"Фантастика 2026-86". Компиляция. Книги 1-24 - Женя Юркина

— Серёжа, ну не смейся, — она ударила меня кулачком по плечу. — Мне это приснилось, да?

Я приподнялся на локте, чтобы лучше видеть её лицо, и постарался вернуть серьёзное выражение лица, но улыбка то и дело норовила снова выползти на лицо.

— Что именно «это»? — сдерживая новый приступ смеха, спросил я.

Катя нахмурилась, она усиленно пыталась отделить сон от яви.

— То, что ты сказал. Или ты ничего не говорил? — в её голосе послышалась неуверенность и вместе с тем затаённая надежда.

Я перестал улыбаться и серьёзно кивнул.

— Говорил.

Катя замерла. Она сидела на кровати, подогнув под себя ноги, и смотрела на меня не моргая. Казалось, она даже перестала дышать. В её взгляде было столько всего. И недоверие, и страх, и вспыхнувшая радость. Я мягко потянул её к себе. Взял её руку, поцеловал кончики пальцев и повторил свой вопрос без капли смеха, серьёзно.

— Ты выйдешь за меня? Станешь моей женой?

Она молчала, только хлопала глазами. Отчего-то сейчас вспомнился нервничающий Ваня. Я думал, что уж я-то точно не буду нервничать. Но сейчас оказалось, что нервничаю. Да ещё как. Поэтому я снова заговорил:

— Я понимаю, быть женой космонавта непросто. Я буду часто пропадать на тренировках, в командировках, а потом, гляди, и в космос улечу. И в моей профессии… в моей профессии есть определённые риски, о которых ты и сама знаешь. Но я обещаю, что сделаю тебя самой…

Договорить мне не дали. Катя шустро приблизилась ко мне и поцеловала меня, зажав моё лицо в своих горячих ладонях. Потом отстранилась и с сияющими от радости глазами прошептала.

— Я согласна.

Она снова прижалась ко мне. Я чувствовал, как бьётся её сердце — часто-часто, как у пойманной птички. Потом она снова потянулась ко мне и уже нежнее поцеловала, дольше, чем в прошлый раз. Затем снова отстранилась и счастливо рассмеялась.

— Конечно, я согласна, Серёжа!

Глава 14

Катя замерла на мгновение, а потом с тихим счастливым вздохом прижалась ко мне. Но это состояние безмятежности длилось недолго. Буквально через минуту она вдруг резко встала с кровати, стянув с меня одеяло. Завернувшись в него, словно в царскую мантию, она начала расхаживать по комнате взад-вперёд. Я сел на кровати и стал наблюдать за тем, как она наворачивает круги по комнате.

— Свадьба, — прошептала она, запуская пальцы в свои растрёпанные волосы. — Боже, свадьба! Надо будет рассказать родителям… Мама, наверное, с ума сойдёт от счастья. И папе… А платье? Надо думать о платье! И гости… А учёба? Сессия на носу… — Она говорила всё быстрее, её голос повышался, а глаза становились всё шире от нарастающей паники. — Столько всего нужно успеть! И как всё организовать?

Я сидел и с улыбкой наблюдал за её милой суетой. Она была похожа на взволнованную птичку, которая схватила веточку побольше для гнезда и теперь не знала, с какой стороны к нему подступиться.

— Катя, — мягко позвал я.

Она не услышала, продолжая бормотать что-то о меню и о том, кого обязательно нужно пригласить.

— Катя! — позвал я громче.

На этот раз она услышала. Остановилась посреди комнаты и обернулась ко мне. На лице застыло выражение счастья и смятения. Мне захотелось снова обнять её и успокоить.

— Иди сюда, — поманил я её к себе.

Она послушно подошла и села на край кровати, всё ещё закутанная в одеяло. Я взял её руку, погладил тонкие, прохладные пальцы, и поднёс их к своим губам, поцеловав тыльную сторону ладони.

— Выдохни, — сказал я тихо. — Успокойся. Мы никуда не спешим.

Катя глубоко вздохнула, немного расслабилась. Она кивнула, глядя на наши переплетённые пальцы.

— Для начала, — сказал я, — нам нужно подать заявление. Без этого никак.

— Точно! — встрепенулась Катя. — Ты прав. Я что-то об этом сразу не подумала. — Она посмотрела на меня так серьёзно, что я не удержался от усмешки.

— Мне через неделю-другую нужно будет уехать, — продолжил я, слегка сжимая её пальцы. — Приезжать смогу редко. Наверное. Но к назначенной дате я обязательно приеду. Тогда и сыграем.

Катя закусила нижнюю губу, сдвинула брови, и на её лице появилось задумчивое выражение. Она молчала несколько секунд, а потом медленно покачала головой.

— А может… — начала она неуверенно. — Может, мы просто распишемся? А саму свадьбу, ну, торжество то есть… сыграем позже?

Я удивлённо посмотрел на неё. Такого поворота я не ожидал.

— Почему? — спросил я. — Разве ты не хочешь настоящую свадьбу?

— Хочу! Конечно, хочу! — она попросила меня жестом подвинуться и улеглась рядом, прижавшись к моему боку и положив руку мне на грудь. Устроившись поудобнее, она продолжила, глядя на узорчатый ковёр, висевший на стене: — Просто сейчас мы совершенно не готовы. Ни я, ни ты. У тебя — отбор и подготовка, у меня — учёба. Всё будет на бегу, на скорую руку. А мне хочется, чтобы этот день был… ну… особенным. Чтобы всё было красиво, чтобы все близкие были рядом, чтобы можно было никуда не торопиться.

Я согласно хмыкнул, понимая её логику. Мысль о том, чтобы устраивать пышное торжество в авральном режиме, и правда не вызывала энтузиазма.

— Сейчас мы распишемся, — продолжила Катя уже более уверенно, — и скромно отметим это в кругу самых близких. А потом, когда у нас будет больше времени и возможностей, устроим настоящий праздник. С гостями, с танцами, со всем, как положено.

Я нахмурился, мысленно примеряя этот вариант к себе. Он имел смысл, но в нём было что-то незавершённое, а мне не хотелось ничего откладывать.

— Если причина только в этом, — сказал я, всё ещё обдумывая вариант с отложенным торжеством. — Уверяю, я смогу организовать всё так, чтобы день нашей свадьбы стал особенным, даже в условиях цейтнота.

Катя приподнялась на локте и заглянула мне в глаза, мягко улыбнулась.

— Я не сомневаюсь, что ты сможешь всё организовать, — сказала она и провела ладонью по моей щеке. — Нет, я в этом точно уверена. Но подумай… Все ли твои близкие смогут быть с нами? Например, ты так сдружился с ребятами из училища. С Кольцовым, Зотовым, со всеми. А они разве смогут приехать, чтобы быть рядом с тобой в такой важный день? Ведь он не только мой, Серёжа. Он и твой тоже.

Я кивнул, её слова попали точно в цель. Парней я и правда хотел бы видеть на свадьбе. Они стали мне по-настоящему близки за то время,