Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 - Вадим Владимирович Денисов

маленький никелированный револьвер, рядом с ним – светлая клеёнчатая сумка, небольшая. Раз за разом делая неглубокие вдохи, я шагнул, нагнулся и поднял. Detective Special. В барабане всего два целых патрона, остальные стреляные. В «одиннадцатом» магазин полон, пустой валялся тут же. Успел перезарядиться. В клеёнчатой сумке – маленькие кейсы с принадлежностями, большая кобура, патроны. Три пачки для пистолета, три для револьвера. Густо или жидко? Да не считай ты зубы, дай бог радости и этому! Только вот пока не до радостей, не осознал ещё, желтоватые обглоданные кости не дают…

Значит, так, версия простая: получив в морду пару удачно попавших пуль, зверь отступил, какие бы последствия для его здоровья ни последовали. Не понравилось ему. Почему человек раньше не стрелял? Да стрелял наверняка, магазин в пистолете пуст, только попадал по… панцирю? Да ну к чёрту, только бронепанцирей нам не хватает! Лучше так: мазал. У тебя вон как руки трясутся.

– Заходите. Всё, никто не укусит.

Парни по очереди проникли в помещение. Ничего, привыкли к мысли, осознали, чего ожидать, это очень важно, настраивает. И бледность с лиц спала.

– Что дальше? – теперь отчего-то я растерялся. Стресс глушил мозги.

– Осматривать будем, – пробормотал Мишка. – Ух ты, пистоли!

– Занято! Того и тапки! – гаркнул я. Мужская жадность – один из самых мощных движителей, сразу сил прибавилось. – Пистолет себе беру, револьвер капитану!

– Тогда мародёрим, – подсказал Сашка.

– Восстановить-то его можно будет?

Парни переглянулись.

– Очень и очень вряд ли, – наконец ответил Мишка. – Механик, конечно, посмотрит… Такие дыры, полкорпуса, считай, что нет… Материалы надо, вытаскивать в безопасное место, а как? На борт эту дуру не поднять, некуда и нечем. На двигатель, особенно если дизель, и водомёт Заремба облизнётся, конечно, захочет из шлюпки гоночный катер делать.

– То есть опять остановка?

Боцман кивнул, а потом спросил:

– Герман, а за сколько, к примеру, местные муравьи могут так обгрызть тело человека? До костей.

Меня опять замутило.

– Откуда же я знаю! – даже возмутился я. – Вот уж никогда не задумывался… Ладно, пошёл на «Темзу», пригоню механика, а вы потрошите всё доброе и…

– Да ладно тебе, – перебил меня Михаил, – не впервой старые суда грабить, разберёмся.

Всё-таки я для них по-прежнему сперва кошелёк с ногами, а уж потом напарник. Это нормально. И это пройдёт. Выбравшись на свежий воздух, сразу отметил низкую облачность и клочки сизого тумана на реке. Ветер стих, погода менялась, температура падала. Чувствую, скоро всё опять изменится и ливанёт прилично. Тишину разрезал резкий звон бензопилы. Кто там? Ага! Значит, капитан распорядился напилить из лесины чурок. Самое время, пора опробовать местное топливо.

С недоверием поглядывая на край террасы, где плотный зелёный ковёр из переплетений трав и корней буквально нависал над головой, я побрёл к судну.

Зашибись, сходил, развеялся.

…Передо мной лежала огромная поляна, какую уже можно назвать полем.

Ближний край леса – в трёх сотнях метров от берега. Как бы смог зверюга подкрасться незамеченным, будь у шкипера на этом катере должный обзор? Гадкое ты место выбрал, не подумал, парень. Либо же заставила критическая необходимость приткнуться абы где, болезнь или… топливо кончилось? Подгребал без права выбора?

Пш-шш…

– Аргентинская посудина, порт приписки Росарио, – в тональности до мажор сообщил по-своему довольный итогом механик. – Документы все забрал! Материалка есть, свинтим. Может, и применим чего.

