Тьма в отражении - Артемис Мантикор

Вскоре мы остались только втроём. Я, Тия в теле Хитоми и мрачная Альма. Нас ждал путь дальше, на другой конец города, где находилось старое кладбище из каменной крошки вместо песка. Больше символическое место, чем место захоронения — погибшие проходчики гораздо чаще оставались в Стене, а здесь клали какие-нибудь памятные и не особенно ценные вещи, связанные с погибшими.

Снаружи поднялась метель, совсем как когда я впервые встретился там с Чёрной. Белая не хотела сюда приходить из-за воспоминаний о подруге. Мы оба понимали, что она сейчас где-то в другом секторе.

Без эфирного мода, статуса бедствия и больших косяков с точки зрения Системы, она возродится в одном из самых удачных секторов из оставшихся. И стирание памяти в её случае не беда, а большое благо. Только так может закончится её вечная тоска по погибшему Принцу. У него, кстати, тоже перспективы хорошие, так что, кто знает, может быть даже они вновь встретятся…

Говорить ни о чём не хотелось. Мысли сами собой уходили куда-то в мрачняк. Пожалуй о том, как свой путь закончила Чёрная, я жалел больше всего. Я не собирался сражаться с ней… хотя стоило ожидать, что череп она просто так не отдаст.

— Как думаешь, Рейн уже переродился? — вдруг спросила Альма.

— Это нужно было у Белки спрашивать. Я не знаю, насколько большая у Стены текучка кадров и запас душ, — ответил я.

— Но как ты думаешь? По интуиции? — настаивала целестин.

— Я слышала, что многие души очень долго ждут рестарт, — послышалось со стороны Хитоми. — У каждого есть статистика и требования к стартовым условиям.

— Например? — удивился я. Тема показалась мне интересной.

— У Белой было прописано обязательное условие — встроенная склонность к магии воды и магии изнанки. Из-за этого она воплощалась значительно реже других.

— А как это связано? — не понял я. — Система же просто пересоздаёт тело со склонностью?

— Со стороны пересбора да, но со стороны баланса сложнее. Стена старается всё расставить так, чтобы с учётом особых требований проходчик не был сильнее или слабее других в среднем по сектору. Подробностей я не знаю, можно порасспрашивать её, но она и сама знает не очень много.

— Она говорила, что стартовала одна, если не ошибаюсь?

— Чем больше бонус на старте, тем меньше будет союзников, — ответила Хитоми. — Это не факт, просто наблюдение. Белая с двумя бонусами к магии начинала одна, пока не влилась в группу Принца. Первух, кстати, тоже стартовал один. Так рассказывала Нэсса.

— Что ж к нам тогда Дину подсунуло с жирным бонусом к псионике? — хмыкнул я. — Она нам мозги сразу после того, как очнулась, начала промывать.

— Тебя удивляют ошибки в работе Стены? — спросила Хитоми с усмешкой в глазах. На лишённой рта голове все эмоции отражались только так.

— Меня больше волнует, почему в Ордене всё чаще вспоминают о ней, — заметила Хитоми. — Похоже, её влияние по какой-то причине рассеялось. И произошло это во время нашего похода.

— А ведь правда… — задумался я. — Может, её сила не работает на таком большом расстоянии? Хотя вряд ли это действует по дальности, как аура. Может, зелье амнезии, которое мы приняли? Хотя, там ведь стёрлось из памяти всего несколько часов пути.

— Возможно, из-за нахождения на грани жизни и смерти долгое время, — предположила Хитоми. — Перерождения часто снимают активные чары.

— Это чернии, — подала голос тихая Альма. — Они сделали больше, чем кажется.

— Поясни, — насторожился я.

— Они сканируют душу и снимают ментальные защиты в поисках уязвимого места. Не знаю, все чернии или какая-то конкретная, просто всё посыпалось там.

— Откуда ты знаешь?

— Пламя Асгора и другие внушения на этой основе тоже постоянно слетали. Я ими поддерживаю Аси и иногда других, если вижу, что нужно. Тьма, как и пустота, пытается зацепиться за повреждения души и внутренние конфликты.

— Ну и соседи у семнадцатых, — я покачал головой. — Не удивительно, что они так подозрительны ко всему.

— Альма, может быть заглянем по пути к Фреду? — предложила Хитоми, когда над крышами показался возвышавшийся над другими дом аниматурга.

— Нет… — медленно покачала головой целестин. — Позже может… сейчас я ни о чём больше не могу думать, кроме терминала Чёрной. Всё остальное потом.

Нас встречала заснеженная пустошь. Без вечного стража в лице Чёрной кладбище теперь мало чем отличалось от любого другого уголка Стены. Могилы были скрыты под сугробами.

Со скрипом отворилась декоративная проржавевшая калитка.

— Мда уж, попробуй сейчас тут найди терминал, — я покачал головой.

Альма отвечать не стала, лишь выпустила через навык контроля чистую ману ветра из источника, который получила не так давно.

С силой она несколько перестаралась, так что даже каменная насыпь, скрытая под снегом, слегка осыпалась. Девушка скорректировала количество вкладываемых сил и начала медленно расчищать дорогу перед нами.

Постоянно меняющаяся погода над Стеной не позволяла снегу прибиться к земле и слежаться. Обильные снегопады чередовались с бешеной вьюгой, потому сугробы постоянно меняли своё месторасположение.

Сторожка, вернее, склеп Чёрной, был примерно центре. Альма очистила от снега небольшое здание, состоящее из всего одной комнатки, где в саркофаге хранились останки Принца — из тех, которые никак нельзя было использовать.

С тех пор, как здесь жила девушка, почти ничего не изменилось. Желающих жить в склепе посреди кладбища не нашлось. О терминале же знали очень немногие, а воспользоваться им могло ещё меньше лиц.

— Система, верификатор Альма. Запрашиваю служебный терминал юстициаров.

Послышался скрип, и из пола выехал экран на металлической ножке.

Идёт сканирование…

Ранг: и.о. верификатора.

Альма, цернос, целестин.

Зафиксировано верификаторов в секторе: 0.

Идёт анализ действий модератора с расширенными правами…