Фантастика 2026-190 - Роман Лукич Антропов

И это при том, что крышка обезмагичивающей шкатулки всё ещё открыта! Ибо закрой её Силин — и эта вот, захлестываемая бурлящими в ней сейчас эмоциями колоритная матершинница, слава её женской вспыльчивости пока ещё не догадавшаяся покинуть не такую-то и большую зону антимагии, наверняка снова взмыв на крыльях, чего-нибудь определенно учудит. Ну, раз она, став императрицей, как видно, заимела некую защиту от антимагии, из-за чего, в отличие от ожидаемо павших вассалов, внезапно сумела удивить, то следует ждать от неё и других неприятных сюрпризов. Которые, похоже, Силин совсем не горел желанием испробовать на себе, весьма, между прочим, впечатлённом противницей, и от того несколько растерявшемся:

— Да блин! — откинув опустевший гранатомет, с досадой принялся он пускать из явленного лука стрелы, напрочь позабыв, что они-то у него магические и, в зоне антимагии утрачивая все улучшения, в цель прилетают лишь эдакими хрупкими стекляшками, даже пулям в подметки не годящимися. — Так, Жора, ты сад нашел? Ок, вижу. Будь пока там. Я скоро.

А сказав это, отважный победитель маскирующихся под эффектных красоток уродливых инопланетных старух решил прибегнуть к тактическому отступлению, назовем это так. То ли из-за опасения новых неприятных сюрпризов, то ли из-за чего-то ещё не пожелав сближаться с и вправду по-злодейски захохотавшей Марченко, чтобы проделать тогда с нею то же, что и когда-то с Рахмановой да Хименес, с опаской теперь поглядывающий на эту вот сумасшедшую Силин как следует разогнался да стремительно сиганул во всё ещё висящий на одном из информационных указателях вдоль парковой дорожки «портал» в Холмск. Чтобы, спустя какое-то время, после передышки совмещенной с обдумыванием всего произошедшего, а также с планированием предстоящего, вернуться назад, но уже немного в другом месте и теперь под невидимостью. Ну а там, опережая к тому времени уже организованную засаду, на ускорении спешно схватить для этого наконец закрытую с помощью пульта ДУ алюминиевую тару обезмагичивателя, да снова ускользнуть в Холмск. Оставляя за спиной эпичные такие взрывы и грозную ругань, несмотря ни на что, прекрасно видевшей его голубоволоски, вот только так и не сумевшей настигнуть шустрого невидимку. Тупо не успела, так как барражировала в тот момент в небе над нервирующей её зоной с высасывающей магию аномалией, а на поверхности по периметру разместила оцепление из мобилизованных, с которыми невидимость как раз вполне себе и сработала. Потому-то «палили» эти колдуны куда угодно, но только не туда, куда следовало бы.

И вот, ещё больше теперь не желавший вступать в прямое противостояние, едва спасшийся от всё же достаточно грамотно организованной засады везунчик, хотя как посмотреть, не став терять времени, решительно создал «портал» в сад Её Императорского Величества. Во всяком случае, по разведданным фамильяра, неподалеку сейчас от весьма приметных с высоты птичьего полета насаждений дожидающегося возвращения своего хозяина. Ну а оказавшись в этом вот поистине волшебном и прекрасном месте, где, к слову, не так-то и просто было приметить достаточного размера плоскую поверхность для «портала», Силин поскорее взмыл в небо, потому как элементарно опасался каких-нибудь противочужаковских систем защиты, из-за чего, собственно, и держал верную ворону на некотором отдалении, не пуская вглубь сада. Правда, ничего особенного не ощущалось, пока нарушитель рассекал над всем этим зеленым великолепием, ну и в итоге незваного вторженца так ничем и не приложило. Однако он всё же не стал сильно наглеть, а, не теряя время, обнаружил наконец с воздуха заветное главное древо, ну и поскорее приземлил рядом с ним шкатулку. Которую, снова набрав безопасную высоту, тут же, понятное дело, и активировал.

— Ха! Вот и всё — хана Лазоревой империи! — зло выкрикнул запарившийся уже, если честно, туда-сюда мотаться да шустрить, более не опасавшийся магического ПВО или каких-нибудь там жутких проклятий, даже взмокший от напряжения юноша, когда узрел, как в труху рассыпалось могучее имперское древо, и как вокруг него возникла стометрового диаметра проплешина в самом сердце ещё миг назад изумительной красоты, а теперь вот бурно увядающего более не волшебного сада на месте одного из садионов мегаполиса. Ныне, получается, освобожденного от инопланетных захватчиков. — Слава мне, освободителю! Ура! Фух, хорошо, что с этой шальной не пришлось рубиться. Ну её... Так, забираем шкатулку и валим отсюда!

Глава 17

ГЛАВА 17

Однако просто так уйти не вышло. Силин элементарно не успел, несмотря даже на то, что, наплевав на все трофеи, решил не затягивать с реализацией озвученного.

Миссию-то он, как ему казалось, выполнил, и Лазоревая империя на данный момент прекратила свое существования. Вот только определенно перенервничавший юноша явно не учел, что оставшейся в живых неожиданно жесткой для него Марченко ничто не мешало создать новое древо и заново основать империю. Миллионы людей вокруг никуда ведь не делись. Хотя не стоило исключать и тот вариант, что психованная красотка возьмет да, подобно поехавшей Хименес, отправится в смертоносное «кочевье», опустошая все попадающиеся ей на пути поселения куда более плотно, нежели на Аляске, заселенных здешних территорий.

Однако императрица, будучи объективно мстительной особой, избрала третий вариант и всё же примчала на крыльях гнева по душу обидчика, посмевшего наделить её приставкой «экс-». Ну и тут же, пусть, наверняка, более без могущества своих только что утраченных гигантских владений, но всё ж не менее от того отчаянно ринулась в бой, сыпя при этом весьма своеобразными угрозами. Бедовая баба.

— Вот ты склочная! — с помощью своего верного «светомеча» прямо в полете отразив стремительный удар не менее светящегося копья противницы, крикнул ей раздосадованный Силин.

Чем несколько смутил чуть даже запнувшуюся при звуках знакомой ей речи Инну, пусть и продлилось это совсем недолго, а обрушившаяся на Вячеслава её гневная отповедь уже, в свою очередь, неслабо так смутила его:

— Нэна́выджу!!! Нэ... Ненавижу всех вас! Вы — спокойно себе жили, пока меня, свои же украв у родителей, как какое-то животное продавали чужакам, которые потом дрессировали меня для нового покупателя! Для этого мерзкого старикашки, для этого... покойника(словно выплюнув)! И никто! Никто не пришел! Никто не спас! Ни меня, ни Ольку, ни Динарку, ни Светку, ни Ирму! Какие же вы тогда мужчины, какие же вы, в жопу, свои? Нэна́выджу вас уси́х, по́кыдькы! Щоб вам пизна́ты всэ тэ, що нам на до́лю вы́пало! Гори́ть у пэ́кли! Сдо-охни-и-и-и!!!

— А я,