И возродятся боги - Наталья Способина

много лет назад. Да, в той резне чудом выжили Альмира и его сын, но при этом его отец, братья, племянники, люди, которые были ему дороги, погибли чудовищной смертью.

– Альмира могла ему рассказать.

Алвар помотал головой:

– Если бы она сама это понимала, возможно. Но тогда мы бы уже об этом знали, Альгар не смог бы сдержать себя. Альмира была ранена и напугана. Ее погрузили на лодью и куда-то повезли. В пути, скорее всего, держали отдельно, если уж хотели довезти живой. Сама понимаешь: долгие седмицы и одни мужчины вокруг, – голос Алвара звучал спокойно, а я невольно поежилась, вновь подумав о том, как мало, по сути, знаю об этом мире, как мало думаю о страшных вещах. – Я не ведаю, как выглядело ее прибытие сюда, но думаю, она не понимает, что живет среди тех же людей. Иначе вряд ли так спокойно делила бы ложе со старейшиной.

– Может, для нее это не так страшно?

Алвар покосился на меня:

– Ревность – плохой советчик, краса. То, что Альмира – важный человек для Альгара, не делает ее врагом, как бы тебе ни хотелось думать иначе.

– Наверное, ты прав, – вынуждена была согласиться я. – Но если это остров брата Сумирана, то Сила, находящаяся на нем, не должна быть враждебной.

– Враждебной брату Сумирану не должна, – уточнил Алвар. – А за нас я бы не поручился.

– Я поймал краба! – Димка налетел на меня, радостно размахивая маленьким крабом.

– Здорово, – похвалила я.

– Пойдем купаться.

– У меня нет купальника.

– А можно без него.

– Без него можно только мальчикам, – вздохнула я.

– Тогда нужно тебе сшить купальник. У бабушки Граны были нитки. Я видел. Давай у нее попросим?

Я потрепала Димку по мокрым волосам, а он добавил:

– Побегу выпущу крабика домой.

Альгидрас вышел из воды и направился к нам. Я поспешила отвернуться, краем глаза заметив, что Алвар сел.

– Ты знаешь, что Миролюб приезжает? – спросила я Альгидраса, по-прежнему сидя к нему спиной.

Мне хотелось завести разговор, потому что я чувствовала его гнев, направленный на нас с Алваром, и это меня нервировало.

– Знаю, – ответил он.

– Что будем делать? – сделала я вторую попытку.

Тишина заставила меня обернуться.

Альгидрас успел натянуть штаны и теперь старательно снимал сухие травинки с рубахи. Где он только успел их нацеплять? Я покосилась на Алвара. Тот, обхватив колени, наблюдал за Димкой, который носился по полосе прибоя, резво отскакивая от набегавших волн.

– Никто ничего не скажет? – уточнила я, и снова с тем же успехом. – Знаете, мне надоело ваше героическое молчание.

Именно это самое молчание стало мне ответом.

– Достали, – объявила я и, вскочив на ноги, отцепила левую руку Алвара от его коленей.

Тот решил, что я хочу, чтобы он поднялся, и в самом деле попытался встать, но я толкнула его в плечо, заставляя вновь усесться.

Альгидрас смотрел на наши руки с тем же видом, с каким однажды изучал меня, когда я прибежала к нему среди ночи в Свири, желая услышать историю о Прядущих. Неприятный это был взгляд, надо сказать. Не оставляя себе шанса передумать, я схватила его ладонь и соединила их с Алваром руки.

Алвар, поняв, что сейчас произойдет, попытался было высвободиться из моей хватки, но то ли он плохо старался, то ли я оказалась неожиданно ловкой: их руки все же коснулись друг друга, и Альгидрас, перехватив ладонь Алвара, крепко ее сжал. Я для верности сжала другую руку хванца, а свободную протянула Алвару. Тот после недолгих колебаний ее принял с весьма недовольной миной.

Держаться за руки вот так было, мягко говоря, неприятно, потому что в меня рванул такой поток эмоций, к которому я оказалась совершенно не готова. Основными здесь были злость, обида, недоверие и действительно ревность. Удушающая, жгучая, бурным потоком затапливавшая все другие эмоции. Я потрясенно уставилась на Альгидраса, пытаясь понять, как такое возможно, чтобы он, такой спокойный, такой хладнокровный, такой равнодушный с виду…

Покачав головой, я постаралась собраться с мыслями. Неужели это все из-за ревности?

– В общем, так, – произнесла я. – Прекратите. Оба. Да, к тебе это тоже относится, – обратилась я к Алвару, посмотрев на него сверху вниз, потому что, во-первых, от него полыхало такой злостью, что мне очень хотелось убрать руку и отойти подальше, а во-вторых, говорить с ним все же было проще. – Он извинится, а ты покажешь ему, что за твоим заслоном. Я помогу.

Я не была уверена в этой авантюре, но море грохотало все громче, и гибель острова переставала быть чем-то гипотетическим.

– Я ждал, что брат поверит мне на слово, – сквозь зубы произнес Алвар.

Альгидрас смотрел на него, сжав челюсти, и молчал.

– Ну так твой брат никогда не оправдывает ничьих ожиданий. Смирись! – отрезала я.

– Краса… – прищурился Алвар.

Он не выглядел ни милым, ни добрым. Пожалуй, в эту минуту он даже не выглядел в полной мере человеком. Я вспомнила, как испугалась его на рынке в Каменице. Сейчас я тоже готова была испугаться, вот только отступать было некуда.

– Я не буду так стоять до вечера, – твердо сказала я. – Меня сейчас в землю вдавит вашими эмоциями. Разберитесь уже. Здесь и без ваших истерик забот хватает!

От этих слов они неожиданно смутились.

– Он уже видел все ночью, – негромко произнес Алвар, глядя на море. – За заслоном брат Сумиран. Открыть его полностью я не смогу.

– Хорошо. Тогда покажи ему, что ты не врешь, а он извинится.

Краем глаза я заметила, как Альгидрас вскинул на меня взгляд, но я демонстративно его проигнорировала.

Алвар медленно выдохнул и закрыл глаза, а моей ладони, которую он сжимал, стало горячо. В то же время передо мной вновь появилась картинка, которую я уже видела ранее: Алвар за миг до того, как лишиться своего Огня. Только на этот раз у сцены было продолжение. В моей голове вдруг прозвучал голос: «Я буду знать о каждом твоем шаге. И за каждый шаг в сторону последует расплата».

Алвар втянул воздух сквозь стиснутые зубы, и я, вырвавшись из видения, испуганно на него посмотрела. Он сидел, опустив голову, а кожа вокруг его татуировки пылала так, будто он обгорел на солнце.

– Я понял, – хрипло проговорил Альгидрас.

– Я не проводил обряда над Димаром, – глухо произнес Алвар, не поднимая головы.

– Я понял, – повторил Альгидрас, разжимая руки.

– Тебе стоит извиниться, – обратилась я к хванцу.

– Прости, – сказал он, не отрывая взгляда от спины Алвара.

Я тоже туда посмотрела и неуверенно коснулась воспаленной кожи. Алвар вздрогнул и отстранился.

– Не нужно.