Фантастика 2026-79 - Валерия Рашитовна Шаталова

штаб и Императрице. Финансовый отчёт подготовится позже, ближе к концу года, но думаю ход возведения укреплений оценят по достоинству. Думаю, государственная награда вам обеспечена. За десять месяцев проделать такой большой объём работы. Да так всё организовать…

— Вы мне льстите, господин генерал, — было приятно слышать хвалебные слова генерала. За такой короткий срок удалось возвести все заставы и полностью обустроить два форта, разместить солдат, наладить патрулирование, систему оповещения. В планах стояло вооружить каждый форт как минимум пятью мортирами, а заставы минимум тремя, но исполнение отправленного заказа на изготовление орудий запаздывало, — без помощи со стороны офицеров и лично вас, ничего бы не получилось.

— Бросьте, полковник. Если честно, я не верил, что Генеральный штаб одобрит инициативу, хотя понимал её явные плюсы. Так что, поздравляю.

— Благодарю, господин генерал.

Меня самого радовало то, что удалось сделать меньше чем за год упорных трудов. Работая на жаре, в самое пекло, рыли, строили, но никто не роптал. Делали для себя. И теперь каждое укрепление выглядело неприступной крепостью. Занимаясь строительством, приходилось не забывать об обороне, отбивать налёты моркен, но когда вражеская конница попала под перекрёстный огонь мортир, то атаки прекратились…

— Всё, господин штабс-полковник, сегодня заканчиваем последний участок стены четвёртого форта, — доложил глава артели мастеровых Мисам. Несмотря на почтенный возраст, он лично принимал участие в возведении укреплений.

— Хорошо и благодарю за службу.

— Чего уж там. Вы уж простите, что не сразу понял, для чего стараемся.

— Ничего, главное сделали на совесть, — ответил, вспомнив как мы с ним ругались, переходя на взаимные оскорбления, когда обсуждали цену найма всей, замечу — всей артели. Но это осталось в прошлом.

— Господин штаб-полковник, гонец из гарнизона, — обратился офицер-кавалерист.

— Что-то случилось? — всего несколько раз отдельно, не с караваном прибывал гонец из Ухтюрска и это были моменты, когда действительно требовалось моё личное вмешательство. Один раз местные жители вышли к зданию штаба с требованием и в их сёла, что расположены чуть дальше от границы возвести укрепления, то финансовый отчёт не сходился и требовались мои пояснения, это когда я на государственные деньги закупил скот для села, но всё обошлось. Удалось решить миром и с гражданскими, и убедить финансовую службу гарнизона в обоснованности трат. И теперь вновь одиночный гонец из гарнизона.

— Не могу знать, господин штабс-полковник, генерал вас срочно требует к себе, — отрапортовал гонец.

Бедному собраться — только подпоясаться. Пословица конечно не про меня, я всё-таки не нищий и жалование хорошее, и отчисления кое-какие поступают, но собрался действительно быстро и в ночь выехал из форта в гарнизон. Дорогой размышлял, что такое произошло, если генерал немедленно требует к себе. Ладно бы с караваном передал сообщение или какие указания, но не поленился, послал гонца с приказом «срочно».

Прибыл в гарнизон поздно ночь. Думал, что командующего нет на месте, но увидел горящий свет в его окне.

— Разрешите? — осведомился, входя в кабинет генерала.

— Входи, входи, господин штабс-полковник.

— Что-то случилось? — осведомился, настраивая себя на плохое известие.

— Сегодня прибыл фельдъегерь из столицы, из Генерального штаба, — начал генерал, а я лихорадочно соображал, что могло произойти, что полученное известие его так взволновало, и на ум приходило только одно, что началась война, — письмо было адресовано мне и я его вскрыл, прочитайте. Оно касается больше вас.

Взял со стола официальный документ, пробежался глазами. Потом второй раз. Ничего не понял, так как не нашёл в нём упоминания о войне, только моё имя мелькало несколько раз.

— Это что? — не понял, так как мои ожидания не оправдались.

— Вас отзывают в столицу, господин штабс-полковник.

Примечания

Калибр три линии (здесь) — равен трём пальцам, примерно пятьдесят мм. Одна линия равна 16,6 мм.

В произведении описывается тип корабля Бригантина — двухмачтовый корабль, на фок-мачте несёт прямые паруса, а на грот-мачте косой нижний парус и прямые марсели. Такое парусное вооружение позволяет бригантине эффективно идти как фордевинд (ветер в корму), так и бейевинд (курс, при котором угол между направлением ветра и направлением движения судна составляет менее 90° (меньше 8 румбов)).

Скорпион — стрелометательная машина с торсионным механизмом.

Мыс Гонсатиса (здесь) — самая отдалённая восточная точка Канторийской Империи.

Долговре́менная огнева́я то́чка (ДОТ , дот, иногда «долговременная оборонительная точка») — отдельное малое капитальное фортификационное сооружение из прочных материалов, предназначенное для долговременной обороны и стрельбы различными огневыми средствами из защищённого помещения (боевого каземата). ДОТы строились из монолитного или сборного железобетона, камня на растворе, железных балок с арматурой и броневых закрытий.

Павел Чук

Первый среди равных. Судьба

Глава 1

Собирался в дорогу не торопясь. Я понимал, что больше сюда, на окраину Империи не вернусь и хотел встретиться, попрощаться со всеми, с кем свела судьба, с кем прошёл огонь и воду. За эти долгие месяцы много удалось сделать. С радостью и нескрываемой гордостью смотрел, как отправляется очередной караван с пушками на заставы, как не переставая, ручейком идут к дальним рубежам Империи обозы со строительным материалом и мастеровыми людьми. В обозе нередко мелькали гражданские, что изъявили желание переселиться, а это победа зна́чимее той, что совсем недавно одержали. Нам — верным солдатам Империи поверили.

— Господин штабс-полковник, — из раздумий вывел Савелкин. Его я забирал с собой, и он занимался сбором моих вещей, следил чтобы ничего не забыли.

— Слушаю, Савелкин.

— Если пойдём водным путём, надо заказать два, а лучше три отреза непромокаемой ткани, чтобы сундуки хорошенько обернуть. Знаю я этих морячков, — скривился Савелкин, — каюты маленькие всё не уместится, а на палубе: сюда не ставь, туда ставь, чтоб корабль не перевернулся, а в трюме сыро, — видимо передразнивая кого из знакомых, закончил Савелкин.

Поспешил его успокоить.

— Поедем сухопутным путём, так что не волнуйся, — ответил, вспоминая. Когда поднялся озвученный генералом вопрос как добираться до столицы, я не задумываясь ответил, что поеду по суше. Понятно, что дорога длиннее, но предстоящее прибытие в столицу меня не радовало. Как меня там встретят — неизвестно. Я же не придворный офицер, а боевой. А от мысли о неизбежной встрече с Императрицей Линессой Первой меня бросало в нервозное состояние и начинало трясти. Я робел словно первоклассник, вызванный впервые к доске отвечать и изо всех