"Фантастика 2026-5". Компиляция. Книги 1-29 - Настя Любимка

крыша над головой, толстенные стены, но одно в их рассказе меня насторожило. Примерно сутки назад анторсы прекратили активные боевые действия, что в принципе понятно — вооружённые силы разбиты, действенного сопротивления не оказывается, и это наводило на мысль о подготовке второй фазы…

— Товарищ Бес, вас майор приглашает в командирский кубрик, — подбежал один из солдат, когда я собирался идти в столовую. Весь день до позднего вечера я провозился у Штерна, исполняя его поручения, даже времени не нашёл вовремя, по расписанию поесть. И видя мой недовольный взгляд, солдат уточнил:

— Там накрыли стол и собираются все офицеры.

— Хорошо, где это? — задал логичный вопрос, так как особо пока не ориентировался в убежище. За время моего отсутствия солдаты под командованием Зари вскрыли практически все двери, а за некоторыми из них оказались не только ангары-склады, но и коридоры, что, петляя, вели в другие ответвления убежища. Именно в одном из таких обнаруженных коридоров и нашли запасные выходы и помещение контроля периметра, что позволяло следить за тем, что происходит на поверхности.

— Ответвление Е-11, поворот по указателю на Н-6. Кубрик номер О-16, — быстро ответил солдат.

— Хорошо, скоро буду, — там я надеялся увидеть Партизана, а то за суетой так и не узнал, вернулся ли он или нет.

Освещаемые тусклым, дежурным светом коридор выглядел словно туннель метрополитена. Я шёл, читая надписи на стене, чтобы не заблудиться и одновременно запоминал дорогу обратно. Яркий свет и приоткрытая дверь однозначно указывали, что я дошёл. Подходя, прислушался. Доносился едва слышный голос Зари:

—…обложили нас тогда, если бы не Бес, не выбрались. Людей потерял, но задание выполнили, товарищ подполковник.

— Ладно, потом обсудим. Ну, что, начинаем?

— Разрешите? — вошёл в командирский кубрик, что практически ничем не отличался от того, где разместили меня. Там и впрямь накрыли стол. Вся та же немудрёная еда, но людей было в два раза больше, чем кроватей. Все в полученной со склада форме. У некоторых наспех были нашиты знаки различия, но у большинства их не имелось. Двое сидели с перевязанными конечностями, а один с забинтованной головой.

— Проходи Бес, — отозвался Заря, — товарищ подполковник, представляю старшего сержанта специального подразделения с позывным Бес.

— А что он сам представиться не может? — протягивая мне руку для рукопожатия, с улыбкой на лице поинтересовался седовласый мужчина, — подполковник Скоробогатов Валентин Сергеевич, позывной: «Серый», — представился офицер. — Ладно, товарищи. Давайте усаживаться. Разговор будет долгий. Мы тут с майором уже обсудили кое-какие моменты, а судя по его рассказам, вы, товарищ старший сержант можете быть нам полезны. О поставленной задаче и номере части не спрашиваю, понимаю, секретность. Но, может, объединим усилия?

— Объединим. Кстати, товарищ майор, а Партизан не вернулся? — уточнил, так как среди присутствующих восьми офицеров, из которых знал только майора с позывным Заря, я не заметил лейтенанта.

— Партизан за второй группой пошёл, — вместо майора ответил Серый, — план-схема — это хорошо, но без проводника мы бы не дошли.

Из общения с бойцами я знал, что в убежище пришла группа из восемнадцати солдат и офицеров. В первую группу вошли легко раненые и те, кто может им помочь идти. Кстати, раненых, среди военных было мало. Так что практически все из их числа успешно прошли долгий путь и сейчас находились в убежище.

Расселись за стол. Откуда-то появилась фляга с разведённым спиртом. Налили по одной, выпили молча. Я тоже пригубил. После серьёзного ранения у меня появилась неприязнь к спиртному. На то, что я поставил практически нетронутым стакан, никто не заострил внимания. Ели молча, а когда утолили первый голод, взял слово подполковник.

— Вовремя Партизан пришёл. Мы уже и не надеялись. Ведь сигнал, что группа провалилась, мы получили. Выслали следующую, но и от неё меньше чем через сутки поступил сигнал о провале. Так и сидели, ломали голову, что делать. Еды нет. На поверхность носа не высунешь. Полковник уже готовился отдать приказ вывести из укрытий машины и попытаться дать залп со взрывом боеголовки в стратосфере…

— Но это же, — не выдержал майор.

