Фантастика 2026-116 - Андрей Андреевич Красников

— О, вы его знаете, милая Джегейль? — тут же заинтересовались дамы.

— Имела несчастье быть представленной, — выразительно вздохнула Женя. — Более того, этот юноша дерзкий со взором горящим вскоре станет нашим родственником: тетушка Гелли помолвлена с его батюшкой, адмиралом фор Гронтешем.

— Я знаком с адмиралом, — ди Скавалль тепло улыбнулся. — Весьма интересный собеседник. Заполучить такого родственника — это, пожалуй, удача. А юный Реннар, что ж, вы правы, дорогая племянница, еще успеет развить свой ум. Молодым интереснее война и дуэли, это можно понять.

— Полагаю, на войне он отличится, — кивнула Женя. — А вообще, жениться бы ему. Умная жена — настоящее спасение для таких горячих и жаждущих подвига юношей.

Цинни коварно улыбнулась:

— Не жалеешь, что для тебя этот брак стал невозможен?

Дамы навострили ушки, и Женя преувеличенно ужаснулась, даже руками всплеснула:

— Что вы, тетушка! Чтобы я — и этот искатель дуэльных приключений?! Да, говорят, и не только дуэльных, сердечных тоже. Нет, я мечтаю о мужчине, у которого мозги в голове, а не где-то еще, и уж вы-то, тетушка Цинни, должны меня понять! Да и сонеты, если честно, меня не впечатляют. Я, наверное, совсем не разбираюсь в искусстве галантного стихосложения, — и Женя, хитро улыбнувшись, состроила наивное лицо.

Расходились дамы довольные, вдоволь перемыв косточки всем, кому только можно, и сойдясь в убеждении, что у ди Скаваллей на редкость благоразумная племянница. Женя тоже была довольна: вечер оказался не таким скучным, как она боялась. Наверное, школа тетушки Гелли начала приносить плоды.

А дядюшка Винс, дождавшись, пока отъедет от крыльца последняя карета, сказал:

— Ты настоящая находка, дорогая племянница.

— Родовой талант, — насмешливо проворковала Цинни. И добавила уже серьезно: — А найти юному фор Гронтешу жену из тирисской верхушки… полагаю, это может оказаться весьма полезным решением.

Винсенн ди Скавалль никогда не верил во всякую чушь вроде переходящих из поколения в поколение родовых талантов, черт характера или пагубных пристрастий. Таланты надобно развивать упорным трудом, а характер, равно как и пристрастия, пагубные и нет, лишь вопрос правильного воспитания. Даже красота, которая и впрямь, случается, передается от матери к дочерям, и та нуждается в огранке!

Однако женщины семьи фор Циррент опровергали это убеждение ди Скавалля одним своим существованием! Мало того, что «кузина Гелли» и его бесподобная, прекрасная и любимая Цинни воспитывались в разных домах, разными людьми и, учитывая довольно большой разрыв в возрасте, в детстве вместе не играли — и все же мыслили, говорили и вели себя весьма схоже. Так теперь еще и их чудом обретенная племянница, выросшая в варварской дыре на краю мира, влилась в семью так легко и точно, что даже представлять ее нужды нет, знающие люди определят родство за четверть часа разговора! Та же ирония, то же отношение к мужчинам, то же потрясающее чутье на нужные повороты в разговоре, интонации, уместные шутки. Невероятно!

С другой стороны, не зря говорят, что исключения лишь подтверждают правило. Второго такого случая граф ди Скавалль не встречал за всю свою долгую и богатую на приключения жизнь. Да что там не встречал, даже не слышал о чем-то подобном! Оставалось радоваться, что невероятные таланты Эбигейль, Цинни, а теперь еще и Джегейль служат делу. И применять их с умом.

Вряд ли начальник андарской Тайной Канцелярии думал о талантах племянницы, посылая ее к родне в Линд: известия, которые он передал с Джегейль, и впрямь нельзя было доверить чужим рукам. Но, говоря откровенно, ди Скавалль не слишком опасался лазутчиков-невидимок, хотя защиту дома и усилил, как только мог. Обучение хорошего лазутчика стоит немалых денег, экипировка амулетами — тем более, поэтому логично ждать их там, где они принесут наибольший вред.

Нет, Линд сейчас безопасен, тем более что Тирисса, провозглашая нейтралитет, тайно поддерживает Одар. Ждать удара следует совсем в других местах. А им здесь нужно работать, добывать бонусы — сторонников, поставки, финансовые вливания, будущие семейные связи — все то, для чего совсем не помешает симпатия общества к послу Андара и его семье.

ГЛАВА 14, в которой принцесса Клалия находит общий язык со свекром, а принц Ларк обижается на деда

Семейные связи… Думала ли Клалия, упрямо не желавшая включать в свою маленькую семью пасынка и свекра, уверенная в их неприязни к ней, что однажды по доброй воле придет к королю с известием о заговоре? Сдаст тех, кто пообещает власть ей и ее сыну?

Союзников надо выбирать с умом. «Сейчас король — мой союзник, — утешала себя Клалия, — мы оба не желаем Киру судьбы марионетки на троне». Но на самом деле — Клалия понимала это душой и сердцем, хотя упрямо не желала признавать разумом — король был ей больше, чем союзник. Дед ее сына, не чужая кровь. Он не мог желать Киру зла, не мог не понимать, что Андару нужен второй наследник — уже сейчас. Ларк до сих пор холост, в конце концов, и бастардов у него нет. А то, что король обещал лишить Кира всех прав в случае покушения на Ларка… Вот как раз сейчас и настало время что-то сделать с этим решением! Клалия даже знала, что именно. Не спорить, нет. Всего лишь слегка подправить.

— Ваше величество, — она глубоко, почтительно поклонилась, войдя в кабинет свекра. Едва успевшая переодеться с дороги, усталая и наверняка подурневшая, измотанная мучившими ее весь путь от Неттуэ мыслями, Клалия не боялась предстоящего разговора, хотя бояться было отчего. Нужно смотреть правде в глаза: она сама спровоцировала тех «союзников», которых «нашел» для нее негодяй и предатель Агватус. Сама дала повод.

Король выглядел постаревшим, и это вдруг неприятно царапнуло. Он поднялся навстречу и указал ей на кресло.

— Мне передали ваше сообщение, дорогая невестка. Во избежание недопонимания я хотел бы посмотреть.

— Конечно, ваше величество, — как она могла бы отказать? Впрочем, она и не хотела. Пусть смотрит, так будет лучше. Проще, чем объяснять, мучительно подбирая слова и стыдясь собственной недальновидности.

Разговор с Агватусом, ее страх, ее возмущение и негодование. Мысли о Кире и Ларке. Торопливый отъезд из летней резиденции в столицу, почти бегство. Сейчас Клалия не собиралась ничего скрывать и даже радовалась, что все нужные сведения свекор получит прямо из ее головы. Проще… и честнее, после такой проверки в ней не станут больше сомневаться.

Сила короля давила, перехватывало дыхание и бешено колотилось, заходясь в ужасе, сердце. Ничего, еще будет