"Фантастика 2026-86". Компиляция. Книги 1-24 - Женя Юркина

— Наташа очень сильная девушка… И красивая. Не знаю, смогла бы я так же, как она, если бы…

Она не стала заканчивать фразу, но я понял ход её мыслей.

— Да, Наташа сильная и красивая, — согласился я. — И как человек она замечательная. Надёжный товарищ.

Произнося эти слова, я наблюдал за реакцией девушки. Видел, как Катя слегка ссутулилась, услышав мои слова. Поэтому я продолжил:

— Но люблю я тебя, Катя.

И вот когда прозвучали уже эти слова, она снова замерла, а потом медленно подняла голову и посмотрела на меня.

— Правда? — прошептала она.

Я встал, обошёл стол и подошёл к ней, протянув руку. Катя вложила свою ладонь в мою и поднялась на ноги. Я притянул её к себе, обнял одной рукой, а другой убрал прядь волос с её лица. Заглянул в её зелёные глаза и повторил:

— Правда. Очень люблю. И уже давно решил, что никуда тебя не отпущу и никому не отдам.

Катя выдохнула: «Серёжа…» и порывисто поцеловала меня. Потом отстранилась, улыбнулась и, тяжело дыша, ответила:

— Я тебя тоже люблю.

Наши поцелуи становились всё более страстными, а прикосновения — смелее. Мои руки заскользили по её спине. Я чувствовал под тонкой тканью платья каждый изгиб её тела. Катя отвечала мне с такой горячностью, которой я от неё даже не ожидал. Её пальцы впивались в мои плечи, притягивая меня всё ближе и ближе к себе, хотя ближе уже некуда.

В какой-то момент я мысленно одёрнул себя. Хотелось сказать себе, что так нельзя, нужно остановиться и сделать всё правильно. Но эти мысли унеслись так же стремительно, как дым на ветру, стоило только в очередной раз ощутить, как льнёт всем телом ко мне Катя.

Я понимал, что моя выдержка даёт трещину. В конце концов, я не из железа сделан. Я обычный здоровый мужчина, и близость любимой девушки действовала на меня соответствующим образом. Каждый её вздох, каждый стон, сорвавшийся с губ, когда я касался особенно чувствительных мест, попросту сводил меня с ума. Чёрт, не думаю, что смогу остановиться, даже если меня об этом попросят. Но и оторваться от неё сейчас казалось невозможным.

Мои пальцы начали расстёгивать пуговицы на её платье. Я провёл ладонью по оголённой спине и почувствовал, как от моих прикосновений мурашки побежали по её коже. На секунду остановился, отслеживая реакцию Кати. Она не сопротивлялась. Наоборот, её руки тоже стали более настойчивыми. Я предпринял ещё одну попытку вернуть ясный ход мыслей, но в этот момент Катя прошептала моё имя, притягивая меня к себе, и вся моя решимость окончательно полетела к чертям собачьим.

Я прекрасно понимал, что перехожу грань, за которой уже не будет пути назад. Но дело в том, что мне и не хотелось отступать или поворачивать назад. Для себя я всё давным-давно решил. Осталось только узнать, что об этом думает сама Катя. И будто в ответ на мои мысли она слегка отстранилась и посмотрела на меня затуманенным взглядом.

— Родители снова уехали, — прошептала она, сильно смущаясь. Её сердце так громко стучало, что даже я слышал. Я наклонился и поцеловал её ключицу. Конечно, я понял, почему она это сказала. Но всё же решил уточнить.

— На дачу? — спросил я и снова поцеловал, но уже в шею.

— Угу, — пискнула она, запрокидывая голову и подставляя шею для новых поцелуев.

Я улыбнулся, потом отстранился и серьёзно посмотрел ей в глаза.

— Уверена?

Катя, посмотрела на меня и с серьёзным видом кивнула. Что ж, раз так… Я подхватил её на руки. Она взвизгнула от неожиданности и обвила мою шею руками. Я понёс её в комнату, чувствуя, как бьётся её сердце в унисон с моим.

* * *

Уснули мы уже далеко за полночь, и сон мой был сладок и безмятежен, как после долгого марш-броска. Что было недалеко от истины. Проснулся я оттого, что в щель между шторами пробился узкий луч утреннего солнца. Я лежал на спине, а Катя спала, прижавшись ко мне всем телом, уткнувшись носом в моё плечо, и тихо посапывала. Её тёплое, ровное дыхание щекотало кожу. Я приподнял голову и посмотрел на неё. Лицо спокойное, а на губах застыла чуть заметная, счастливая улыбка.

Я откинулся на подушку и некоторое время лежал неподвижно, боясь пошевелиться и потревожить её сон. В комнате было тихо, слышалось только наше дыхание и редкие гудки машин с улицы. Я осторожно закинул свободную руку за голову, устраиваясь поудобнее. Но, видимо, Катя спала чутко, потому что она тут же завозилась, дыхание сбилось, и она медленно открыла глаза. Секунду она смотрела на меня затуманенным со сна взглядом, а потом тепло улыбнулась мне.

— Доброе утро, — сонно мурлыкнула она.

Я наклонился и чмокнул её в кончик носа, такой же тёплый, как и она вся.

— Доброе утро, котёнок. Ты спи.

Катя помотала головой.

— Не-а, я уже выспалась, — она обняла меня покрепче, прижалась щекой к моей груди и прикрыла глаза. — Совсем.

Я принялся машинально гладить Катю по волосам, по тёплой спине, чувствуя под ладонью шёлк её кожи. Лежал и смотрел в потолок, а мысли сами собой потекли по проторённому руслу. Я думал об этом давно, ещё в Каче, в перерывах между полётами и зубрёжкой, или перед сном. И, чего уж скрывать, уже тогда я для себя всё решил. Просто хотел подождать, чтобы Катя доучилась, чтобы я сам встал на ноги. Но глядя сейчас на спящую в моих объятиях девушку, я понял: чего тянуть? Какой в этом смысл? Жизнь слишком коротка и непредсказуема, чтобы откладывать счастье на потом. Особенно в моей профессии, где каждый полёт может стать последним.

Катя к этому времени затихла, её дыхание снова стало ровным и глубоким. Видимо, снова задремала. Но я всё равно захотел сказать это сейчас.

— Катя, — позвал я. — Выходи за меня.

Ну вот и всё, я произнёс слова, которые давно уже вертелись на языке. Моя рука застыла на её спине. В комнате совсем стало тихо. Даже дыхания нашего теперь не было слышно.

— Угу, — послышалось сонное в ответ.

Я широко улыбнулся и снова начал водить рукой по её спине. Внезапно Катя подскочила на кровати, как ужаленная, с широко раскрытыми глазами.

— Что⁈ — выдохнула она. Всё же задремала, и смысл моих слов дошёл до неё только сейчас.

Я не сдержался и рассмеялся, глядя на её изумлённое, сонное личико. Она была до невозможности