Фантастика 2026-89 - Алина Углицкая

Робо кивнул, давая возможность молодому представителю своей расы продолжить:

— Тёмный движется в сторону… эсминца.

Слово «эсминец» перекочевало в язык представителей расы скай после встречи с Андраэмом. Примечательно, что произошло это буквально за считаные часы. Робо, впрочем, и сам не знал, как назвать корабль землян. Его корабли — это Стражи, но не называть же и корабль Андраэма так же. Поэтому заимствованное слово было как нельзя кстати.

— Продолжай, — проговорил Фар, которому медлительность в отчёте уже явно не нравилась.

Видимо, почувствовав это, молодой лааарискай выпрямился и, собравшись, продолжил:

— Но что-то не так. Эсминец сменил направление, взяв опасный курс. Если раньше он пытался держаться на расстоянии от Тёмного, не давая тому выйти на рубеж, то сейчас курс изменён на опасный. Тёмный, скорее всего, ударит, — закончил доклад лааарискай.

Робо задумчиво посмотрел на экран с траекториями движения. Что-то было не так. Чувство тревоги почему-то резко возросло, а взгляд вернулся к отметке Тёмного. Тревога охватила разум и тело, заставив на минуту поддаться инстинктам и застыть неподвижно. Благо этого никто не заметил. Тревога стала перерастать в страх. Липкий, который стремительно бежит по всему телу. Почему ему так страшно? Светлейший бросил быстрый взгляд на остальных в рубке. Нет, такое ощущение только у него. Он сжал рукава своих одеяний, стараясь унять этот прилив страха, но слова молодого лааарискай заставили его вздрогнуть.

— Тёмный изменил курс! Он движется в нашу сторону! — с неким ужасом в голосе проговорил тот.

Фар бросил взгляд на Робо и понял, что всё это не просто так. Светлейший никак не проявлял свой страх внешне, но в его глазах был ужас. Липкий. Пронзающий. Тогда-то Фар и понял, что возможно, это последние мгновения его жизни. Он не знал, что командовать, да и признаться честно, сам был ещё слишком молод и неопытен, чтоб реагировать в таких ситуациях с холодным разумом. Он вернул взгляд на панель управления и замер.

Робо стоял, поддаваясь первобытному ужасу, который только рос. Он не знал, не понимал и не мог понять, почему он так реагирует. Почему в какой-то момент простая смена курса Тёмного так отразилась на его внутреннем состоянии? А затем ужас, словно испугавшись чего-то, стал отступать. Робо вздрогнул, потому что ощутил то, чего не мог ощутить. Он даже оглянулся, убедившись в том, что за его спиной никого не было. На его плечи словно легли тёплые ладони. По телу стремительно стало растекаться приятное тепло. Словно он вновь оказался дома, с матерью и десятками братьев и сестёр. И мать обняла его, когда он в очередной раз разбил лапку при неудачном падении.

«Ты будешь великим, Робо, не бойся ничего, ведь страх лишь иллюзия твоего разума». Слова матери вспыхнули в его голове так ясно, будто он сейчас стоял рядом с ней.

Акхалия! Она была с ним. Нет, она была с ними. Она остановила безумную волну страха, отогнав его от разума Робо. Она дала понять, что страх перед Тёмными — не что иное, как иллюзия, навеянная прошлым. Старшие Братья уже сражались с ними: даже если Старшие Братья и проиграли, они смогли долго противостоять тысячам Тёмных. А здесь всего-навсего один. Тепло переросло в пламя, что вспыхнуло в его груди. Он Носитель Её Слова! И ему пора заговорить.

— Адмирал! Боевую тревогу по всем кораблям! Мы вступаем в бой. Да пребудет с нами Свет Акхалии, да будет с нами её Сияние! — Робо сам удивился тому, как твёрдо и чётко прозвучали его слова.

Он проморгался, ведь ему показалось, как лёгкая тёмная дымка, что окутывала ранее рубку, вдруг дрогнула и распалась на сотни мелких кусочков. Это была игра его разума? Или правда что-то влияло на них? Робо не мог точно сказать.

Фар вздрогнул, услышав голос Светлейшего. Казалось, страх, что стал зарождаться в его разуме, уже не собирался отступать, но слова Великого заставили его вспомнить, кто он. Фар дёрнул мордой, резко схватил себя за усы и окончательно взял себя в лапы. Рядом с ним — Носитель Слова, рядом с ним его лааарискай. Страх перед Тёмными? Да пусть будет страх! Но пока с ними Великая Акхалия, пока с ними Робо, Носитель Её Слова, всё остальное меркнет. Лапы адмирала легли на панель управления и забегали, подключаясь к системе связи, вызывая один за другим Стражей. Один за другим в центре рубки вспыхивали экраны с изображением капитанов их небольшого флота. Всего девять лиц, не считая собственно флагмана.

— Всему флоту — боевая тревога! Всем кораблям занять построение «Клинок Акхалии»! Остриё — «Надежда Колыбели». Остальные — лезвие! — Фар говорил чётко и твёрдо. Были причины, почему именно флагман ставился в острие.

— Мы… мы собираемся воевать⁈ — Один из капитанов дрогнул, испуганно отдалившись от камеры, и нервно задёргал свои усики.

Робо вышел вперёд, оказавшись чуть ближе к трансляции и впереди сидящего адмирала. Все переключились на него. Он понимал страх, что сковывал его братьев. Он видел, как в их глазах плескался ужас перед врагом, что когда-то уже приходил к ним домой. Но тогда пали только Старшие. Они выжили. Выжили, потому что Старшие спрятали их в недрах Колыбели. Светлейший видел сомнение в их глазах, желание вновь спрятаться. Но теперь всё поменялось. Они стали Старшими. И уже ракси нуждаются в их защите. Робо понимал, что дальнейшие действия могут вызвать недовольство Совета и повлиять на доверие к Совету. Но… Этим лааарискай нужно объяснить, за что им сражаться. Акхалии мало. Да, она в душах всех скай занимает место, которое никто не займёт. Но веры только в неё недостаточно. Робо вытащил коммуникатор из-под плаща и жестом отправил всем файл. Один короткий файл, который заставил всех удивлённо пискнуть.

— Старшие Братья дали нам шанс жить! Великая Акхалия дала нам волю к жизни! И пришло время показать и Старшим, и Великой, что их дары не ушли напрасно! Вы видите визуальную информацию, которая показывает вам: Старшие ещё живы. Мы защищаем их. Укрываем от Тёмных, в надежде, что те больше не придут к нам! Но… Вот они, Тёмные. Перед нами! И теперь уже ясно окончательно: нам не отсидеться в темноте! Старшие дали нам шанс, теперь наша очередь дать этот шанс им!

Робо видел, как все застыли, пытаясь