Фантастика 2026-55 - Александра Шервинская

– Ещё одно слово на эту тему, Эмия-кун, и я сброшу тебя с крыши, – медовым голосом промурлыкала Рин, у которой при одном упоминании «правил» сразу зачесались руки подержать кое-кого за горлышко.

– То тащишь через весь корпус, то сбросить обещаешь… – с напускной обидой проворчал Широ. Возможно дальше на язык у него просилась ещё одна фраза с неосмотрительным выводом, но парню хватило ума сдержать её при себе. А после и пододвинуться к девушкам, под одобрительный кивок Рин.

Какое-то время над компанией царила напряжённая тишина, нарушаемая только шуршанием упаковки на взятых подростками обеденных наборах. Маленькими кусочками откусывая от взятого из дому бутерброда, Тосака старалась унять внутреннее волнение и начать разговор, ради которого и вытащила всех из своих классов, перед всей школой волоча Эмию за руку и отбивая Сакуру у Мицузури, с которой та обычно обедает. Несмотря на внешнюю безмятежность, внутри у начинающей чародейки скребли кошки. Хоть и не хотелось этого признавать, но она очень опасалась предстоящего разговора, намного сильнее чем неудачи при вызове Слуги в начале этой Войны. Казалось бы бояться было нечего, но чем больше времени проходило с утреннего разговора, тем сильнее дрожали её нервы, то и дело бросая тело в озноб с табунами неуправляемых мурашек и бешено скачущим сердцем.

Сефирот бы, наверное, рассмеялся с такой незадачливости своей «девочки-волшебницы»… «Чтоб у него на волосы тюбик клея выплеснулся, за такое прозвище! Арр!» … но ещё больше ей не хотелось узнать что бы он подумал, узнав, что и Эмию-куна Рин пригласила только для моральной поддержки.

– Рин, а что будет с Райдер, которую я призвала? – с участием и переживанием о судьбе Слуги, спросила вдруг Сакура, заглядывая ей в лицо.

– Ну… – на секунду сбитая с толку девушка замялась, одновременно вознося хвалу высшим силам, что разговор не пришлось начинать ей. – По словам Сефирота, она хочет жить с тобой. Я не возражаю.

– Разве Слуга может надолго остаться в нашем мире? Я слышала, они обязаны исчезнуть после Войны, – озабочено произнесла школьница.

– Я думаю Сефирот что-нибудь придумает, – качнула плечами Рин. – Он уже говорил, что может вывести Слугу из рамок Войны и дать ему возможность жить в нашем мире.

– Я так рада, – улыбнулась Сакура. И улыбка эта лучилась искренностью и чистотой.

– А ты… Ты что решила? – не выдержав этой картины, зажато отвела взгляд Тосака, в очередной раз воскресив в уме жуткую картину лечения сестры.

– Я?… – не сразу поняла девочка с сиреневыми глазами.

– Ну… насчёт того, чтобы вернуться… в семью… – в конец стушевалась Рин, чувствуя, как стук сердца отдаётся в ушах.

– Я согласна! – ни секунды не раздумывая ответила одним этим словом ставшая «бывшей Мато». – Я мало что умею, – смущённо опустила глаза девушка, – но я постараюсь быть полезной сестрёнке Рин! – и прямо посмотрела в глаза Тосаки.

На её лице замерла почти детская и какая-то наивная решимость, какая порой мелькает у беззаветно верящих во всемогущество родителей детей. «Если делать всё как говорят папа и мама, если слушаться и стараться, даже ничего ещё не умея, то любое дело получится и всё будет хорошо» – вот что отражали эти сиреневые глаза и мягкие черты лица. И вместе с тем… Вместе с тем… За этим отражением угадывались серые хлопья пепла, навсегда осевшие на душе сломанного маленького ребёнка.

– Сакура… – тёмноволосая чародейка ощутила, как у неё запершило в глазах.

– Рин? – непонимающе моргнула заметившая слёзы школьница.

– Прости меня, – выронив из рук обед, волшебница заключила младшую сестру в объятья, крепко-крепко прижимая к себе. – Прости, что так долго не была рядом.

– … – младшая девушка растерялась на несколько секунд безвольно замерев в одной позе и только после её лицо разгладилось, выпуская наружу робкую и капельку печальную улыбку, а руки поднялись обнимая спину Тосаки. – Не нужно. Я понимаю…

Рин замотала головой, отрицая право на снисходительность. В горле у неё встал ком и сказать что-то не получалось, только ещё сильнее прижать и надеяться, что этим сможет передать хотя бы толику бушующих в груди чувств.

Судьба давно уже не баловала её чем-то большим, нежели пустяковые радости повседневной школьной жизни, наверно только поэтому она так привязалась к этому почти бесполезному в обществе магов занятию. Учиться было интересно, а общаться со сверстниками приятно, только это да изучение магии привносило краски в её потускневшую десять лет назад жизнь. Но с началом Войны Святого Грааля всё изменилось. Пусть расслабляться ещё было рано, но… Война почти закончилась и, объективно говоря, она смогла в ней победить. Сестра вернулась домой, финансы, впервые за очень долгое время перестали показывать дно, а впереди были увлекательные часы в Мастерской и освоение едва ли не Третьей Истинной Магии, что так небрежно подарил ей её… Рин не знала как теперь назвать Сефирота. Продолжать отгораживаться словами «безумный Слуга» было уже совсем глупо, но других слов на ум не приходило. Только образы и воспоминания, обдумывание которых неизбежно приводило к невольной смене темы размышлений. Но сейчас, здесь, она обнимала ту, кого давно считала навсегда потерянной для себя, и не было больше ничего важнее в целом мире. Пусть хоть раз… всего раз за эти десять лет, но она имела право расклеиться и показать свою слабость. Всего на минуточку. Пусть под взглядом этого рыжего болвана, за целых два года не сумевшего заметить как на него смотрит сестра, но она заслужила право просто поплакать на плече Сакуры, безмолвно прося прощения и истекая слезами от счастья.

Только минуточку…

Всего одну.

Большего она не просит.

Постыдно всхлипнув, и чуть повернув голову на плече сестры, Тосака встретилась взглядом с тут же попытавшимся сделать вид, что его тут нет Эмией. И настроение ушло… Как отрезало.

Слёзы высохли и мысли свернули в новом направлении: «И чего в нём нашла Сакура? Ну добрый, ну забавный, ну готовит хорошо, но ведь с ним толком ни о чем и не поговоришь!» Знаний магии ноль, а как дела прошли в клубе лёгкой атлетики и сколько печек он им починил было не интересно слушать самой Рин, но… девушка ещё раз стиснула смущённо пискнувшую сестрёнку. Забота и доброта – это то, что сейчас нужно Сакуре. А раз