Фантастика 2026-103 - Виктор Олегович Баженов

уже не обращая внимания на то, что вода просачивалась, кажется, сквозь кожу. Тот, за кем он следил, упустил уже изрядное число возможностей отлить с вершины города – нет, он шёл куда-то в глубь порта очень целеустремленно. Не в сторону кабаков – значит, не опаздывал на назначенную встречу. Нет, незнакомец шёл в сторону ангаров с парителями, которые не летали по ночам. Может быть, механикер, который шёл чинить что-то перед завтрашними полётами? Возможно. Но один…

В повороте плеч незнакомца в тёмном плаще было что-то знакомое, и это подстёгивало любопытство. Ульм ускорил шаг.

Незнакомец – судя по ширине плеч – мужчина, тоже пошёл быстрее. Ульм уже понял, куда они идут, – в сторону углового ангара, самого удалённого от главных оживлённых артерий Парящего порта.

Унельм старался держаться ближе к краю смотровых, куда плохо добирался свет от валовых фонарей – особенно сейчас, когда дождь тоже был на его стороне. Пару раз незнакомец обернулся – слишком быстро, чтобы разглядеть лицо сквозь водную пелену – но Унельма не заметил.

Тот ощутил охотничий азарт – как в детстве, за игрой в прятки или догонялки. Человек, которого он преследовал, вовсе необязательно был связан с его заданием, но, судя по настороженности, направлялся на тайную встречу, а это само по себе делало слежку захватывающей.

Он пошёл за человеком в плаще до самого входа в ангар, держась в тени. Дверь приоткрылась, и Ульм не различил за ней ничего, даже источника света. Кто бы ни собирался ближе к ночи в ангаре, они делали это в темноте, под надёжной завесой дождя. Унельм отступил ещё немного, глубже в темноту между двух тусклых фонарей, и в этот самый миг человек в плаще воровато обернулся перед тем, как войти внутрь, а над Парящим портом ярко вспыхнула первая молния, вспоровшая тёмное небо. И Унельм увидел его лицо – на долю секунды, но и этого было достаточно, чтобы узнать Мела. Новый возлюбленный Луделы – контрабандист или что похуже? Умеет она выбирать мужчин.

Паритер – не носильщик или охранитель, не один из завсегдатаев дешёвых кабаков у подножия Парящего порта. Он надеется урвать большой куш, если рискует своим статусом.

Ульм запрокинул голову, ловя ртом дождевые капли. Могло ли ему так повезти? Он протянул было руку к запястью с жёлтым кружком, но замер. Мел мог встречаться с друзьями-парителями на тайной сходке любителей выпить в ангаре, мог готовить сюрприз товарищам по команде… Унельм мог придумать ещё десятки возможных объяснений – и выглядел бы дураком, если бы снова вызвал подкрепление, не убедившись.

За последние дни он уже ошибался дважды – первый раз, преследуя охранителя в штатском, второй – выследив бедолагу, который торговал книгами из-под полы, минуя лавки и магазины. После той второй неудачи Олке, пришедший в Коробку, говорил с ним очень сдержанно, а их встречу свернул раньше обычного, ничего толком не рассказав… А обычно давал ему книги или рассказывал про громкие и сложные дела, разбирая работу следователей по косточкам.

Третья осечка – и Олке с Мем наверняка поставят на нём крест. Он должен был узнать наверняка – но как? Подойти ближе к ангару, не привлекая внимание тех, кто внутри, невозможно. Ему и так повезло, что Мел его не заметил. А даже если удастся – что дальше? Нельзя же просто постучать.

Этот ангар, как и остальные, был, по сути, огромным шатром с единственным выходом и воротами, из-за которых на полосу выходили, разбегаясь для взлёта, парители. Никаких окон или тайных ходов.

Оставалось ждать – забиться поглубже в темноту и дожидаться появления кого-то из заговорщиков. Надеяться, что среди них окажется женщина с родинкой? Что они будут общаться между собой, дружески перебрасываясь названиями птиц на ходу?

Бессмысленно. Ульм запахнул куртку сильнее и почувствовал, что она потяжелела от влаги. Стоять так, дожидаясь неизвестно чего, было не лучшим планом – и тогда он понял, что знает другой путь; возможно, не менее непредсказуемый, но так же и дающий не меньше шансов на успех.

Унельм сбросил куртку, перекинул через руку и решительно зашагал в сторону подъёмников.

* * *

Лудела опоздала – впрочем, она опаздывала всегда, и Унельм заблаговременно запасся бутылкой лимонной воды и пакетом булочек, ещё тёплых, с лотка, зная, что у него ещё есть время.

– Как славно! – Она, даже не делая вид, что спешила, рухнула на скамейку напротив и запустила руку в пакет. – Ещё тёплые! Спасибо!

– Всегда пожалуйста. Приятно подсластить горькую пилюлю старому другу.

Лудела нахмурилась:

– Непонятно, но ещё раз спасибо.

Они устроились в самом дальнем уголке сада у Коробки – сюда не долетали чужие голоса, и их тоже не могут подслушать.

– О чём ты хотел поговорить? – Лудела расправилась с первой булочкой, и уже достала из пакета вторую. – Очень вкусные булочки.

– Сладкие, как ты.

Она довольно улыбнулась:

– Мел не умеет говорить таких приятных вещей.

– Но ты всё равно любишь его.

Лудела опустила глаза, и её щёки и кончик носа порозовели.

– Глупости говоришь.

– Может быть, может быть. Хорошо, что я ошибаюсь.

Лудела положила надкусанную булочку на край пакета и нахмурилась:

– Почему «хорошо»?

Вот оно. Быстрее, чем он думал – и если сейчас окажется, что он зря выкладывает карты на стол, работы в команде Олке ему не видать.

– Я должен поделиться с такой секретом, Лу. Ты сумеешь сохранить секрет?

Её глаза жадно заблестели:

– Само собой!

– Тогда не буду откладывать. Лудела, у меня появился наставник, и он – детектив.

– Де… Детектив?

– Именно. Детектив, сыщик. Я расследую для него одно дело. Дело государственной важности. Это связано с паритерами… И с тем, чем они занимаются у охранителей под носом. Прямо в Парящем порту.

Лицо Луделы всегда мгновенно отражало эмоции – и в этот раз не подвело. Румянец схлынул, и она даже не побледнела – посерела. Кончик носа казался абсолютно обесцвеченным. Унельм снова почувствовал его – азарт охотничьего пса, взявшего след – но радоваться было рано.

– И при чём здесь Мел?

– Ты умная девушка. – Может быть, здесь он и покривил душой, но иногда не стоит недооценивать то, как ложь может пойти на пользу делу. – И, думаю, сама понимаешь, что я не просто так решился поговорить с тобой… И это при том, – он театрально понизил голос, – что мне запретили говорить об этом с кем бы то ни было. Строго-настрого.

– Ты считаешь, что Мел как-то с этим связан. – Лудела пыталась говорить беспечно, но Унельм слишком хорошо её знал. Он покачал головой:

– Прости, Лу. Если бы дело было в том, что я считаю… Но всё куда хуже. Я знаю, что Мел с этим связан. И именно поэтому