— Знаю, Заря. Это заражение очень большой территории радиацией, но… знаешь, когда солдатики, стоя на посту, один за другим стали стреляться, каково это было??? И понимаешь, что сделать ничего не можешь, а просто так погибать, а тем более сдаваться в плен… Ладно, давайте ещё по одной и обсудим, что будем делать дальше.

Выпили ещё по одной. Я также только пригубил и вновь поставил обратно стакан на стол.

— Полковник во второй группе пойдёт? — задал вопрос Заря, настраивая собеседников на деловой лад.

— Нет, он выдвинется последний вместе с группой, что обеспечит минирование машин и оборудования. Меня и часть офицеров, что ранены в первой группе, отправил. Хотели больше с собой человек забрать, но не рискнули. Партизан предупредил, что у пятнадцати-двадцати человек есть шанс просочиться, а большее число точно привлечёт внимание… этих, как ты назвал их?

— Анторсы, — ответил вместо Зари.

— Во-во. Этих инопланетян, чтоб им пусто было. И что они тут у нас забыли??? Не сиделось у них там, на своей планете! Нет, прилетели!

— У них нет дома. Это добровольные изгнанники, что ищут себе новый дом.

— И ты их оправдываешь? Сержант? Смотрю, не пьёшь, знаешь много о враге… О твоих подвигах я наслышан, но расскажи поделись своими знаниями, как нам бить врага⁈

— Не пью после контузии, — ответил спокойно, смотря прямо в глаза подполковнику. Его слегка затуманенный взгляд был выразительным и недвусмысленным. За одним столом сидеть с сержантом, пусть и каким-то там очень секретным, пусть может быть и не сержантом, но выпитое спиртное сняло с тормозов. Правильно говорят, что у трезвого на уме, то у пьяного на языке. А ещё события последних полутора месяцев, вот и накрыло офицера, — что делать, как бить врага — знаю. Давайте завтра в полдень соберёмся узким кругом и обсудим.

— Завтра? А почему не сегодня?

— Лучше завтра. Вам надо отдохнуть, товарищ подполковник, выспаться и привести себя в порядок! Ещё пять минут и расходитесь! — от себя я такого не ожидал. Грубое нарушение субординации: сержант отдаёт приказы высшим офицерам, но как заметил, сказанные мной последние фразы произвели неожиданный эффект. Офицеры подобрались. Кто-то стал застёгивать верхнюю пуговицу. Кто-то встал, прияв стойку «смирно», а подполковник так и застыл с открытым ртом, видимо, хотел что-то продолжить, но осёкся.

— Да, товарищи офицеры, — вмешался Заря, — товарищ подполковник, переход был тяжёлый, вам лучше отдохнуть, а завтра ближе к полудню соберёмся и обсудим план наших действий.

Когда сержант вышел, Скоробогатов произнёс:

— Непростой это сержант. Когда он говорил, я ощутил себя, словно стою у генерала Курбатова, и нагоняй получаю. Заря, он точно сержант?

— Достоверно не знаю. Но именно так он представился.

— Но для генерала он слишком молод, — едва слышно проговорил подполковник, смотря как расходятся офицеры, что будут жить по соседству.

Глава 19

Торопливым шагом Шевцов шёл по длинному петляющему коридору в резервный пункт управления [16]. Дорога была привычна, и он на автомате сворачивал в нужный поворот. Редко встречаемые офицеры отдавали честь с недоумением задаваясь вопросом, почему министр обороны пешком, без сопровождения передвигается по запутанным лабиринтам убежища. Но они не знали, что срочный вызов заставил генерала оставить другие дела и, не используя видеосвязь, лично прибыть на командный пункт.

— Товарищи офицеры! — при появлении генерала, подал команду дежурный офицер, но не все из присутствующих выполнили команду и отвлеклись от своих занятий, а только те, кто сейчас непосредственно встречали высшее руководство.

— Вольно, что у вас? Почему такая срочность?

— Товарищ генерал, разрешите?

— Не тяни, докладывай.

— Давайте подойдём к экрану дежурного, тогда будет понятней, — генерал кивнул, и небольшая процессия прошла вглубь зала, где располагалось рабочее место дежурного офицера. Именно на его экране отображалась полная картина, что фиксировалась разбитыми на сектора сенсорами видеоконтроля. Генерал обратил внимание, что на разбитом на сотню квадратов мониторе, часть квадратов оставались тёмными, и он недовольно поморщился. Две трети камер слежения, установленных в самых разных точках необъятной страны, в настоящее время не работала, не говоря о полном отсутствии сигнала от геостационарных спутников, чья группировка и в мирное время не в состоянии постоянно держать под контролем все континенты планеты была полностью уничтожена.

— Обратите внимание на камеру номер С-124к, — офицер