Обратный отсчет - Токацин

безнадёжно сбилась, и корабли на подходе к базе вынуждены были делать лишний виток вокруг планеты, дожидаясь, пока диспетчер найдёт для них место и сообщит номер. Как всё это влияло на маскировку (а запрет на выход на поверхность по-прежнему был в силе), Гедимин даже не спрашивал. «Чую бардак,» — мрачно думал он, выбираясь из доков в служебный коридор, заполненный холодным воздухом. «Не к добру.»

Наткнуться на кого-нибудь из своих после сбоя нумерации можно было только случайно — и, скорее всего, в столовой, так что Гедимин пошёл туда. В реакторный отсек он не заходил давно — ни в смену Амоса, ни в смену Альваро; драться с филками ему не хотелось. «Новое звание за пойманных „макак“,» — он покосился на полосатый наплечник и покачал головой. «Корабль у них был непростой, но… дела у Маркуса, по-видимому, плохи.»

Никого из знакомых в столовой не было. Взяв на раздаче паёк, сармат устроился напротив стены с голографической картой, взглянул на неё и удивлённо мигнул — среди планет не хватало Марса.

«М-да…» — с тяжёлым вздохом он отложил еду и подошёл к проектору. За ним обычно присматривал филк в огромном шлеме виртуальной реальности; его уши были закрыты наушниками настолько плотно, что говорить с ним никто даже не пытался. Гедимин успел открутить с проектора часть корпуса, прежде чем оператор заметил что-то странное и, сдвинув щиток на лоб, повернулся к нему.

— Что ты делаешь?

— Тут неисправность, — Гедимин, не оборачиваясь, махнул рукой в сторону карты. — Марса нет.

— Сегодня из рейда? — спросил филк с очень странной интонацией — смесью сочувствия и страха. Гедимин озадаченно мигнул — что-то было не так.

— Ну да. А это при чём?

Кто-то из сарматов тронул его за плечо, побуждая встать. Филк наклонился над проектором, возвращая на место корпус. Его движения были чёткими, отработанными, — видимо, ремонтировать проектор тоже поручили ему.

— Карта исправна, — сказал синекожий сармат, дождавшись, пока Гедимин выпрямится. — Марса нет.

Реакторщик несколько секунд не мог вникнуть в его слова, тупо смотрел на карту и молчал. Синекожий терпеливо ждал, не выказывая ни удивления, ни недовольства. Рядом остановились ещё трое, глядя на Гедимина с сочувствием.

— Не с Марса? — осторожно спросил один из них. Реакторщик качнул головой.

— Взорвали четыре дня назад, — сказал сармат, жестом показав разлёт осколков. — В поясе астероидов прибавится мусора. Кое-что, говорят, до Земли долетело, немного зацепило Луну…

— Взорвали, — тихо повторил Гедимин, глядя на пустое место на карте. — И теперь его нет… Линкен Лиск уже знает?

Сарматы переглянулись. Один из них едва заметно вздрогнул.

— Наверное. Не хотел бы я ему об этом рассказывать, — пробормотал он.

Подробностей не знал никто — из кораблей, оказавшихся во время взрыва рядом с Марсом, закономерно уцелели немногие, из тех, что были далеко и успели нырнуть в портал. Обломки ещё летели; какая-то часть теоретически могла добраться до Сатурна и попасть под его притяжение. Юпитер стоял далеко, Земля успела отойти в сторону, как и Венера, — планета взорвалась «мирно», никого не прихватив с собой. Гедимин, забыв о еде и не чувствуя ничего, кроме холода под рёбрами, смотрел на карту, но видел не схематичную голограмму, а давно забытый астероид Гоберта. Перед глазами стояло зелёное кольцо «пойманного» излучения и вспухающее облако разлетающихся осколков. «Удачно применённый „Та-сунгар“. Может быть, несколько,» — думал сармат, болезненно щурясь на карту. «Знал же, что этим кончится. Вот вам ваша бомба, Ядерный блок. Вот вам ваш Марс.»

10 марта 31 года. Гималия, временная база атомного космофлота

— Атомщик!

Линкен крепко обнял Гедимина, прижался щекой к его плечу, не обращая внимания на жёсткость и неровности брони. Он был без шлема — он и на «Маре» не боялся холода, а в относительно тёплых коридорах гималийской базы ему, наверное, было даже жарко.

— Лейтенант… — он провёл пальцем по разрисованному наплечнику и едва заметно усмехнулся, глядя Гедимину в глаза. — В следующий раз увидимся — будешь полковником?

Гедимин пересчитал полоски на его плече, — Линкен был вице-адмиралом, но сармат не мог вспомнить, сколько полос было у него в самом начале.

— Так себе повышение. Дали за отлов повстанцев, — смущённо признался он. Линкен хмыкнул.

— Отряд Винстона? Слышал, а как же. У него были неплохие пилоты. Но куда им против атомщиков⁈

Сармат, остановившийся у окошка раздачи, окликнул его, — Линкен забыл свои контейнеры. Отойдя на секунду, взрывник вернулся к Гедимину и сел рядом.

— Слышал про Марс?

Гедимин кивнул.

— «Та-сунгар»? — полуутвердительным тоном спросил он.

— И, видно, не один и с обеих сторон, — отозвался Линкен. — Разбили в крошево. Говорят, сами макаки остолбенели от такого. Жаль, хорошая была планета.

Он замолчал и с треском, едва не расплескав всё содержимое, разорвал контейнер с Би-плазмой.

— Ничего, атомщик, — заговорил он снова через несколько минут, наполненных неловким молчанием. — Земля тоже не титановая. Дойдёт и до неё.

Гедимин вздрогнул.

— А дальше что? Переселимся на астероиды? — спросил он и осёкся, увидев глаза Линкена — две узкие чёрные прорези на окаменевшем лице.

— Ты взял с них плату за Ураниум, — глухо проговорил взрывник, положив руку на плечо Гедимина. — И я не прощу им Марс. Мы найдём, где жить. А вот hasulesh тут жить не будут.

29 апреля 31 года. Галактика Вендана — Земля, Северный Атлантис, город Нью-Кетцаль

«Феникс» и два «Циклопа» дрейфовали на окраине чужой галактики в десятках световых лет от ближайшего источника гравитации. Гедимин отслеживал затухающую пульсацию омикрон-излучения, вполуха слушая переговоры по общей связи.

— И войти в атмосферу на ноль восьми лунах, — донеслось из капитанской рубки. Гедимин вздрогнул и прислушался.

— Вот карта, — продолжал Стивен. — Рассчитай координаты для залпа. Времени будет мало.

— Куда ты собрался? — спросил Гедимин, настороженно щурясь. — Опять в Эс-Семару?

— В Нью-Кетцаль, — отозвался командир. — Хорошо защищённый купол, крейсера на космодроме. Ещё вопросы?

— Ya, — буркнул Гедимин, переводя взгляд на мониторы. Реакторы успокоились, можно было снова выводить их в режим Прожига, но приказа пока не поступало. Сармат задумчиво щурился, глядя сквозь экран в пустоту: «Нью-Кетцаль? Крейсера? Должно быть, опять переоборудовали завод под ремонтную базу. Не думал, что он до сих пор цел.»

В капитанской рубке спорили о