Фантастика 2026-71 - Юрий Иванович

Правда брал я их для сражения на более низких уровнях, против бронированных ящеров. Одной встречи с Кроком мне хватило чтобы решиться на такой шаг. Но и сейчас в узких туннелях они доказывали свою эффективность. Выстрелил, выдернул, подтащил снаряд назад. Или сковал противника замедлив его движения. Или… применений было множество.

— Что за дрянь? — закашлявшись спросила Эва, и обернувшись я понял что многие бойцы зажимают руками нос. Даже меня через несколько секунд проняло. Правда ударило по глазам, щипая куда сильнее чем кислота крысолюдов.

— Почти готово, — ухмыльнулся Гроас, — разойдись!

Быстрыми уверенными движениями он забросил огромный щит за спину и взяв двумя руками котел бросился к проходам. Здоровенный морф не обращал внимания на оказавшихся по близости врагов. Шагал через них словно против речного течения. И если честно враги тоже не горели особым энтузиазмом лезть на рожон. Они чихали, терли лапами морды, разбегались кто куда. Двиежение по туннелю возле которого оказался Дпров мгновенно остановилось, снизив напор противника больше чем в два раза.

— Чего стоим? Вперед! Руби! — взревел я, бросаясь вслед за магистром, — оттеснить их к входам!

Но развить успех мы не успели. Едва прорубившись через толпу крысиных воинов залили левый вход жидкостью из котла. Отжали, орудуя копьями и щитами, переступая через лужи кислоты, правый и уже собирались начать заваливать их телами крыс, благо этого добра у нас было навалом, как раздался раздраженный звериный рев, от которого пещера затряслась.

А самое жуткое, почувствовал, что это зверюга еще только разогревается. Не в полную силу показывает свой нрав. Вот только представить себе не вид, не размер подобного чудовища у меня не получалось. В отличие от мгновенно побледневшего Гроаса. Магистр от этого рева дернулся и совершенно забыл о своих задачах лишь с ужасом глядя в центральный проход.

Проверка интеллекта. База: +6 (+3 интеллект, +3 элита). Бонус: −7 (-3 неизведанное, −2 стресс, −2 общий). Бросок: 3. Требование: 1. Успех.

— Мортиру мне! Быстро! — крикнул я Лексу и поймав оружие на ходу начал раздувать фитиль. Что бы не заставило Дпрова так среагировать оно явно было опасно. Тратить сейчас время на расспросы — все равно что подписать смертный приговор собственными руками. Судя по звуку пока что, монстр был на той стороне туннеля. А значит у меня еще есть шанс, хоть и крохотный, направить его против наших врагов.

Я преодолел двадцать метров меньше чем за десяток секунд и буквально уперся в стену. Горячую, шершавую стену, трущуюся шиповыми наростами о дыру входа. При каждом движении монстра от камней откалывалась мелкая крошка так что в прочности и силе зверя сомневаться не приходилось. Вашу мать. Что если своими действиями я только разозлю это существо, а не прогоню его? Как им управляют враги?

Не попробую не узнаю! Отойдя на метр, я опустил горящий фитиль на пороховую подложку и порошок вспыхнул. Грохот многократно отраженный от стен мгновенно заложил уши. В глазах потемнело, но в последний миг я сумел заметить, как ядро пробивает толстую шкуру и погружается в тело твари. Потоки кислотной крови, вырвавшейся наружу заставили отступить и мне пришлось идти назад на ощупь.

Чудище ревело, билось быстро сжимаясь, и атаковало своих укротителей. Об этом явно говорили крики и стоны крыс, разносящиеся по лабиринту туннелей. Затем тепло начало отдаляться и когда зрение ко мне вернулось крысы уже начали отступление. Не последнюю роль в их преследовании и уничтожении сыграл Вокра, наконец набравший достаточное количество материала для атаки.

— Как вам удалось справится с пустынным могильщиком? — спросил удивленно Гроас, стоило мне появиться в пещере.

— Никак, — пришлось мне честно признаться, — я лишь отпугнул тварь. Засадил ядро с пяти метров. Чуть барабанные перепонки не лопнули.

— Значит кроме огня он уязвим к взрыву, — задумчиво заметил Дпров, — надо будет запомнить. Но хорошо бы понять, как крысолюдам удалось его усыпить и дотащить по туннелям.

— Могильщик? — удивленно переспросила Лиска, — разве он обитает не только в пустынях? И почему вы решили, что они его именно усыпили, а не выманили приманкой?

— Потому что этот зверь должен питаться почти исключительно крысами, — вздохнув ответил магистр Жизни, — не буду врать, именно я запустил его в эти туннели лет десять назад. Надеялся, что монстр пожрет здесь всех обитателей, а потом и сам подохнет от голода. Специально выращивал откармливая грызунами и вырабатывая диету. Но как видно результат немного отличается от ожиданий.

— Отлично, и как нам с ним сражаться если встретимся еще раз? Он так вымахал что даже в этот проход поместился бы с большим трудом.

— Никак. Это червь, он довольно медлителен. Так что просто уходить и отпугивать огнем. Не уверен, что его вообще можно убить, в текущем состоянии. Если я вас правильно понял, граф, то сейчас он по размерам соответствует легендарной особи. Значит его мозг уже разделен на восемь взаимно заменяющихся центров. Тварь хоть и тупая, но крайне живучая и выносливая. Просто не будем вставать у нее на пути и все пройдет нормально.

— Ладно, надеюсь теперь мы отдохнем. Заваливайте проходы телами! Пленных в угол, четыре часа сна каждому.

Глава 7

— Звали, ваше сиятельство? — спросил Вокра придя после смены. Уже на протяжении двух часов мы отдыхали. Если можно так назвать сон урывками под зельем восстановления.

— Да, спасибо что зашел. У меня есть к тебе важный и весьма деликатный вопрос.

— Что прикажете? — спросил Лекс, немного напрягшись.

— Научи меня извлекать кровь для применения магии. У меня и своей хватает, как для Клинка, так и для Игл, но я ограничен объемом и скоростью восстановления. Если это конечно не ваш родовой секрет.

— Нет, что вы, — облегченно выдохнул барон, — всего лишь один из навыков, хоть и продвинутых. Но разве вы не можете применить Исцеление магии Жизни чтобы быстро восстановить потерянные объемы? Мне казалось это будет гораздо удобнее и быстрее.

— Не сейчас, — уклончиво ответил я, — для меня она пока остается недоступна.

Объяснять Вокру, что магия Жизни на прямую связана с действием проклятого артефакта, вживленного в мою грудь, не хотелось. И не только потому, что это стало бы признаком