Фантастика 2026-149 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

грохотом подпрыгивала, цеплялась за стыки плит, — но никак не желала отвалиться. Но я не обращал внимания, как можно быстрее преодолел обсаженную липами бетонку и повернул налево, на восток, — откуда приехал.

— Куда? — встревожился Счастливцев. — Дорогу ж перекроют… дурой той бронированной…

— Теодор, не бренчите… — отмахнулся я, выбирая место, где откос насыпи был пониже, а кустарник на нём рос не слишком густой.

Вот здесь, пожалуй…

«Гарпия» сползла с дороги, забираясь всё глубже в кусты. Загудела лебёдка, сматывая трос и затягивая в убежище наш сюрреалистический «прицеп».

Расчёт оказался точен — бортовой «урал» с кузовом, набитым вооружёнными людьми, прокатил мимо в азарте погони. Фора получена неплохая. Надеюсь, здешние фермеры не содержат в складчину боевой вертолёт…

Пока я отцеплял трос от анкера, Счастливцев вылез из салона и начал с остервенением пинать кровавое месиво, мало уже напоминающее человеческое тело. Лицо у Фёдора при этом было не самым приятным. Понятно, натерпелся мужик, но…

— Поехали, — я попытался оторвать его от увлекательного занятия.

— Езжай сам, — пропыхтел Счастливцев. — Я обратно… За так, что ли, пахал? Добра-то в доме навалом… Освобожу ребят, стволы захватим, гульнём… И за щиты те, и за всё сочтёмся…

Отговаривать его я не стал. Выбрался на дорогу и покатил в одиночестве на восток. Не стоило всё-таки лезть не в своё дело… Что сейчас начнётся в рабовладельческой усадьбе, не хотелось даже представлять. И о судьбе подстреленного мною Коляна и Маши, якобы способной изнасиловать медведя, тоже не хотелось думать. Ладно, чёрт с ними… В конце концов, бунт рабов, бессмысленный и беспощадный, — профессиональный риск рабовладельцев. Знали, на что шли.

Глава четвёртая. Волка кормят ноги, а казну — налоги

Волк живёт хищением, грабежом, убийством… а я ему завидую; ибо он даровую находит пищу.

А. Н. Островский, «Сердце не камень»

Москва, Малая Лубянка, 16 июня 2028 года, 11:23

— Раз дело до стрельбы дошло, — сказал генерал-майор Барсев, — то потянул ты, Андрей, за правильную ниточку. Теперь бы ещё понять, за какую именно…

Попробовали понять — все вместе, втроём. Перебрали всё, что сделали за минувшие сутки Стрельцов, Лось и вся группа «Немезида». Нить, если таковая и присутствовала, в глаза не бросалась.

— Одно ясно: моргуны здесь ни при чём, — вынес вердикт генерал. — Не того полёта птицы.

Десять минут спустя его мнение кардинально изменилось — после того, как на генеральский стол легли результаты вскрытия незадачливого киллера Владимира Челядинцева.

— Моргун… — протянул Барсук изумлённо. — В ранней стадии… Ну и дела.

Как выяснилось, пуля Стрельцова не зацепила игровой чип, присоединённый к имплантированному разъёму. Игра на нём была записана примитивнейшая — усечённая и упрощённая версия известной «стрелялки». Но с двумя важными дополнениями: пространственная игровая карта данной локации полностью соответствовала дому-башне ФСР; и отсутствовал блокиратор двигательной активности игрока. В результате получился моргун-лунатик — движущийся и действующий в реальном пространстве, но при этом полностью остающийся сознанием в своём виртуальном мире.

— Так он не в вас палил, — сообразил генерал. — В гоблинов каких-то мохнорылых… Глаза-то были закрыты, не заметил?

Стрельцов пожал плечами: не разглядел, как-то не до того было. Затем сказал:

— Не в гоблинов. В монстров инопланетных, зелёных и чешуйчатых…

— Э-э-э?

— Играл я в эту игру как-то. Не думал, правда, что однажды сам окажусь в роли монстра.

Генерал округлил глаза:

— Ты?! Играл?!

— В компьютерный вариант… — поспешил успокоить Стрельцов. — Да про гоблинов сейчас и игрушек-то всё меньше. По крайней мере те, что в имплантате у моргунов прошиты, всё про галактические разборки.

Он хорошо понимал — всё равно концы с концами в этой истории не сходились. Знать, что именно Стрельцов послал оперативников, разгромивших притон моргунов, мог лишь человек, занимающий высокий пост во властных структурах. Но тот же гипотетический человек не мог не знать и другое: произошло всё в достаточной мере случайно, и цель у рутинной проверки была совсем иная. К тому же спланировать операцию и модифицировать игровую программу за те несколько часов, что Стрельцов провёл в доме-башне (а оказался он там, по большому счёту, спонтанно), — едва ли кому-нибудь по силам.

Загадка осталась загадкой. Барсук пообещал, что все связи покойного Челядинцева будут изучены чуть ли не под микроскопом. И если найдётся хоть кто-то или что-то, связывающее его с КРТ… Генерал не договорил, но и без того было понятно: именно Моргулис (хоть имя его ни разу не всплыло в разговоре), — обладающий самыми большими возможностями игрок на этом поле. И преследуемые им цели не ясны совершенно…

Обсудили и остальные линии, наметившиеся в расследовании, и возможную их связь с утренним покушением; а напоследок генерал-майор прозрачно намекнул, что Стрельцова ждёт сюрприз. Какой именно — не сказал. Стрельцов нахмурился, сюрпризы он не любил.

Но данный конкретный сюрприз, поджидавший в расположении группы «Немезида», оказался приятным. Хотя большинство российских граждан так бы не посчитали — обнаружив в своём жилище либо офисе десяток фигур в мимикрирующем камуфляже и в глухих, никогда не снимаемых, закрывавших всё лицо капюшонах. Сейчас униформа приобрела светло-серый оттенок краски, покрывавшей стены, лишь сохранили прежние, чёрные с золотом, цвета эмблемы на рукавах, — изображали они манула, туркестанскую горную кошку, — зверь оскалился, растянул тело в прыжке. И три буквы снизу: «ДОН».

Как их только не называли, ребят из дивизии особого назначения МВД! «Донцы», «чистильщики», «манулы», «буйный Дон»… А ещё: «фашисты», «куклуксклановцы», «цепные псы режима»…

Стрельцов не знал — попросту никогда не видел — лица человека, поднявшегося из кресла ему навстречу. Однако обнялся с ним, этакую медвежью фигуру никаким камуфляжем не замаскируешь, да и голос — рокочущий бас — трудно позабыть…

— Какими судьбами, Циркач? — спросил Стрельцов. Именно как Циркача — ни имени, ни звания — знал он человека, командовавшего гостями.

— Откомандирован с ребятами в твоё распоряжение, — пожал необъятными плечищами Циркач. — Выдернули прямо из… в общем, из одного места. Короче, распоряжайся.

Неясностей не осталось. Ни одной. В том, естественно, что от него, Стрельцова, ждут. Некоей акции — отчаянной, без оглядки на законы, вообще без оглядки на кого-либо или что-либо. Вроде той, что имела место при обмене Джумгаева-младшего. Надо думать, цель будет вскоре указана… Но команда «Фас!» так и не прозвучит. К чему? Некоторые волкодавы сами, без команды вцепляются в горло хищнику, как только его увидят… И их заботливо собрали в одно место. В одну свору.

— Пойдём, поговорим, — кивнул он Циркачу на дверь комнаты отдыха.

— Андрей Станиславович, на минуточку, — подошла одна из девушек.

— Слушаю.

— Звонил