Фантастика 2026-143 - Nicols Nicolson

был ортопедический матрац. В Исмантуре мне светит только пуховая перина, от которой все тело болит, из-за неудобного положения во сне. Почему Альбина еще не занялась производством таких нужных матрацев? Вот встречусь с ней снова, обязательно спрошу.

Задумавшись обо всем этом не заметила, что мы подошли к городским воротам. Они протяжно заскрипели, отворяясь, на площади же что находилась прямо на въезде, нас встречал не один десяток стражников. Наверное, увидели издалека нашу процессию, и решили подстраховаться. Заметив во главе меня и Барта, охрана ретировалась, оставшиеся несколько мужчин безмолвно следовали за нами через весь городок.

Там, в самом конце, находились пустые дома. В комнатах были застекленные окна, по четыре кровати, у каждой из которых стояла тумбочка для вещей. На полу лежали тонкие ковры, чтобы прикрыть каменную поверхность. Стены же были побелены, и это создавало хоть какой-то уют. В любом случае, жилье в Хельере, намного лучше домов в Шаероре, где люди спали на тряпках.

Народ и без нашей помощи разделился на группы по четыре человека, кто-то дружил друг с другом, а у кого-то были семьи. Лийю взяла к себе Кая, женщина была рада помочь девочке. Я рассказала Кае, что Лийя осталась совсем одна, и женщина плакала. У меня разрывалось сердце от бессилия, ведь накормить и одеть всех мы способны, а вот вернуть погибших… Наверное, даже сам Исмантур не способен, хоть он их и забрал. Оставалось надеяться, что люди здесь после смерти отправляются в лучший мир… Как я.

Когда все разбрелись по своим местам, а ключи были выданы, мы с Бартом вышли на улицу и не сговариваясь, сползли по стенам прямо у входа.

Он ничего не говорил. А я смотрела на него и думала, что впервые вижу богатого, влиятельного человека таким уставшим. Барт сам прошел пешком весь этот путь, он как и все не ел, не пил, и молча стиснув зубы, шагал вперед. Да, драконы наверняка выносливее людей, но это не уменьшает его заслуг перед жителями Шаерора.

В уставшем взгляде таилась скорбь по погибшим. Мне вдруг невероятно сильно захотелось прижаться к мужчине, погладить по щеке, успокоить. Но продолжала сидеть, не отводя от его взгляда.

— Наверное, надо поесть, — наконец выдохнул он, поднимаясь.

— Даже аппетита не чувствую, — пробормотала я.

— Согласен, тоже не хочу. Нужно пойти в столовую, отдать распоряжение о втором завтраке. Мест там не так много, придется кормить людей по очереди.

Чем мы и занялись. Сходили в столовую, шокировали кухарок, потом вернулись к новым жильцам и сообщили им, где и во сколько завтрак. На обед сходили в таверну, лениво съели по салату, запили компотом и полетели в столицу.

Когда были сделаны все необходимые покупки, которые обещали привезти сегодня к вечеру, вернулись в Шаерор и только тогда, разойдясь по своим спальням, наконец смогли отдохнуть.

Я не помню как заснула, и проспала больше десяти часов. Завтрак, который обнаружился у моей постели, заставил удивиться. На подносе стоял чайник, я налила чай в чашку, и ошарашенно уставилась на… кофе. Это был кофе! Черный, крепкий, сладкий! Создатель, ради такого стоило пережить весь тот ужас, что со мной был.

Как оказывается начинаешь ценить что-то, что потерял и потом с трудом приобрел! Я смаковала напиток очень долго. Не вылезая из-под одеяла допивала вторую чашку, и громко мурлыкала от удовольствия. Барту следует поставить памятник при жизни, за особое отношение к иномирянкам.

— Проснулась? — дверь приоткрылась, но мужчина стоял по ту сторону, не заглядывая внутрь.

— Ты можешь войти, — спала я одетой, не хватило сил раздеться вчера, так что могла принять гостя.

Барт появился в комнате веселый и бодрый, мне оставалось только позавидовать его способности так быстро приходить в себя.

— Доброе утро.

— Доброе, — отставила чашку. — Спасибо, правда. Я уже забыла этот вкус.

— Не знал, любишь ли ты его. Альбина первое время прямо мечтала о нем, говорила даже, что ей снится капучино. Я так и не понял, как его делать, но надеюсь, тебе понравился вот такой вариант кофе.

Я хихикнула. Да, отлично ее понимаю.

— Его нет в свободной продаже?

— Нет. Кофейные плантации принадлежат одному герцогу с Востока, и зерен так мало, что продают его по одному пакетику в руки. Ну и, разумеется, не все могут его себе позволить.

— А ты где успел достать?

— Привез с собой еще позавчера, но с этим происшествием в Шаероре, совсем вылетело из головы.

— Я не видела, чтобы у тебя что-то было… в пасти. — Вспомнила тот мешок с продуктами, и усмехнулась.

— В кармане. Магия перевоплощения позволяет оставить лишь то, что смогу нести на себе. Одежду, меч, конфеты.

— Конфеты?

Барт ловким движением фокусника выудил из внутреннего кармана накидки шоколадную конфету, завернутую в золотистую фольгу.

— Сестра Льера занимается кулинарией, Альбина научила ее некоторым рецептам, с тех пор Лина заставляет дегустировать свои блюда всех, включая прислугу. Но сладости у нее действительно получаются неплохо. Только прошу тебя запомнить, если она когда-то предложит тебе гранатовый шоколад — ни в коем случае не пробуй.

Я съела конфету, и пожала плечами.

— Мы ведь незнакомы с Линой.

— Это лишь дело времени. Она тебе понравится, — Барт улыбнулся. — Ей уже шестьдесят восемь, но она все еще как ребенок. Неудачный брак закончившийся казнью супруга, отправил ее в лечебницу на долгое время. После этого Лина запрещает говорить с ней на любые темы, касающиеся отношений, и все время что-то печет, варит, замораживает.

— Казнь?! Ого… За что же?

— За… — Барт в задумчивости закатил глаза. — Как это слово… Я ведь помнил. А, абьюз! Он бил ее, держал взаперти, а она молчала. Пока Льер не заметил синяки на ее запястьях.

— Какой ужас!

Не думала, что у драконов такое бывает, но Барт вернул меня с небес на землю. В моем то представлении представители таких благородных родов, не позволяли себе вольностей в отношении к супругам.

— Ты уже был у наших новых жителей? Как они там?

— Да, был, — мужчина нахмурился, умиротворение с его лица пропало и я напряглась. — В целом, все в порядке, но те, кто потерял своих близких, нуждаются в помощи душников.

— Кого? — я поперхнулась воздухом. Не собирается же он их душить, чтоб не мучались?

— Лекари, что лечат души. Не особо понимаю, как это работает без мазей и бальзамов, но они разговаривают с тем, у кого проблемы с головой или душой, и тем становится легче.

А, психиатры и психотерапевты, ясно. Но я снова фыркнула со смеху. Душники!

Я допила весь кофе. Пожалею,