– Ага, значится, Парана-речка, вот где очередной Прорез образовался! – тут же выдал шкипер, проявив должную осведомлённость и вместе с тем игнорируя заманчивые, но вранливые перспективы. – Добавишь для полноты?

– Топливо осталось, под сотню соляры, сольём, ес-сно… Наверное, что-то с двигателем, – на этом доклад и закончился.

В рубке находились капитан и я, остальные мужики на земле, при делах.

Профессор с Яриком да пацанами режут ствол и таскают красивые чурки ярко-красного цвета на борт, сразу раскладывая их на палубе для просушки. Федя местным «палисандром» топить котёл будет. Сам кочегар вместе с механиком, боцманом и матросами – на Объекте, ребята усиленно потрошат катер, уже кое-что притащили из того самого ништяка: бортовую радиостанцию, чудом уцелевший флайбридж с антеннами, сканером локатора, прожекторами и навигационными огнями. Посуда и инструмент с катера, немного судового имущества, типа спасжилетов, верёвок, канистр и прочего сопутствующего, оставшийся запас еды, не успевшей испортиться – сыпучие в банках, приправы, специи, соль. Хороший мощный бинокль, бесполезный ноутбук, пострадавший от когтей. Боцман рачительно забрал всю найденную одежду и теперь яростно выдирал уцелевшие иллюминаторы и носовой люк. Интересное – компрессор из комплекта лёгкого водолазного снаряжения, самого акваланга нет. Находка ценна потенциальными возможностями.

Смародёрилась и невеликая аптечка – Нина сразу забрала, ей всё мало, даже после присвоения фармацеи, предназначенной кинутой нами Сухарихе. Марина сидит возле постанывающей дочки, Аля возится на кухне.

– Зачем ты мне револьвер сунул? Не моё это дело, пострелушками заниматься, – проворчал капитан, засовывая «детектив» в жёлтую кожаную кобуру. – Твоё ружьишко итальянское постоянно тут висит, если что, куда больше? Отдай ты его лучше профессору, а мелкан изыми и вручи Сашке, он хорошо из него стреляет. Ракетницу Семёну, а ту оранжевую игрушку, что в катере нашли, пацанёнку из расчёта, Алексею, только поучить чуток надо. Вот и будут у нас все палубные при оружии.

Стратег! Может, он и прав. Просто думал, что капитану неплохо бы иметь личный ствол. Но наш дед не таков, ему эти игрушки безразличны, он взросло живёт, пароходом управляет.

Я сходил на берег, поднялся наверх, побродил в поисках следов. Бесполезно, густая, хоть и невысокая трава не сохранила никаких идентификаторов. Очень плохо, не имею представления, что за тварь напала на катер. А ведь пока это самый опасный хищник, о котором мы узнали! Теперь стоял на крыле мостика, омываемого слабым дождём, и через оптику прицела в который раз пристально оглядывал край леса, порой меняя винтовку на тепловизор. Ничего и никого.

Ответственность угнетает.

Мужики внизу, они ничего не увидят, капитан следит за рекой и согласовывает действия групп. Поэтому я выдернул с камбуза двух девчонок, белокурую Свету и эмообразного вида Инну, обе стоят на борту, смотрят на берег в бинокли, осуществляя параллельное наблюдение.

Пш-шш…

– Илья Александрович, ну что, согласовываем? – послышался нетерпеливый голос механика.

– Что решил окончательно, Николай?

– Идея такая… Смахиваю отрезной машинкой и бензорезом кормовую часть с силовым агрегатом и движителем, цепляем через блок на брашпиль и тянем, как на салазках, к пароходу. Там поднимаем шлюп-балкой и ставим на корму под разборку. В таком случае управимся за два часа, тут половина уже порвана. Больше брать, если честно, нечего. Ну, хахряшки все снимем, пригодятся, поручни и ограждения хороши, хромированные, это тоже заберу. Ещё и захоронить товарища надобно, по-людски… Ну как?

– Действуй!

Управились