часто и быстро дыша, расплела руки, но комната закачалась. Свет в глазах померк. Адам смотрел на меня и не понимал, как реагировать — то ли смеяться, то ли звать на помощь.

Когда до него дошло, что это не розыгрыш, он бросился ко мне. И в этот миг открылась дверь ванной, повеяло жаром в прохладной комнате. Тайлер вышел, натягивая футболку.

Вдруг я закашлялась и вцепилась в локоть Адама, а он глядел на меня, провожая до дивана.

Я с деловым видом заглянула в его сумку.

— У тебя есть что-то, способное продырявить бетонную стену? — спросила на удивление ровным голосом.

— Зачем тебе? — изумился сосед.

— Мы идём в логово всех вампиров города, Адам. Я хочу разнести его к чёртовой матери.

Он нервно пожевал нижнюю губу, покосился на Тайлера, застывшего в дверях, и снова на меня.

— Есть, но эта хреновина запрещена во всём мире, — понизив голос, наконец, сказал он.

— Она нужна мне.

— Джеймс посадит меня! — он почти взвизгнул и отшатнулся, как от ополоумевшей.

Но я держала его за рукав кожанки и не